Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-1840 Источник: http://militera.lib.ru/memo/russian/milyutin_da02/index.html Сохранено в архиве decolonial.ist: 21.07.2026 · файлов в оригинале: 1 Паспорт источника - **Полное название:** Воспоминания генерал-фельдмаршала графа Дмитрия Алексеевича Милютина. Том I. Книга 1, 2, 3. Под редакцией засл. орд. проф. Военной академии ген.-лейт. Г. Г. Христиани. - **Автор:** Милютин Дмитрий Алексеевич (1816–1912) - **Год издания:** Томск, Издание Военной академии, 1919 (эвакуированное в Томск издание; книги 1–3 охватывают 1816–1841 гг.) - **Издание/источник:** сайт «Милитера» (militera.lib.ru), файлпервоисточник — сжатый .doc (OCR/цифровой текст), а не скан - **URL:** http:// militera.lib.ru/memo/russian/milyutin_da02/index.html (страница книги), файл текста: http:// militera.lib.ru/memo/0/txt/russian/milyutin_da02.rar - **Дата скачивания:** 21.07.2026 **Целостность:** ФРАГМЕНТ полного трёхтомника — взята целиком «Книга 2. Годъ на Кавказѣ. 1839—1840» (главы: «Въ дорогѣ», «Набѣгъ въ Ичкерію», «Наступательное движеніе къ Ахульго», «Ахульго», «Эпилогъ экспедиціи», «Тифлисъ и Ставрополь», «Семья. Возвращеніе въ Петербургъ», приложения «О набѣгахъ и хищничествахъ кавказскихъ горцевъ») плюс глава «Въ промежуткѣ двухъ дальнихъ странствованій. 1840» (описывает события в Чечне 1840 г. — падение фортов Черноморской линии, восстание чеченцев после Ахульго, зимний поход ген. Пулло по Чечне для сбора податей — со слов писем Горемыкина, поскольку сам Милютин к тому времени уже вернулся в Петербург). В книге сохранена дореформенная орфография оригинала (ѣ, і, ъ на конце слов) — OCR текстового файла militera.lib.ru, возможны отдельные опечатки распознавания. - Соответствие оглавлению 1919 г. — стр. 171–270 (книга 2) и 301–310 (приложение «В промежутке...»); пропущено приложение «Пояснение к приложенной карте» (стр. 272–286, техническое, не содержит нарратива). **Ключевая цитата** (набег в Ичкерию, май 1839; см. ниже в тексте после описания рейда на убежища Ташев-Хаджи): «...а самый конецъ нашего набѣга всетаки имѣлъ такой видъ, какъ будто они выгнали непрошенныхъ гостей» — рефлексия Милютина о ложном донесении ичкеринцев, будто они сами прогнали от себя Ташава-Хаджи. --ГОДЪ HA КАВКАЗЪ. 1839—1840. ВЪ ДОРОГѢ. Послѣ цѣлаго ряда прощальныхъ вечеровъ, товарищескихъ и 1839. пріятельскихъ, выѣхалъ я изъ Петсрбурга 2і-го февраля, въ дилижансѣ, и 24-го былъ въ бѣлокахменной. Въ числѣ гвардейскихъ офицеровъ, ѣхавшихъ также на Кавказъ, командированъ былъ отъ Л.-Гв. Кирасирскаго Его Величества полка корнеть Ордаліонъ Николаевичъ Новосильцевъ—сынъ тайн. сов- Николая Петровича Новосильцева, въ домѣ котораго я былъ принятъ весьма радушно, и племянникъ Петра Петровича Новосилыіева, жившаго въ Москвѣ и дружнаго со всею моею семьею. По желанію отца и дяди молодого кирасирскаго офицера, я сговорился ѣхатьна Кавказъ вмѣстѣ съ нимъ. Хотя онъ соблазнялъ меня своею дорожною коляскою, однакожъ согласился я нехотя, предвидя, что Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 1 такой спут- никъ будетъ для меня болѣе въ тягость, чѣмъ въ облегченіе. И дѣй* ствителыю, неудобства совмѣстнаго нашего пугешествія выказались съ самаго начала. Я торопился выѣхать изъ ГІетербурга. желая про- вести нѣкоторое время въ Москвѣ съ отцомъ и родственниками; Новосильцевъ медлилъ выѣздомъ; поэтому мы условились съѣхаться съ нимъ въ Москвѣ. Въ домѣ отцовскомъ все носило еще слѣды недавней тяжкой утраты. Отецъ не могъ свыкнуться съ одиночествоііъ своимъ, тоско« валъ и стара іся заглушить свое горе усиленною служебною дѣятель* ностью. Сестра, лишившись матери на 17-мъ году жизни, чувствовала безпомощное свое положейіе и скучала, не имѣя другихъ развле- ченій, кромѣ посѣщенія дома Киселевыхъ- Къ счастью, жившая при сестрѣ дама, M*me Mallet, оказалась весьма симпатичною и съумѣла стать въ отличныя отношенія съ молодою дѣвушкою. Что касается до младшихъ братьевъ Владиміра и Бориса, то они были еше совсѣмъ дѣтьми; воспитаніе ихъ не мало озабочивало отца при скудныхъ его средствахъ жизни. Въ Москвѣ провелъ я тихо и грустно около 3-хъ недѣль. 8- го марта прибылъ мой спутникъ Новосильцсвъ и мы сговорились съ нимъ выѣхать въ дальнѣйшій путь і8-го числа; но и тутъ не удалось намъ выѣхать вмѣстѣ. Онъ опять нашелъ какое-то препят* ствіе; притомъ ему нужно было заѣхать куда-то въ деревню, такъ что я пустился въ путь одинъ, на перекладной, условившись съѣхаться съ нимъ въ Орлѣ. Въ то время путешествія по Россіи, даже въ самой неприхот* ливой формѣ—на перекладной, сопряжены были съ болыиими затруд- неніями, остановками и не обходились безъ непріятностей. Уже въ Серпуховѣ встрѣтилась мнѣ остановка; всѣ почтовыя лошади на станціяхъ забирались проѣзжавшимъ ссмействомъ гр. Строгонова. Я долженъ былъ нанять «вольныхъ» лошадей до Тулы, куда при- былъ утромъ 19-го числа, въ Вербное воскресеніе. Здѣсь я остано- вился на два дня y родственниковъ Левшиныхъ. Дмитрій Павловичъ Левшинъ, занимавшій тогда мѣсто управляющаго Палатою Государ- ственныхъ Имуществъ въ Тулѣ, былъ женатъ на моей теткѣ княжнѣ Вѣрѣ Яковлевнѣ Грузинской; y нихъ было нѣсколько дочерей, еще малолѣтнихъд). Въ этой семьѣ я провелъ два дня весьма пріятно й успѣлъ осмотрѣть оружейный заводъ, который внрочемъ былъ тогда почти въ бездѣйотйіи по»:лѣ недавняго пожара. Отъ Тулы до Мценска ѣхалъ я на асдаточныхъ», т. е. опять п<> вольному найму, но еъ передачею въ извѣстныхъ пунктахъ отъ одного извощика другому. На всемъ пути отъ Москвы дорога была санная, но крайне ухабистая. Морозы были доволыю чувстнительные. 21-го числа, къ обѣду, доѣхалъ я до 0[ла и остался тамъ ночевать въ гостинницѣ, чтобы дождаться моего спутгика Новосильцева. Онъ явился наконецъ въ ночь, съ жалобачи на свою пресловутую коляску, которая задерживала его чуть не на каждой станціи, такъ что онъ позавид< валъ моей перекладной; Ради починки коляски, мы должны были оставаться въ Орлѣ почти весь дснь 22-го числа и выѣхали только вечеромъ, уже вмѣстѣ. Теперь пришлось и мнѣ испытать всѣ удовольствія ѣзды въ подобномъ громоздскомъ экипажѣ, въ такое время года, когда путь поперемѣнно переходитъ отъ енѣж* ныхъ - сугробовъ къ волнообразнымъ ухабамъ, то къ глу-бокой, липкой грязй или къ обледенѣльшъ зажорамъ. Безпрестанно случались y насъ гіоломкй въ экнтажѣ; по ночамъ не разъ онъ опрокидывалея; ») Ояна тъ нихъ впослѣдствіи вышла замужъ за Мих. Ник. Лонгинова. изморенныя лошадй часто не въ силахъ были сдвинуть его съмѣста.. Такъ 25-го числа, наканунѣ Свѣтлаго Воскресенія, когда. мы уже подъѣзжалй вечеромъ къ Харькову, съ твердымъ упованіемъ встрѣ- тить тамъ великій христіанскій праздникъ, вдругъ наша коляска врѣзалась въ зажору и застряла. Никакія усилія ямщика и нашей прислѵги не могли сдвинуть колымагу. Мы должны были послать ямшика въ ближайшую деревню за подмогой, a сами стоически ожи- дали возвращенія его, сидя въ коляскѣ, въ виду большого города, изъ котораго доносился до насъ колокольный звоиъ къ пасхальной заутрени. Такъ мы встрѣтили празлникъ. Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 2 Только подъ утро добра- лись мы до Харькова на простой крестьянской телѣгѣ; коляска же съ прислугой и вещами дотаіцилась только къ обѣденному времени, такъ что все утро не могли мы выдти изъ. занятаго нами номера гостинницы. . Въ Харьковѣ рѣшились мы провести большую часть 4 святой недѣли, въ ожиданіи исправленія нашего, силъно пострадавшаго экипажа. У меня былъ тамъ одинъ знакомый домъ—Коробьина, родного брата нашего Московскаго друга Порфирія Павловича; y него были двѣ дочери, молоденькія и красивыя. Семья эта приняла насъ очень любезно, и мы проводити y нихъ время пріятно. Чрезъ нйхъ же познакомились съ нѣсколькими другими Харьковскими домами; были раза два въ театрѣ; разъ на балѣ въ собраніи; но къ сожалѣнію, дурная погода, холодъ и снѣгъ отбивали охоту въ свободные утренніе часы ходить по городу. Выручалъ васъ отыска- вшійся случайно общій нашъ Петербургскій знакомый — молодой Неклюдовъ, который своею веселою болтовнею умѣлъ расшеиелить даже скучнаго моего спутника.. і го апрѣля выѣхали мы изъ Харькова. По мѣрѣ того, какъ под- вигались на югъ, становилось теплѣе; все меньше видно было остат- ковъ зимняго снѣга, a мѣстами на дорогѣ показывалась уже пыль. Меня чрезвычайно занимала перемѣна характера природы. Съ напря- женнымъ вниманіемъ всматривался я въ степныя пространства, раз- стилавшіяся въ безконечную даль, во многихъ мѣстахъ уже покрытыя травой и цвѣтами; замѣчалъ особснности малороссійскихъ деревень и населенія. Но мѣстами дорога все еще была очень плохая; без- престанно случались остановки, то за лошадьми, то за поломками экипажа, который . н€ разъ опрокидывался,. такъ что мы должны были пересаживаться на перекладную и потомъ на станціи выжидать прибытія нашего рыдвана. Разъ случилось цамъ въ цѣлый день про- ѣхать только 35 верстъ, благодаря поднявшейся бури и мятели. Другой разъ пришлось запречь въ коляску быковъ. Ради всѣхъ этихъ затрудненій, добрались мы до Ростова только 6-го числа, т. е, на седьмыя сутки по выѣздѣ изъ Харькова. Переночевавъ въ Ростовѣ, на другой день, 7-го числа, доѣхали мы до Аксайской станицы. Здѣсь новое препятствіе—разливъ Дона на широкомъ пространствѣ, верстъ на и. Переправа совершалась на плоскодонной баржѣ и продолжалась 15 часовъ, притомъ не совсѣмъ безопасно, по причинѣ поднявшагося сильнаго вѣтра и наступившей темноты. Мы вышли на берегъ только въ іі-мъ часу вечера, уСтаро« Махинской станицы; вошли въ одну казачью хату, гдѣ насъ уго стили отличной стерляжьей ухой, пока послали человѣка за почто* выми лошадьми на станцію, находившуюся верстахъ въ 7 отъ мѣста нашего ночлега. Только утромъ 8-го числа тронулись мы оттуда, a на другой день, 9*го апрѣля, къ 7 часамъ вечера были въ Ставрополѣ. Такимъ образомъ все путешествіе наше отъ Москвы до Став- рополя продлилось 23 дня!.. Разсказьтваю всѣ эти подробнпсти путе- шествія въ тожъ соображеніи, что со временемъ трудно будетъ представить себѣ, каковы были средства сообщенія въ Россіи въ первую половицу XIX столѣтія. По приглашенію прежняго товарища моего по гвардейскому генеральному штабу подполковника Россильона, я по пріѣздѣ въ Ставрополь остановился y него и съ удовольствіемъ разстался съ Новосильцевымъ, который помѣстился въ гостинницѣ. У Россильона я засталъ въ сборѣ все общество офицеровъ генеральнаго штаба, что доставило мнѣ случай познакомиться почти со всѣми новыми моими товарищами. На слѣдующій день, ю-го числа, представился я начальству: командующему войсками Кавказской линіи и Черноморіи ген.-лейт. Граббеи начальнику штаба флигель-адъютанту полковник7 Траскину. Ооеръгквартирмейстеръ подполковникъ Норденсгамъ въ КАРТА А1). то время былъ въ отсутствіи: онъ выѣхалъ заблаговременно на лѣвый флангъ линіи и въ сѣверный Дагестанъ для приготовительныхъ рас* поряженій по случаю предстоявшей большой экспедиціи противъ Шамиля, подъ начальствомъ самого ген. Граббе. Съ другой стороны, на Черноморской береговой линіи предположено было дѣйствовать дес- сантнымъ отрядоііъ подъ начальствомъ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 3 генерала Раевскаго. Ген, Граббе также какъ и полк. Траскинъ приняли меня весьма благосклонно и 1) Поясненіе къ этой картѣ см. въ приложеніяхъ. яредоставили мнѣ,выборъ отряда, куда желалъ я быть назначеннымъ. He колеблясь, просилъ я назначенія въ «Чеченскій» отрядъ гене- рала Граббе, на лѣвомъ флангѣ и въ сѣверномъ Дагестанѣ. Спутникъ же мой Новосильцевъ былъ назначенъ въ отрядъ Раевскаго. При- знаюсь, я доволенъ былъ, что мнѣ не придется снова связаться на все время экспедиціи съ моимъ скучнымъ товаришемъ путешествія; онъ же потомъ сѣтовалъ на меня и даже пенялъ мнѣ, особенно когда впослѣдствіи выяснилось, что на долю Чеченскаго отряда выпала главная роль въ военныхъ дѣйствіяхъ этого года. Къ сожалѣнію моему, Россильонъ долженъ былъ на другой же день по пріѣздѣ моемъ въ Ставрополь уѣхать въ командировку, Также разъѣзжались постепенно и всѣ другіе офицеры генеральнаго штаба, такъ что некому было помочь мнѣ въ приготовленіяхъ къ предстоявшей мнѣ походной жизни. Впрочемъ главную изъ этихъ заботъ—покупку верховыхъ и вьючныхъ лошадей—принялъ на себя Россильонъ, обЬгцавъ мнѣ приготовить лошадей въ Моздокѣ, ближе къ сборному пункту Чеченскаго отряда—крѣпости Внезапной. Оста- валось добыть въ Ставрополѣ сѣдла, вьюки, бурку и прочія необ- ходимыя принадлежности походныя. Въ этихъ хлопотахъ и прошли болылею частью тѣ десять дней, которые я провелъ въ Ставрополѣ. Впрочемъ по утрамъ я занимался прилежно въ штабѣ просмотромъ дѣлъ, чтобы ознакомиться съ приготовительными распоряженіями къ предстоявшей экспедиціи и сколько возможно изучить самый край. Въ короткій срокъ я успѣлъ сдѣлать много выписокъ и замѣтокъ, которыя впослѣдствіи пригодились мнѣ для разныхъ работъ по Кавказу. Время, проведенное въ Ставрополѣ, пролетѣло незамѣтно и не безъ удовольствія. Изъ товариіцей видѣлся я чаиіе съ капитаномъ генеральнаго штаба Ник. Ив. Вольфомъ, съ гвардейскими офиде- рами: Борисомъ Алексѣевичемъ Перовскимъ (Кавалергардскаго полка), гр. Тизенгаузеномъ (Гродненскаго гусарскаго), Хрущовымъ (Конной гвардіи), Вилькеномъ (артиллеріи) и другими. Изъ мѣстнаго общества, весьма немногочисленнаго и скромнаго, познакомился я съ добро* душнѣйшей четой — Губернскимъ почтмейстеромъ Киселевскимъ и его женой; съ управляющшіъ Ставропольскою Палатою Государст- ^енныхъ Имуществъ— Франкомъ; съ' г-жею Нотара—интересною вдо- йою, въ обществѣ которой охотно проводила время вся пріѣзжая &олодежь; затѣмъ съ нѣкоторыми изъ «декабристовъ», еше игра- вшихъ выдающуюся роль въ тогдашнемъ обществѣ: Назимовымъ, кн. Валеріаномъ Голицынымъ, Кривцовымъ, Толстымъ и другими. Случалось обѣдать за сющимъ столскмъ въ гостинницѣ Наитаки (един- ственной въ то время во всемъ городѣ); былъ даже разъ на балѣ въ собраніи. Съ ген. Граббе за все время видѣлся только раза три. 19-го апрѣля откланялся я начальству и вечеромъ выѣхалъ изъ Ставрополя, вмѣстѣ съ барономъ Ипполитомъ Александровичемъ Вревскимъ, штабсъ-капитаномъ генеральнаго штаба. Ѣхали мы на перекладной и въ ночь съ 20-Г0 на 21-е чйсло прибыли въ Пяти* горскъ, гдѣ едва добились плохого помѣщенія въ гостинницѣ. Меня весьма интересовалъ Пятигорскъ, съ его минеральными источниками, . съ его пятью коническими горами, составляюіцими какъ бы послѣдніе отпрыскй Эльбруса, выброшенные этимъ великаномъ далеко насѣверъ, въ степь. Здѣсь впервые довелось мнѣ увидѣгь образчикъ горной мѣстности. Къ сожалѣнію, въ первый день по пріѣздѣ нашемъ въ Пятигорскъ погода была дождливая, такъ что нельзя было ничего видѣть, даже въ близкомъ разстояніи. Мы должны были въ этогь день ограничиться только представленіемъ мѣстному коменданту — ген.-Е. Симборскому—брату Іерони.ма Михайловича, подъ ферулою котораго я началъ службу въ гвардейской артиллеріи. Къ слѣдую» щему дню погода разгулялась; дѣлое утро бродилъ я безъ отдыха, осматривая живописную мѣстность и набрасывая по возможности въ своемъ альбомѣ наиболѣе восхитившіе меня виды. Я не замѣталъ. какъ прг шло время до 2Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 4 хъ часовъ пополудни, когда попался мнѣ посланный барономъ Вревскимъ человѣкъ, чтобы напомнить мнѣ о часѣ обѣда. Ндва успѣлъ я подкрѣпить свои силы скромною трапе* зою, сейчасъ же опять побѣжалъ на горы. Съ непривычки глаза къ горной мѣстности, я вздумалъ было взобраться на Машукъ и пустился наобумъ, по кратчайшему направленію, заранѣе восхищаясь видомъ, который откроется мнѣ съ вершины горы. Долго я карабкался, рискуя даже въ иныхъ мѣстахъ свалиться съ кручи; но чѣмъ далѣе подви- гался, тѣмъ дальше отъ меня казалась вершина. Время уже приб.ли- жалось къ закату, и я долженъ былъ съ досадою отказаться огь своего непосильнаго предпріятія. Спустившись съ неменьшими затруд- неніями чѣмъ при подъемѣ, я достигъ бульвара, когда уже совсѣмъ было темно. Только тутъ почувствовалъ я крайнее утомленіе и замѣ* тилъ изъяны и на своей одеждѣ,. и на собственной кожѣ. Несдіофя на то, первое. мое знакомство съ горною мѣстностьго достакило ілнѢ брльшое. удоволъсгвіе, ■.. 23-го апрѣля, въ воскресенъе, утромъ, выѣхалй мы съ Вревскимъ изъ Пятигорска. Вдоль всей дороги тянулась линія казачьихъ постовъ; ибо въ тѣ времена даже въ ближайшихъ окрестностяхъ Пятигорска и Георгіевска случались «происшествія». Шайки «хищниковъ» про- бирались незамѣтно черезъ нѣсколько кордонныхъ лшТійТ нападали на проѣзжихъ, на безоружныхъ жителей, убивали или уводили въ плѣнъ, угоняли -скотъ или забирали другую добычу. Въ Екатерино- градской станицѣ мы переночевали, a 24-го числа, выѣхавъ очень рано, прибыли около 9 часовъ утра въ Моздокъ, гдѣ ожидали меня приготовленныя Россильономъ лошади. Гостепріимный комендантъ, маіоръ гр. Бельфортъ, пригласилъ насъ къ обѣду и сдѣлалъ всѣ распоряженія объ отправкѣ моихъ лошадей въ кр. Внезапную. Для провода ихъ назначенъ былъ казакъ Моздокскаго полка Макаръ Шве- цовъ, который долженъ былъ оставаться при мнѣ на всю экспедицію. Послѣ обѣда мы успѣли проѣхать за-свѣтло еіле одну станцію и остановились ночевать въ станицѣ Галюгаевской. По ночамъ ѣзда вдоль линіи не допускалась. На всемъ пути отъ Георгіевска, съ пра- вой стороны, виднѣлся снѣговой хребетъ. Блестящее, серебристое очертаніе горъѵ казавшееся полосою свѣтлыхъ облаковъ, было для меня картиною совершенно новою и восхитительною. Въ то же время интересовало меня все встрѣчавшееся на пути: казачьи станицы, кор- донные посты, нагайскія арбы, сами казаки линейные, необыкновенно ловкіе, развязные, смышленые, красивой наружности, всегда въ щегольскомъ нарядѣ съ оружіемъ, тщательно сберегаемымъ. Меня приводилъ въ недоумѣніе вопросъ: какъ могло поддерживаться то хозяйственное довольство, которое замѣчалось въ каждой казачьей хатѣ? Откуда брались матеріальныя средства, необходимыя для боевого снаряженія казака въ такомъ блестящемъ видѣ? При той гягостной, почти непрерывной службѣ, которая въ то время лежала на линей- ныхъ казакахъ, особенно же на полкахъ, растянутыхъ узкоюлентою по Тереку (Горскомъ, Моздокскомъ, Гребенскомъ и Кизлярскомъ), многое въ экономическомъ существованіи этого населенія предста- влялось мнѣ загадочнымъ въ первое вре.мя знакомства моего съ краемъ. 25-го апрѣля, около 9 часовъ утра, доѣхали мы до станицы Наурской. Здѣсь прекрашалась почтовая ѣзда и приходилось далѣе ѣхать на обывательскихъ подводахъ. Пока приготовлялись лошади и телѣга, мы отобѣдали y командира Моздокскаго казачьяго полка маіора Власова, и вь тотъ же день доѣхали до станицы Червленной штабъ-квартиры Гребенскаго полка, имѣвшей тогда громкую извѣст- ность; она славилась красотою женскаго пола и легкостью нравовъ. Командиръ полка, гр.Штенбокъ/ прйнялъ насъ съ обычньщъ кавказ- скимъ гостепріимствомъ. Мы нашли здѣсь многихъ изъ опередившихъ насъ товарищей, ѣхавшихъ также въ Чеченскій отрядъ. Спутникъ мой, баронъ Вревскій, остался на нѣкоторое время въ Червленной, a я, переночевавъ тамъ, продолжалъ на другой день, 26-го числа, путь верхомъ; имущество же мое съ денщикомъ Поповымъ везлось т арбѣ. До станицы Щедринской ѣхалъ я одинъ; a тамъ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 5 съѣхался съ Хрущовымъ и гр. Тизенгаузеномъ, съ которыми п продолжалъ путь, уже съ неболыдимъ конвоемъ. Во всѣхъ станицахъ на пути заставали мы проводы отправлявшихся въ походъ казаковъ; все почти насе- леніе станицы выходило въ поле для прощанія съ отъѣзжавшими. картаб. Къ вечеру 26-го числа доѣхаліі мы до переправы на Терекѣ y АмиръАджи-юрта. Ночевали мы въ неоолыиой слободкѣ на лѣвомъ берегу рѣки; на противоположной сторонѣ находилось укрѣпленьице, весьма жалкаго вида, возооновленное въ 1825 году, послѣ нападенія горцевъ, которые тогда перерѣзали весь гарнизонъ. 27-го числа, рано утромъ, переправились мы черезъ Терекъ въ большой лодкѣ. Погода была прекрасная; видъ снѣговыхъ горъ, освѣщенныхъ восходящимт, солнцемъ, былъ истинно великолѣпенъ. Отъ переправы нашъ путь пролегалъ по равнинѣ Кумыкской. Конвой нашъ состс)ялъ всего изъ десяти казаковъ. Къ обшеству нашему присоединился новый сцут* никъ—маіоръ Арбеньевъ, маленькій человѣчекъ, щеголявшій отбор- ными фразами, съ притязаніемъ на остроуміе. Онъ ѣхалъ въ отрядѣ въ качествѣ дежурнаго штабъ-офидера. На половинѣ перехода слу* чайно съѣхались мы съ одниѵіъ знакохмымъ мнѣ офицеромъ гене- ральнаго штаба, капитаномъ Шѵльцемъ (выпущеннымъ изъ Академіи годомъ послѣ меня); онъ разъѣзжалъ съ группою Кумыковъ для какихъ*то рекогносцировокъ. Обмѣнявшись съ нимъ нѣсколькнми словами, мы снова разъѣхались въ разныя стороны. Къ полудню доѣхали мы до укрѣпленія Ташъ-Кичу, въ і8 вер- стахъ отъ Амиръ-Аджи-юрта. Комендантъ объявилъ намъ, чго ѣхать далѣе въ тотъ день мы не можемъ, a должны ждать до слѣдуюшаго дня, чтобы ѣхать съ «оказіей», подъ прикрытіемъ пѣхотнаго конвоя. Намъ отвели помѣщеніе въ солдатской слободкѣ или форштадтѣ, въ плохой мазанкѣ съ землянымъ поломъ. Слободка, также какъ и укрѣпленіе, находилась на лѣвомъ берегу рѣки Аксая, текущей въ высокихъ, крутыхъ берег-ахъ. На противоположной сторонѣ располо- женъ Кумыкскій аулъ—Новый Аксай, :й близъ него, отдѣльно, зшокъ Кумыкскаго князя Мусса Хасаева. Пообѣдавъ чѣмъ Богъ послалъ, лы пошли втроемъ, съ Арбеньевьшъ и Хрущовьтмъ, на ту сторону рѣки, чтобы взглянуть на Кумыкскій аулъ. a потсхѵгь гтосѣтить князя Мусса Хасаева. Замокъ его состоялъ изъ нѣсколькихъ одноэтажныхъ домиковъ татарскаго типа, расположенныхъ среди обширнаго ква- дратнаго двора, обнесеннаго высокою стѣного изъ необожженнаго кир- лича съ такими же четыреугольными башнями по угламъ. Хозяинъ— благообразный старикъ высокаго роста, съ длинными бѣлыми усами, въ черномъ архалукѣ и бѣлой папахѣ на головѣ — принялъ насъ добезно, но съ азіатскимъ достоинствомъ, сидя на коврѣ и съ длин- нымъ чубукомъ- въ губахъ. Для насъ, гостей, поставлены были низенькія скамеечки, употребляемыя y азіатцевъ вмѣсто столиковъ. Князь понималъ по-русски; но разговоръ велъ съ нами черезъ пере- водчика. Онъ угошалъ насъ плохимъ чаемъ и трубками. Мы провели y него часа два, такъ что солнце уже садилось, когдавышли изъ замка Муссы Хасаева. Онъ предложилъ намъ верховыхъ лошаіей, съ тѣмъ, чтобы мы могли вернуться въ нашу слободу кратчайшимъ путемъ, переѣхавъ черезъ рѣку въ бродъ, вмѣсто кружного пути чрезъ аулъ и по зыбкому мосту. Возвратились мы на ночлегъ вполнѣ довольные своимъ первымъ знакомствомъ съ одною изъ множества разновидностей Кавказскаго населенія. На другой день, 28-го числа, двинулись мы изъ Ташъ-Кичу къ кр. Внезапной, вмѣстѣ съ большимъ транспортомъ изъ Кумыкскихъ и Ногайскихъ арбъ, подъ прикрытіемъ роты Куринскаго егерскаго полка и Кумыкской милидіи. Съ тою же «оказіей» ѣхали въ отрядъ многіе Кумыкскіе князья и уздени, щеголевато одѣтые, на прекрас- ныхъ коняхъ, съ нарядной сбруей. Намъ предстоялъ въ этотъ день переходъ свышс 30 верстъ. Двигались мы ужасно медленно. Вере- ница повозокъ, съ пѣхотнымъ конвгемъ, распредѣленнымъ спереди, съ боковъ и сзади, растянулась непомѣрно и слѣдовала.въ большомъ безпорядкѣ, безъ всякихъ предосторожностей. Казалось, чго кон- воирующія войска Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 6 даны были не для охраненія колонны отъ непрія- тельскаго нападенія, а только для соблюденія установленной фор- мальноли. Дорога была однообразна и пустынна; въ нѣкоторыхъ мѣстахъ она шла кустарниками; большею же частью по открытой и ровной мѣстности. Только вдали, съ правой стороны, на горизонтѣ, приковывалъ къ себѣ наше зрѣніе величественньш снѣговой хребетъ ropi; a прямо спереди виднѣлся невысокій, лѣсистый гребень Гебекъ- кала, составляющій грань между Кумыкскою равниною и нагорною Салатавіею. Послѣ продолжительнаго привалана половинЬ перехода, на берегу рѣки Ямансу (гдѣ смѣнились конвоируюіція войска), мы переправшшсь въ бродъ чрезъ эту рѣку, a потомъ вторично чрезъ Ярыкъ-су, и засвѣтло добрались наконецъ до цѣли нашего путе^ шествія— крѣпости Внезапной. Крѣпость эта и рядомъ съ нею главный Кумыкскій аулъ Андрсевъ (Эндрэ) расположены направомъ берегу рѣки Акташа, вблизи отъ выхода ея изъ горной долины. Въ самомъ близкомъ разстояніи, надъ крѣпостью госпо іствуютъ лѣсистыя высоты. Акташъ, какъ всѣ другія рѣки на Кумыкской равнинѣ, вездѣ проходимъ въ бродъ. По пріѣздѣ въ крѣпость, отправились мы прямо къ коменданту, доаіору Моравскому (онъ же h командиръ расположеннаго тутъ линейнаго № п батальона). Онъ отвелъ намъ помѣіценіе въ одной изъ пустыхъ казармъ, безъ всякой мебели. He безъ труда достали мы столъ, нѣсколько скамеекъ, сѣна вмѣсто кроватей; денщики про мыслили въ слободкѣ кое-какіе припасы и напитали насъ. На дру- гой же день, 29-го числа, отправились мы сами въ аулъ и закупили тамъ всякой всячины. Немедленно образовалась y насъ артель; къ пріѣхавшимъ вліѣстѣ со мною (Арбеньеву, Тюенгаузену, Хрущову) присоединились бывшіе уже тамъ подполковникъ жандармскій Викторовъ, капитанъ Сердаковскій и штабсъ-капитанъ гвардіи Биби^ ковъ. зо-го уже числа, въ воскресенье, надѣли мы эполеты, шарфы и явились къ ген.-м. Галафѣеву, командиру 2-й бригады 20-й пѣ- хотной дивизіи. На него было возложено непосредственное началь- ство собиравшимися при кр. Внезапной войсками Чеченскаго отряда. Онъ принялъ насъ любезно и пригласилъ пройтись вмѣстѣ съ ним.ъ по крѣпости. Въ тотъ же день привели моихъ лошадей изъ Моздока; къ великому моему горю, лучшая изъ нихъ оказалась зараженною сапомъ, и пришлось мн£ искать другого верхового коня. і-го мая прибылъ въ Внезапную и самъ ген. Граббе. НАБѢГЪ ВЪ ИЧКЕРІЮ. Собравшіяся подъ крѣпостью Внезапной войска Чеченскаго отряда расположились лагеремъ въ нѣсколькихъ верстахъ къ сѣверу отъ крѣпости, за ауломъ Андреевымт», на правомъ берегу Акташа и тыломъ къ рѣкѣ. Въ то время въ отрядѣ состояло всего 6 баталі- оновъ пѣхоты (2 баталіона Кабардинскаго егерскаго полка и 4 баталіона Куринскаго), рота саперъ, 12 орудій (въ томъ числѣ 4 казачьихъ), 5 сотенъ казаковъ (въ томъ числѣ 3 сотни пѣшихъ) и нѣсколько сотенъ туземной милиціи. Численность этихъ войскъ едва достигала 6.500 чел.; собственно же въ строю было не болѣе ).8оо человѣкъ. Ko времени пріѣзда генерала Граббе не были еще окончены всѣ приготовленія къ экспедиціи. Еще подвозились запасы продо- вольственные и боевые. Даже не съѣхались всѣ лица отряднаго штаба; не было на лицо ни одного офицера генеральнаго штаба, кромѣ меня. Генералъ Граббе вынужденъ былъ поручить исправленіе обязанностей начальника штаба командиру Куринскаго егерскаго полка полковнику Пулло, a на меня, пріѣзжаго молодого офидера, возложить временно обязанности оберъ-квартирмейстера. Поэтому я долженъ былъ 2-го мая объѣхать лагерь и окрестности его наболь- шомъ пространствѣ, чтобы выбрать мѣсто для пастьбы отряднаго табуна и указать размѣщеніе передовыхъ постовъ для охраненія какъ табуна, такъ и самого лагеря. Вслѣдствіе произведенной мною рекогносцировки, подъ прикрытіемъ полусотни туземной милиціи, въ тотъ же день выставлены были наблюдательные посты отъ кон* ницы. Мѣры эти оказались очень не лишними: въ предшествовавшую яочь угнано было до 30 отрядныхъ лошадей. можно Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 7 сказать, на глазахъ отряднаго начальства, 3-ro мая ген. Граббе произвелъ смотръ собраннымъ войскамъ впереди лагернаго ихъ расположенія. Конечно, тутъ не было ника* кого подобія тѣхъ блестящихъ парадовъ, къ которымъ привыкъ нашъ глазъ въ Петербургѣ. He было ни щеголеватости въ одеждѣ, ни выправки, ни равненія; даже не всегда солдаты попадали въ ногу. Насъ, гвардейскихъ офицеровъ, ч съ перваго взгляда поражали въ Кавказскихъ войскахъ видимая распугценность, неряшество въ одеждѣ, даже казавшееся отсутствіе дисциплины и точнаго отправленія службы. Но вмѣстѣ съ тѣмъ не могли мы не подмѣтить во взглядѣ каждаго солдата какой*то отваги и самоувѣренности, чего-то особаго, отли- чавшаго эти войска отъ всѣхъ другихъ. Видимо, это были войска боевыя, a не парадныя. Съ з-го же мая начали съѣзжаться чины отряднаго штаба. Обя- занности оберъ-квартирмейстера принялъ баронъ Вревскій, пока былъ старіпимъ въ чинѣ, a нѣсколько дней спустя кап. Вольфъ до при* бытія полк. Норденстама, который все еще находился въ Темиръ- Ханъ-Шурѣ, чтобы торопить снаряженіе и отправленіе изъ сѣв. Даге- стана прелназначенныхъ въ составъ Чеченскаго отряда частей войскъ и транспортовъ. Полковникъ Пулло остался начальникомъ штаба. Это былъ хитрый грекъ, опытный въ Кавказской войнѣ, но вовсе незнакомый со штабными дѣлами и не славившійся добродѣтелями Катона. Вообще нельзя признать удачными какъ личный составъ нашего отряднаго штаба, такъ и самую организацію его. Временный оберъквартирмейстеръ кап. Вольфъ былъ человѣкъ умный, развитой, письменный, но вовсе не боевой, притомъ желчный и сухой. Изъ троихъ офицеровъ генеральнаго штаба, штабсъкапитанъ бар. Врев- скій, другъ Вольфа, былъ, наоборотъ, вовсе не письменный, но съ воинственными наклонностями и сильно развитымъ честолюбіемъ; штабсъ-капитанъ Эдельгеймъ—честный, работяшій финляндецъ, дооро* совѣстно йсполнявшій свои обязанности, и наконецъ штабсъ-капи* танъ Шульцъ—замѣчательный оригиналъ, истый нѣмедкій буршъ, безгранично воинственный, рвавшійся на самые опасные подвиги. Таковъ былъ составъ «квартирмейстерской» части отряднаго штаба. Другая часть, извѣстная подъ названіемъ «Дежурства», имѣла какую-то странную организадію; она была.. раздѣлена между нѣсколькими лицами: должность «Походнаго дежурнаго штабъ-офицера» испол- нялъ сперва маіоръ Арбеньевъ, о іеоторомъ было уже упоминаемо, a лотомъ жандармскій псдполковникъ Викторовъ; аДежурствомъ» же управлялъ штабсъ-капитанъ (считавшійся по гвардіи) Бибиковъ— человѣкъ дѣльный, письменный. Кромѣ того бъ составъ ііітаба вхо- дили: капитанъ Сердаковскій въ зваиіи казначея, инженеръ-подпол- ковникъ Энбрехтъ, завѣдывавшій инженерною частью, отрядный вагенмейстеръ капитанъ Дсмбровскій и старшій докторъ Земскій; за- тѣмъ не малое число адъютантовъ, постоянныхъ ординарцевъ ит. д. Изъ гвардейскихъ офицеровъ собственно при командующемъ отря- домъ, въ качествѣ постоянныхъ ординарцевъ, состояли поручикъ Перовскій (кавалергардъ), подпоручикъ Булгаковъ (Финляндскаго полка) и корнетъ гр. Тизенгаузенъ (Гродненскій гусаръ); прочіе были прикомандированы къ разнымъ частямъ войскъ: Преображенскаго полка — ГІотуловъ, Семеновскаго —Рылѣевъ, Егерскаго — Ршшгеръ, Лейбъ Гренад *рскаго—Муратовъ, сапернаго баталіона—гр. Ниродъ, Конной Гварііи—Хрущовъ, Кирасирскаго Его Высочества—Мартыновъ, Конно-Гренадерскаго—Масловъ, Лейбъ-Уланскаго—Солодов- никовъ, Лейбъ-Гусарскаго ■—Никитинъ, Драгунскаго — Стромбергъ, Уланскаго Его Высочества—Вороновъ, гвардейской артиллеріи—Жу- ковскій, Вилькенъ и Зыбинъ. Командовали частями въ' отрядѣ: баталіонами Кабардинскаго егерскаго полка—полковникъ Лабинцевъ, командиръ этого полка; Куринскими —подполковникъ Виттортъ; саперною ротою—капитанъ Вильде; казаками—маіоръ Власовъ, командиръ Моздокскаго казачьяго полка; артиллеріей—полковникъ Ярошевскій. Генералъмаіоръ Гала- фѣевъ остался непосредственнымъ начальникомъ всѣхъ пѣхотныхъ частей Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 8 отряда. Отрядъ оставался въ сборѣ подъ Внезапной, въ ожиданіи окон- чанія подвоза4 запасовъ и пріѣзда Коргіуснаго Командира, генерала- отъ-инфантеріи Головина, который пожелалъ посѣтить Чеченскій отрядъ прежде, чѣмъ принять лично начальство надъ аДагестан- скимъ» отрядомъ, назначеннымъ для дѣйствій въ южномъ Дагестанѣ, именно въ верховьяхъ Самура. Ген. Головинъ прибылъ 8 го мая; для встрѣчи его ген. Граббе со всѣжъ своимъ штабомъ и свитой выѣхалъ верхомъ за ворота крѣпости. На другой день, 9 го числа, предста- влялись ему всѣ лииа Штаба Чеченскаго отряда; потомъ ироисходили въ лагерѣ напутственное молебствіе и смотръ войскамль, a послѣ обѣдъ у ген. Граббе, Корпуснкй командиръ уѣхалъ въ Темиръ-Ханъ-Шуру. Въ ту же ночь, съ 9*го на ю-е мая, назкачено было высту- пленіе отряда. Главною цѣлью дѣйствій Чеченскаго отряда было нанести пора- женіе Шамилю въ главномъ его убѣжищѣ Ахульго. Эта укрѣпленная скала, на правомъ берегу Андійскаго' Койсу, близъ сліянія его съ Аварскимъ Койсу, считалась въ понятіи горцевъ совершенно непри- ступною. Достигнуть этого пункта можно было двумя путями: или съ сѣвера, отъ крѣпости Внезапной, чрезъ всю Салатавію и Гумбетъ, или съ востока, отъ ТемиръХанъ-Шуры, обычнымъ путемъ сообщенія съ Хунзахомъ. Второй этотъ путь охранялся укрѣпленіями: Бурун* дукъ-кале (при спускѣ съ возвышенной плоскости Тарковскихъ или Шамхальскихъ владѣній въ ущелье Аварскаго Койсу), Зыраны (на переправѣ чрезъ эту рѣку) и Цатаныхъ (при выходѣ дороги на воз- вышенную плоскость Аварскую). Отъ послѣдняго этого пункта отдѣляется дорога къ сѣверу, на Бетлетскую гору, съ которой спу- скаются нѣсколько тропинокъ въ котловину Койсубу, гдѣ утвердился въ то время Шамиль. Эта дорога была кратчайшимъ путемъ, по которому отрядъ не встрѣтилъ бы значительнаго противодѣйствіядо самаго Ахульго, тогда какъ на первомъ пути, гораздо болѣе длинномъ, надобно было непремѣвно ожидать сопротивленія непокорныхъ племенъ на многихъ пунктахъ трудной мѣстности и сверхъ того предстояла переправа чрезъ Андійское Койсу. He смотря на всеэто, въ Высочайше утвержденномъ общемъ планѣ дѣйствій дано было предпочтеніе наступательному движенію съ сѣверной стороны. Чечен- скій отрядъ, составленный преимуществснно изъ войскъ лѣваго фланга Кавказской линіи, наступая отъ кр. Внезапной, чрезъ Сала- тавію и Гумбетъ, не оставлялъ безъ прикрытія самую линію и Зате. речное мирное населеніе. Рѣшительное пораженіе, нанесенное непрі- ятелю на этомъ пути, достаьляло ту выгоду, что Шамиль, замкну- вшись въ своемъ гнѣздѣ, не могъ уже расчитывать на подмогу гор- скихъ племенъ лѣвой стороны Андійскаго Койсу. Въ помощь Чеченскому отряду назначались нѣкоторыя войска сѣвернаго Дагестана, именно Апшеронскій пѣхотный полкъ съ 6 орудіями. Часть этихъ войскъ должна была присоединиться къ отряду при движеніи его чрезъ Салатавію (чрезъ Міатлинскую переираву на Сулакѣ), а.другая—назначалась для конвоированія трансіюртовъ, которые предполагалось отправлять изъ Темиръ-Ханъ-Шуры чрезъ Зыраяы, для снабженія Чеченскаго отряла въ тотъ періодъ кампаніи, коіда этотъ отрядъ подступитъ къ Ахульго и откроетъ сообщеніе съ сѣвернымъ Дагестаномъ чрезъ Цатаныхъ. КАРТА В. Но прежде вторженія въ глубину горъ, Чеченскому отряду не- обходимо было обезпечить линію отъ угрожавшей ей опасности со стороны враждебныхъ скопищъ, собиравшихся въ сосѣднихъ съ Кумыкскою равниною «Черныхъ» горахъ Чечни, подъ предводи- тельство^іъ Шамилева Наиба Ташавъ-Хаджи; a для этого предстояло прежде всего нанести ударъ этому вожаку въ устроенныхъ имъ убѣ- жищахъ, среди лѣсовъ Ауха и Ичкеріи. Въ особенности же признавалось нужнымъ уничтожить возведенное имъ передовое укрѣпленіе, въ ближайшемъ сосѣдствѣ съ Кумыкскою равниною, всего въ 30 вер- стахъ отъ кр. Внезапной, среди глухого лѣса, на урочищѣ Ахметъ-Тала. Предположено было произвести на это укрѣпленіе внезапное нападеніе, посредствомъ ночного движенія. Всѣ распоряженія къ вы- ступленію отряда въ ночь Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 9 съ 9-го на ю-е мая дѣлались въ глубокой тайнѣ. Предъ самымъ выступленіемъ отданъ былъ по войскамъ при- казъ, написанный самимъ генераломъ Граббе, который шеголялтэ своимъ перомъ и всегда самъ редактировалъ подобные приказьт вой- скамъ или прокламаціи къ населенію. Ночное движеніе должно было совершигься налегкѣ, съ уменьшеннымъ до крайности обозомъ. Главная колонна была направлена вдоль подотвъ горъ до самой рѣки Аксая и далѣе вверхъ по долинѣ ея до аула Мискитъ, близъ котораго и находилось означенное укрѣпленіе Ташавъ-Хаджи; пере- довой же отрядъ изъ двухъ баталіоновъ Кабардинскаго егерскаго полка, при двухъ горныхъ орудіяхъ, подъ начальствомъ полк. Лабын- цева, долженъ былъ слѣдовать кратчайшею тропинкою, по указанію одного туземца, такъ, чтобы къ разсвѣту появиться предъ непрія- тельскимъ укрѣпленіедіъ съ той стороны, откуда нельзя было ожидать нападенія. Къ этой колоннѣ надобно было назначить одного изъ офицеровъ генеральнаго штаба; на это назначеніе напрашивались баронъ Вревскій и я, такъ что гіришлось кинуть жребій. Судьба рѣшила въ пользу Вревскаго. Лишь только смерклось, войска начали переходить чрезъ рѣку Акташъ и двинулись далѣе въ глубокой тишинѣ. Движеніе это, лри свѣтѣ мѣсяца, было необыкновенно эффектно; особенно въ тѣхъ мѣстахъ, гдѣ дорога пролегала лѣсомъ, пропитаннымъ въ ночную пору чудеснымъ ароматомъ. Перейдя въ бродъ рѣки Ярыкъ-су и Яманъ-су и дойдя до развалинъ стараго Аксая, отрядъ остановился тутъ на привалъ; а предъ разсвѣтомъ вступилъ въ самую долину рѣки Аксая. Въ головѣ колонны, при проводникахъ изъ туземцевъ и нѣсколькихъ десяткахъ конныхъ милиціонеровъ, ѣхали мы молча, Шульцъ и я. Лишь только начало свѣтать, слѣва послышались пу- шечные выстрѣлы. Они возбудили въ насъ обоихъ крайнее негер- пѣніе; намъ хотѣлось скорѣе попасть въ дѣло. Прибавивъ шагу, мы олередили проводниковъ; когда же увидѣли надъ лѣсомъ взвива- вшіеся клубы дыма—признакъ, что непріятельское укрѣпленіе у^е взято передовымъ отрядомъ, мы оба такъ увлеклись, что поскакали впередъ одни, рискуя быть подстрѣленными изъ лѣсной чащи. Въ ту минуту не приходило намъ въ голову, что, покидая самовольно колонну, мы позволяли себѣ поступокъ Противный порядку службы: съ моей стороны это было необдуманное увлеченіе неопытной моло- дости; но Шульцъ—офицеръ зрѣлыхъ лѣтъ, уже не первый разъ попадавшій въ огонь, не имѣлъ такого оправданія. Впослѣдствіи онъ самъ признавался, что не хотѣлось ему пустить меня впередъ одного. Итакъ мы оба, какъ обезумѣвшіе, направляясь прямо на вы- стрѣлы, прискакали на поляну, среди которой дымились остатки раз- рушеннаго и зажженнаго укрѣпленія непріягельскаго, a no сторонамъ его, за пнями срубленныхъ деревьевъ, лежали кучки нашихъ егерей и перестрѣливались съ горцами, скрывавшихчися въ опушкѣ окру- жавшаго лѣса. По срединѣ позиціи нашего отряда, на холмѣ, стояли два горныя орудія, осыпавшія опушку лѣса картечью. Мы съ ІПуль- цемъ понеслись прямо на этотъ холмъ, и несмотря на предостере- женія артиллерійскаго офицера, праиорщика Баумгартена, кричавшаго намъ, чтобы мы не показывались верхомъ на батареѣ, мы всетаки остановились между обоими орудіями, на когорыя и безъ того уже оылъ направленъ частый огонь горцевъ. Артиллерисгы прикрывались по возможности толстыми пнями, торчавшими на самой вершинѣ холма. Съ появленіемъ же на этомъ холмѣ двухъ всадниковъ посы- пался цѣлый градъ пуль, и одною изъ первыхъ я былъ раненъ въ правую руку выше локтя навылетъ. Въ первую минуту я едва по- чувствовалъ какъ бы легкій обн9огъ и не обратилъ вниманія на свою рану, тѣмъ болѣе, что на мнѣ была бурка. Ho по настоянію прапор- щика Баумгартена, мы съѣхали съ холма и тогда только кто*то по- совѣтовалъ мнѣ сойти съ лошади и сдѣлать немедленно перевязку раны. Перевязка эта была сдѣлана бывшимъ при отрядѣ врачемъ, въ палаткѣ маіора Власова, разбитой подъ выстрѣлами непріятельскими. Пришлось разрѣзать рукавъ сюртука и подвѣсить руку платкомъ. Когда все это было кончено, я Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 10 сѣлъ опять верхомъ и отъѣхалъ къ главной колоннѣ, уже расположившейся на привалъ верстахъ въ двухъ отъ мѣста боя, за лѣсомъ. Увидавъ меня, генералъ Граббе слегка пожурилъ, a потомъ напоилъ чаемъ, и я заснулъ крѣпкимъ сномъ. Между тѣмъ перестрѣлка въ передовомъ отрядѣ все усиливалась. Застигнутый совершенно врасплохъ и принужденный покинуть свое убѣжище почти безъ сопротивленія, Ташавъ-Хаджи, съ небольшимъ числомъ находившихся съ нимъ мюридовъ, укрылся въ лѣсу завалами; но съ первымъ выстрѣломъ на Ахметъ-Тала— начали сбѣгаться горцы изъ окрестностей и постепенно число ихъ въ лѣсу усиливалось. Они . дрались съ такимъ ожесточеніемъ, что въ одиночку или малыми куч- ками выбѣгали изъ лѣсу и отчаянно бросались въ шашки на нашихъ егерей. Съ своей стороны и егеря дрались молодцами въ рукопашную. Чтобъ избѣгнуть большой потери при атакѣ лѣса, ген. Граббе напра* вилъ конницу вправо, угрожая пути отступленія непріятельскаго скопища, и вмѣстѣ съ тѣмъ подкрѣпилъ передовой отрядъ. Обходное движеніе конницы произвело желанное дѣйствіе. Около 5 часовъ по полудни главныя силы двинулись впередъ и безъ затрудненія прошли чрезъ густой лѣсъ по тропинкѣ, заваленной во многихъ мѣ- стахъ срубленными громадными деревьями. Щедшіе впереди саперы расчищали путь. Рана моя не мѣшала мнѣ ѣхать верхомъ въ свитѣ генерала и восхищаться великолѣпнымъ лѣсомъ, чрезъ который мы слѣдовали. Уже смеркалось, когда мы выѣхали на открытую поляну и спустились въ долину р. Яманъ-су, гдѣ отрядъ расположился для ночлега. Находившійся по близости аулъ Балансу найденъ покинутымъ жителями и преданъ огню. Ыа высотахъ, окружавшихъ лагерь, выставлены были передовые наблюдательные посты. Въ живописной этой мѣстности. освѣщенной пожаромъ аула, обычная церемонія вечерней зари, при звукахъ егерскаго хора музыки, производила чудное впе- чатлѣніе. Такъ прошелъ первый день экспедиціи. Для х^еня лично этотъ первый шагъ на боевомъ поприщѣ не обошелся даромъ; но я почти радовался своей ранѣ, которая не препятствовала мнѣ оставаться въ отрядѣ и продолжать участвовать въ военныхъ дѣйствіяхъ. Ночь съ іо-го на и-е мая прошла спокойно; я провелъ ее подъ деревомъ, закутавшись въ бурку. Все утро слѣдующаго дня отрядъ оставался на мѣстѣ ночлега. Ген. Граббе былъ такъ внимателенъ ко мнѣ, что освѣдомлялся о моемъ гаоровьѣ и прислалъ мнѣ супу со своего стола. Около 2*хъ часовъ no полудни отрядъ двинулся вверхъ no долинѣ Яманъсу. Дорога пролегала то по скату горъ черезъ лѣса, мѣстами между воздѣланными полями, то круто спускалась въ самую долину. Хотя артиллерія и повозки проходили безпрепятственно, однако-жъ движеніе замедлялось крутыми спусками и подъемами; колонна растягивалась; приходилось часто остана ?ливать голову ея, чтобы дать подтянуться хвосту. Въ иныхъ частяхъ пути колонна съ обозомъ двигалась по каменистому руслу рѣки, между двумя высо* кими, почти отвѣсными, какъ стѣны, бсрегами, съ которыхъ мѣстами спадали въ видѣ водопадовъ свѣтлыя струи воды. Движеніе головной колонны прикрывали боковыя цѣпи, пробиравшіяся справа и слѣва по гребнямъ нагорныхъ береговъ. Всѣ аулы, лежавшіе по сторонагь дороги (Наке-Юртъ, Цезынъ-Ирзау, Доба-Юртъ), найдены были покину- ты\ш жителями и преданыогню. Горцыне препятствовали нашемудви- женію; только лѣвая боковая колонна, уже при выходѣ на поляну, въ виду дерсвни Рагонкажъ, встрѣтила небольшую группу горцевъ, засѣвшихъ въ балкѣ, повидимому для прикрытія бѣжавшихъ въ лѣсъ семействъ. Егеря Кабардинскаго полка, не теряя времени на пере- стрѣлку, выбили непріятеля штыками, и весь отрядъ расположился на ночлегъ близъ аула Рагонкажъ, который, также какъ и другіе, былъ сожженъ. Въ этотъ вечеръ мнѣ поручено было, распросомъ проводниковъ изъ туземцевъ, собрать свѣдѣнія объ окрестной странѣ и дорогахъ. Топографъ Алексѣевъ, опытный въ своемъ дѣлѣ, снималъ глазомѣрно карту пройденной мѣстности, иногда подъ непріятельскими выстрѣ- лами. Утрожъ 12-го числа явилось въ отрядъ нѣсколько горцевъ, выдававшихъ себя за Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 11 депутацію • отъ Ичкеринцевъ и увѣрявшихъ, что они прогнали отъ себя Ташава-Хаджи, виновника постигшаго ихъ бѣдствія. Гсн.Граббе готовъ былъ повѣрить этимъ сказкамъ: однако*жъ зная, что верстахъ въ ю отъ нашего ночлега, въ долинѣ Аксая, находилось главное пристанище Ташава-Хаджи, укрѣпленный аулъ Саясань, рѣшился выдвинуть туда небольшой отрядъ изъ двухъ баталіоновъ Кабардинскаго полка, двухъ ротъ Куринскаго, двухъ горныхъ орудій и милиціи, подъ начальствомъ полк. Лабынцева. Главныя же силы остались на мѣстѣ ночлега. і2*го мая Лабынцевъ выступилъ съ разсвѣтомъ, безпрепятственно прошслъ узкою дорогою черезъ лѣсъ и только при выходѣ изъ нёго, на спускѣ къ самому аулу, былъ встрѣченъ сильнымъ ружейнымъ огнемъ. Однако-жъ горцы не держались въ само.чъ селеніи, a засѣли въ укрѣпленіи, построевномъ къ югу отъ него, за глубокою балкою. Подступы къ этому укрѣпленію были преграждены завалами, засѣ- ками, нѣсколькими рядам.и рвовъ. Полковникъ Лабынцевъ, не теряя времени, повелъ свои войска на приступъ нѣсколькими колоннами и выбилъ горцевъ изъ веѣхъ заваловъ» Угрожаемые обходными колой- нами, они покинули укрѣпленіе и спасались бѣгствомъ; многіе были переколоты штыками. Укрѣпленіе было раззорено, a селеніе предано огню. Однако-жъ съ окружавшихъ высотъ горцы продолжали пере- стрѣлку, a подъ вечеръ, когда Лабынцевъ началъ отводить войска съ позиціи, для возвращенія къ главнымъ силамъ, непріятель смѣло бросился на его аріергардъ и настойчиво преслѣдовалъ до самаго выхода колонны изъ лѣса на поляну, гдѣ расположенъ былъ отрядъ. Въ Кавказской войнѣ отступленіе войскъ всегда было самымъ труднымъ и опаснымъ дѣломъ. даже послѣ рѣшительнаго успѣха. Поэтому надобно было ожидать, что и всему нашему отряду не избѣг- нуть напора горцевъ на обратномъ пути изъ горъ. Чтобы по воз- можностй облегчить отступленіе, ген. Граббе вознамѣрился начать обратное движеніе въ ночное время, незамѣтно для непріятеля. Въ этихъ видахъ отрядъ оставался на мѣстѣ весь день 13-го мая. Только небольшая колонна была выслана для раззоренія лежавшаго вблизи селенія Белитли. Получены были отъ туземцевъ свѣдѣнія, что Ташавъ- Хаджи, послѣ понесенныхъ пораженій, ушелъ въ Беной, въ самую глубь Ичкеріи. Пользуясь цѣлымъ днемъ стоянки, я просилъ нашего старшаго врача Земскаго сдѣлать мнѣ настоящую перевязку раны, первую послѣ сдѣланной мнѣ на-скоро, на самомъ полѣ сраженія. Въ это время рана начинала меня безпокоить болѣе, чѣмъ въ первые два дня; по временамъ я чувствовалъ лихорадочное состояніе. Докторъ Земскій нашслъ, что пуля должна была слегка коснуться кости; приходилось извлекать осколки ея и обрывки одежды. Съ наступленіемъ ночи началось отступательное движеніе отряда. Части войскъ и обозы снимались постепенно съ позиДій своихъ въ совершенной тишинѣ и вытягивались по тому же пути, по которому за два дня предъ тѣмъ двигались мы впередъ. Съ обоихъ фланговъ движеніе прикрывалось боковыми колонвами; каждая состояла изъ двухъ баталіоновъ при двухъ горныхъ орудіяхъ: лѣвая (т. е. запад- ная) отъ Куринскаго полка, подъ начальствомъ полк. Пулло; правая— отъ Кабардинскаго, подъ начальствомъ полк. Лабынцева. Въ аріер- гардѣ слѣдовалъ баталіонъ Куринскаго полка, съ двумя орудіями казачьей артиллеріи. Я находился при этомъ аріергардѣ. Горцы замѣтили наше движеніе только утромъ, когда солнце было уже довольно высоко и когда колонны тянулисьвъпорядкѣкакъ no руслу Яманъ-су, такъ и no его обѣимъ нагорнымъ сторонамъ. Тогда устремились они отчаянно на аріергардъ и на боковыя прикрытія, стараясь прорвать цѣпя и проникнуть въ средину главнсй колонны, медленно двигавшейся съ обозомъ по руслу рѣки. Въ продолженіи нѣсколькихъ часовъ кипѣлъ ожесточенный бой. Аріергарду прихо- дилось много разъ останавливаться, чтобъ отражать натиски непрія- теля, который бросался въ шашки даже на орудія, подъ картечнымъ огнемъ. Въ особенности тяжела была продолжительная остановка при подъемѣ на правый нагорный берегъ y сожженнаго селенія Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 12 Баланъ-су, откуда отрядъ повернулъ вправо, по кратчайшему пути къ Внезапной* Лѣвая боковая колонна полк. Пулло также выдержала горячее нападеніе горцевъ: было мгновеніе, когда они чуть не захва- хили горныхъ орудій Баумгартена; но были отброшены картечнымъ выстрѣломъ въ упоръ. Настойчивое преслѣдованіе непріятеля прекра- тилось тогда только, когда весь отряіъ окончательно вытянулся на правый берегъ Яманъ-су и вышелъ изъ лѣсистой полосы. Въ этотъ день мы понесли значительную потерю. Въ числѣ раненыхъ офице- ровъ былъ товарищъ мой ШульцъѴ получившій рану въ ногу. Штабсъ- капитанъ Бибиковъ наткнулся на штыкъ солдата во время столпленія обоза въ тѣснинѣ. Когда бой уже ирекратился, во время привала на открытой полянѣ, въ той мѣстности, которая считалась уже «мирною», ген. Граббе со всѣмъ своимъ штабомъ и свйтою располояшлся подъ тѣнистымъ деревомъ для отдыха. Вдругъ въ ближайшей группѣ деревьевъ раз- дались выстрѣлы; нѣсколько пуль просвистаЛи надъ нашими голо- вами и убита одна изъ нашихъ лошадей. Генералъ не тронулся съ мѣста; но сейчасъ же милиціонеры наши бросились въ сторону выстрѣловъ и захватили пятерыхъ Ауховцевъ съ оружіемъ въ рукахъ. Фанатики эти дорого поплатились за свое безразсудство: на другой день рано утромъ, на мѣстѣ ночлега отряда, на берегу р. Ярыкъ-су, близъ селенія Ярыксу-Аухъ, они подверглись жестокому истязанію прогнаніемъ сквозь строй. Солдаты выместили на этихъ несчастныхъ свою злобу; изъ пятерыхъ остался живъ только одинъ. Въ тотъ же день, 15-го мая, отрядъ возвратился въ кр. Внезап- ную. Шестидневное движеніе его въ Ичкерію стоило намъ 30 уби- тыхъ и 144 раненыхъ, въ томъ числѣ 14 офицеровъ. Во все время погода была чудесная, иногда слишкомъ жаркая; пройденная нами мѣстность чрезвычайно красивая; но время года вовсе не благопріятное для нашихъ дѣйствій въ лѣсистой мѣстности. Для меня, новичка въ дѣлѣ военномъ, этотъ кратковременный прологъ кгь предстоящей серьезыой кампаніи былъ чрезвычайно интересеиъ и назидателенъ. Съ первыхъ же дней похода мнѣ уже бросились въ глаза многія слабыя стороны нашего образа дѣйствій противъ горцевъ въ тактическомъ отношеніи. Болѣе всего поразили меня тѣ невыгодныя условія, въ которыхъ нашимъ Кавказскимъ войскамъ приходилось вести борьбу. Тутъ не выказывалось то лревосходство, котораго слѣ- довало бы ожидать отъ Европейскаго регулярнаго войска надъ неустроенными толпами вооруженнаго населенія; напротивъ того, превосходство было на сторонѣ непріятеля, не только вслѣдствіе удобной для обороны мѣстности, но и по инстинктивному умѣнію гордевъ пользоваться ею, a въ особенности по мѣткости ихъ ружей- наго огня. Мысль эта еще болѣе во мнѣ утвердилась и развилась по мѣрѣ дальнѣйшаго участія моего въ военныхъ дѣйствіяхъ. Впослѣд- ствіи я рѣшился даже изложить ее гшсьменыо и представитъ началь- ству мои замѣчанія о разныхъ недостаткахъ тогдашняго нашего воен- наго устройства и образа дѣйствій на Кавказѣ, Кратковременный набѣгъ нашъ на Ичкерію казался дінѣ пред- пріятіемъ недоконченнымъ. Хотя Ташавъ-Хаджи и былъ выгнанъ изъ двухъ его передовыхъ притоновъ, но чрезъ это онъ былъ только оттѣсненъ въ болѣе обезпеченное гнѣздо, откуда могъ также, какъ и прежде, угрожать нашей линіи и затеречному мирному населенію. Сожженіе нѣсколькихъ селеніы Ауховскихъ и Ичкеринскихъ только озлобило еще болѣе ближайшихъ горцевъ, a самый конецъ нашего набѣга всетаки имѣлъ такой видъ, какъ будто они выгнали непро- шенныхъ гостей. Говорю это отнюдь не въ осужденіе распоряженій ген. Граббе; онъ и не могъ поступить иначе, какъ возвратиться въ опредѣленный срокъ къ сборному пункту отряда, чтобы не прону- стить времени для предназначеннаго ему движенія въ нагорный Даге- станъ противъ главнаго нашего врага—ПІамиля. Въ кр. Внезапной пробыли мы пять дней. въ теченіи которыхъ заканчивались приготовленія къ, новому иоходу. Въ это время рана причиняла мнѣ довольно сильныя боли и лихорадочные пароксизмы. Однако-жъ я всетаки не хотѣлъ оставаться въ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 13 крѣпости и рѣшился во что бы ни стало участвовать въ предстоявшемъ походѣ. Менѣе были счастливы другіе раненые товарищи мои Щульцъ, Бибиковъ, Мезенцевъ (который во время движенія въ Ичкерію командовалъ конною нилиціею). Они присоединились къ отряду только впослѣдствіи. НАСТУПАТЕЛЬНОЕ ДВИЖЕНІЕ КЪ АХУЛЬГО. 2 і*го мая, въ воскресенье, въ дождливый день, отрядъ высту- пилъ изъ лагеря подъ крѣпостью Внезапной и, пройдя безпрепят- ственно по узкой дорогѣ чрезъ лѣсистый хребетъ Гебекъ-Кала, всту* пилъ въ Салатавію. Первый ночлегъ былъ между деревнями Инчхе и Костала. Обозы были направлены кружною дорогою къ Міатлин- ской переправѣ (иа Сулакѣ), откуда должны были слѣдовать на при- соединеніе къ Чеченскому отряду два баталіона Апшеронскаго пѣхот- наго полка. 22-го числа нашъ отрядъ простоялъ на мѣстѣ въ ожи- даніи этой колонны, которая прибыла къ вечеру и вступила въ лагерь съ пѣснями и музыкой. Съ присоединеніемъ ея, нашъ отрядъ состоялъ уже изъ 8 баталіоновъ, съ ротою саперъ и 17 орудіями; численный составъ возросъ до 7800 человѣкъ. Во время стоянки нашей подъ Инчхе, по ночамъ, горцы тре- вожили отрядъ выстрѣлами съ окружавшихъ лѣсистыхъ высотъ. 23- го мая отрядъ, съ огромнымъ обозомъ, двинулся по отлогому, но длинному подъему на Хубарскія высоты и, пройдя верстъ 5, расположился за селеніемъ Хубаръ. Здѣсь мѣстность приняла другой ^арактеръ: лѣсистыя горы смѣнились голыми, ка.менистыми плоскими возвышенностями, прорѣзанными глубокими балками. Непріятель не показывался; жители Хубара, ободренные прокламаціей ген. Граббе, возвращались въ свои дома. Въ разныхъ мѣстахъ селенія разста- влены были караулы для охраненія жителей и имуществъ ихъ. Въ этогь день погода прояснилась, и вмѣстѣ съ тѣмъ повеселѣли всѣ лица въ отрядѣ. Но мы находились на мѣстности, значительно воз- выіпенной и со всѣхъ сторонъ открытой, a потому темлература замѣтно понизилась: поднялся вѣтеръ, и когда разбили палатки—мы съ удоврльствіем.ъ вощли въ нихъ, чтобы согрѣться стаканомт? чая. Вечеромъ пригласилъ меня къ ужину полк. Лабынцевъ, съ Перов* скимъ и Минквицемъ. Тутъ познакомились мы съ декабристомъ Нази- мовымъ, который былъ еше въ солдатскомъ званіи. Въ отрядъ приоыла деіутація отъ главнаго Салатавскаго селенія Чиркся, находившагося влѣво отъ нашего пути, на лѣвомъ берсгу Сулака. Во главѣ ея былъ извѣстный старшина Джемалъ, человѣкъ уже пожилой, съ окрашснною по мѣстному обычаю въ рыжій цвѣтъ иподстриженноюбородою,въ лезгинскомъ одѣяніи. Чиркеевцы, чтобы избѣгнуть посѣщенія ихъ нашимъ отрядомъ, увѣряли въ своей пре* данности Русскому правительству и отрекались отъ всякихъ сношеній съ Шамилемъ. Увѣренія эти были только, обычнымъ лукавстволіъ; Чиркеевцы постоянно дѣйствовали двулично. 24- го мая отрядъ двинулся далѣе на Гертме, все поднимаясь по длинному склону Дюзъ-Тау, ведущему на гору Соукъ-Булакъ, отдѣ- ляющую Салатавію отъ Гумбета. Мы слѣдовали въ такомъ густомъ туманѣ, что ничего не видно было въ десяти шагахъ. Я ѣхалъ впереди авангарда съ проводниками; позади меня казаки весело рас- пѣвали свои молодецкія пѣсни; въ подражаніе имъ и милиціонеры затянули какіе-то заунывные напѣвы. Когда ближайшая мѣстность начала нѣсколько очищаться отъ густого тумана, вдругъ увидѣли мы предъ собой непріятельскій пикетъ. Вглядываясь пристальнѣе, замѣ- тили вправо отъ нашего пути цѣлыя кучки горцевъ, отходившихъ въ глубокую лѣсистую балку Теренгульскую, за которою на откры- той возвышенной гілоскости видны были толпы пѣшихъ И КОННЬІХЪ, со множествомъ значковъ. Такимъ образомъ оправдались ходившіе уже слухи о томъ, что въ Бартунаѣ, одномъ изъ главныхъ селеній Салатавскихъ, собиралось многочисленное скопище. Я поспѣшилъ дотожить объ этомъ лично генералу Граббе и немедленно же были сдѣланы распоряженія къ атакѣ непріятеля. Выдвинута была артил- лерія, которая открыла огонь по кучкамъ горцевъ, стоявшихъ на возвышеніи за балкою. Намъ было ясно видно какой переполохъ произвели въ нихъ первые Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 14 удачно направленные выстрѣлы орудій. Пѣхота наша также начала обстрѣливать крутые и лѣсистые скаты балки, въ которой засѣли горцы. Перестрѣлка продолжалась недолго; колонны смѣло двикулись въ штыки по спускамъ въ балку. Горцы не выдержали и спѣшно стали отходить. Егеря преслѣдовали ихъ по крутымъ тропинкамъ, и чрезъ. какой-нибудь получасъ мы уже увидѣли солдатскія бѣлыя шапки на противоположномъ краю балки. Остальныя войска также начали перебираться на ту сторону Терен- гусса; на гірежнемъ пути оставленъ былъ только обозъ съ необхо- димымъ прикрытіемъ. Спускъ въ балку и подъемъ оказались такъ крутыми, что мы должны были сойта съ лошадей я съ трудомъ взбирались пѣшкомъ. He дожидаясь сбора всѣхъ войскъ, ген. Граббе двинулъ впередъ, вслѣдъ за отступавшимъ непріятелемъ, передовые три баталіона съ двумя горными орудіями и казаками. Но горцы уходили такъ поспѣшно, что не было возможности настигнуть ихъ. Они не успѣли даже увезти тѣла убитыхъ и разсѣялись по окрестнымъ балкамъ, не думая уже объ оборонѣ Бартуная. Селеніе это найдено пустымъ и занято передовымъ отрядомъ. Остальныя войска постепенно под- ходили и располагались вокругъ аула. Въ это время пошелъ страш- ный ливень; ген. Граббе пожелалъ помѣститься въ селеніи; для штаба и свиты также занято было нѣсколько домовъ. Потеря наша въ эгомъ дѣлѣ состояла всего изъ 4 убитыхъ и 39 раиеныхъ; непріятель же долженъ былъ понестн значительный уронъ, преимущественно отъ нашей картечи. Въ продолженіи боя прибылъ отъ Міатлинской переправы еще одинъ баталіонъ Annie- ронскаго полка, такъ что пѣхота наша усилилась уже до 9 баталі- оновъ, a численность всего отряда достигла 8 тысячъ человѣкъ въ строю. Съ означенньшъ баталіономъ прибылъ ген.-м. Пантелѣевъ, начальствовавшій войсками въ сѣзерномъ Дагестанѣ, и флигель-адъ- ютантъ полковникъ Катенинъ, присланный на Кавказъ по Высочай- шему повелѣнію для инспектированія войскъ. Онъ принадлежалъ къ числу гвардейскихъ знатоковъ фронтового дѣла !); но вмѣстѣ съ тѣмъ былъ человѣкъ образованный и даже подвизался въ молодостд на литературномъ ^поприщѣ. Катенинъ остался на нѣкоторое время въ отрядѣ, конечно, не для инспектированія войскъ, a въ надеждѣ украсить свою шею какихмъ-либо новымъ крестикомъ. Въ Бартунаѣ получилъ я первое понятіе о Лезгинскихъ селе- ніяхъ, вовсе не похожихъ на тѣ жалкіе аулы, которые до сихъ поръ удалось мнѣ видѣть y Кумыковъ, Ауховцевъ и Ичкеринцевъ. Лезгины строятъ прочные, каменные дома, часто въ нѣсколько этажей, съ плоскими крышами, иногда съ башнями. Постройки тѣснятся плотно другъ къ другу, едва оставляя проходы въ видѣ узкихъ, извилистыхъ коридоровъ. Въ нѣкоторыхъ мѣстахъ эти переулки проходятъ подъ навѣсами. Почти всѣ Лезгинскіе аулы лѣпятся по скатамъ горъ х) Впослѣдствіи былъ Командиромъ Преображенскаго полка, a позже Дежурны.мъ генераломг Главнаго Штаба E. B. и наконецъ Оренбургскшіъ Генералъ-Губернаторомъ. амфитеатромъ, весьма живописно, и окружены роскошными фрукто- выми садами. Но Бартунай, расположенный на открытой плоской возвышенности, составлялъ въ этомъ отношеніи исключеніе. Окончивъ размѣщеніе войскъ на бивакѣ, совершенно промо- ченный до костей, я радъ былъ найти убѣжище въ отведенной мнѣ саклѣ и обогрѣться предъ каминомъ; но вьюки наши пришли не ранѣе вечера, и только тогда я могъ насладиться перемѣною одежды и стаканомъ чая. Дождь продолжалъ лить во всю ночь и въ слѣ- дуюшій день. 25- го мая войска выступили только въ ю часовъ утра; съ тру- домъ можно было разглядѣть дорогу. Еще прежде чѣмъ мы выѣхали изъ селенія, уже горѣли многіе дома, a затѣмъ и все оно было объято пламенемъ. Колонна подвигалась медленно, въ угрюмой тишинѣ, no отлогому, но непрерывному, длинному подъему, по голой, каменистой почвѣ. По другой же сторонѣ Теренгульской балки, по такому же подъему, двигался нашъ обозъ, подъ прикры- тіехмъ трехъ Апшеронскихъ баталіоновъ и пяти легкихъ орудій, подъ начальствомъ гея.-м. Пантелѣева. Обѣ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 15 колонны должны были соединиться только на самомъ Соукъ-Булакѣ. Мы дрожали отъ холода и сырости. Для ночлега отрядъ расположился на краю почти отвѣснаго оврага. На другой день, 26-го числа, продолжалось тоже движеніе; по мѣрѣ того, какъ мы поднимались все выше, холодъ усиливался и мѣстность становилась болѣе каменистою. Въ нѣкото- рыхъ мѣстахъ саперы должны были расчищать дорогу. Въ этотъ день отрядъ дошелъ до самаго СоукъБулака, съ котораго крутой карта г. спускъ Кирки ведетъ въ землю Гумбетъ. Здѣсь мы нашли снѣгъ и совершенное отсутствіе какъ воды, такъ и топлива. Приходилось посылать команды довольно далеко на дно балокъ, гдѣ попадались родники и кое-какіе кусты. Саперы немедленно приступили къ раз- работкѣ спуска; приходилось рвать скалы порохомъ. 27- го мая погода прояснилась; снѣгъ началъ таять. Съ высотъ? гдѣ расположенъ былъ лагерь, открылся обширный видъ на Гумбе- товскія горы, отдѣлявшіяся отъ Соукъ-Булака глубокою долиною> которая простиралась въ обѣ стороны: вправо, подъ названіемъ Мичикъ-Калъ, вдоль Андійскаго хребта (отдѣляющаго нагорную Чечню отъ Дагестана); влѣво—къ Гумбетовскимъ селеніямъ Артлухъ и Данухъ. По этому направленію и предстояло намъ двигаться къ сел. Аргуани. Дорога сначала пролёгала вдоль подошвы крутого гребня АнчиМееръ, вершина котораго была занята нелріятелемъ. Спускъ съ Соукъ-Булака былъ уже на столько разработанъ, что послѣ полудня войска начали переходить на нижнюю площадку. Мнѣ было поручено размѣщать ихъ по мѣрѣ того, какъ они спу- скались. Неболыпая колонна послана къ Артлуху, который найденъ покинутымъ жителями и преданъ разрушенію. Съ площадки новаго лагеря сдѣланъ былъ изъ орудія пробный выстрѣлъ на вершину горы, занятой непріятелемъ; ясно было видно, какъ ядро попало въ кучку горцевъ и разогнало ихъ. Въ лагерь нашъ доносились съ тѣхъ высотъ заунывные звуки вечерней молитвы мюридовъ, слива- вшіеся съ веселыми пѣснями нашихъ солдатъ. Между тѣмъ обозъ нашъ подошелъ къ Соукъ-Булаку, расположился на мѣстахъ, только что оставленныхъ войсками, и въ свою очередь спѵстился съ высоты на слѣдующій день, 28-го числа. Обѣ ночи, съ 27-го на 28-е, и съ 28- го на 29-е, не обошлись безъ тревогъ. Перестрѣлка съ передовыхъ секретовъ стоила жизни одному офицеру. По трудности предстоявшаго намъ пути къ Аргуани и Чиркату, положено было всѣ тяжести оставить на томъ самомъ мѣстѣ, гдѣ расположенъ былъ отрядъ, идля обезпеченія ихъ возвести временное укрѣпленіе, которое служило бы складочнымъ и этапнымъ пунктомъ въ тылу дѣйствуюшаго отряда. 28-го числа приступлено было къ постройкѣ этого укрѣпленія, названнаго «Удачнымъ». Въ немъ оставленъ 3-й баталіонъ Апшеронскаго полка съ $ легкими орудіями, подъ начальствомъ маіора Тарасевича. 29- го числа, послѣ полудня, отрядъ двинулся впередъ. Слѣдо- вавшіе въ авангардѣ саперы разрабатывали мѣстами дорсгу. Горцы, занимавшіе вершину гребня, пробовали спускать камни; однако-жъ не причинили никакого вреда проходившимъ y подошвы горъ войскамъ; пули непріятельскія также не долетали; наши же полевые единороги, при весьма большомъ углѣ возвышенія, удачно обсірѣ- ливали гребень и заставили непріятеля скрыться на противоположный склонъ. Такимъ образомъ отрядъ прошелъ въ этотъ день безпрепятственно самое трудное мѣсто и остановился верстахъ въ 6-ти на возвышенномъ перевалѣ Шугу-Мееръ, гдѣ предстояло снова разра- батывать крутой спускъ. He смотря на короткій переходъ, хвостъ колонны подтянулся только къ ночи. Отдѣленная влѣво легкая колонна разруіііила селеніе Данухъ. - Разработка спуска съ горьі ІПугу-Мееръ продолжалась до полудня 30-Г0 числа и только тогда отрядъ двинулся впередъ. Дорога была не менѣе трудная, чѣмъ. наканунѣ, и во многихъ хмѣстахъ сильно размыта шедншми. нѣсколько дней дождями. Хотя отъ мѣста ночлега оставалось пройти до Аргуани всего 6 верстъ, однако-жъ голова кслонны только къ 4 часамъ по полудни подошла къ этому боль- шому укрѣпленному селенію, въ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 16 которомъ самъ ІНамильсъ 16 тыс. лезгинъ вознамѣрился остановить наступленіе Чеченскаго отряда. Часть этого скопища заняла самое селеніе, a другая (преимуще- ственно Андійцы) расположилась на высотахъ по дорогѣ, ве- дущей къ Мехельтѣ— главному Гумбетовскому селенію и далѣе къ Анди. Ген, Граббе, подойдя на пушечный выстрѣлъ къ селенію, остановился на краю крутого спуска, чтобы высмотрѣть въ зрительную трубу мѣстоположеніе, о которомъ не было y насъ точныхъ свѣдѣній. Оказалось, что съ нашей стороны селеніе было совсѣмъ яедоступно: оно было растянуто по верху скалистаго, почти отвѣснаго обрыва; одна дорога, высѣченная въ утесахъ, вела въ ворота, въ видѣ крутой апарели. Наружная линія саклей составляла сплошную каменную стѣну, съ бойницами въ нѣсколько ярусовъ; надъ передними саклями возвышались другія амфитеатромъ, съ плоскими крышами и башнями. Къ востоку селеніе заканчивало:ь также обрывомъ; здѣсь находилась самая возвышенная часть селенія. Къ западу же означенный скалистый обрмвъ тянется узкимъ гребнемъ, по которому доступъ къ селенію, видимо, былъ прегражденъ завалами, башнею и перекопомъ. Южной стороны селенія не морли мы видѣть. Несмотря на поздній часъ дня, ген. Граббе рѣшился немедленно атаковать непріятеля въ крѣпкой его позиціи. Съ фронта (т. е. съ сѣверной стороны) на той сажой высотѣ, съ которой мы осматривали позицію, выставлена была батарея изъ 8 орудій (4 полевыхъ легкихъ и 4 горныхъ), подъ прикрытіемъ одного Куринскаго баталіона; другой баталіонъ того же полка, съ і горными орудіями, оставленъ позади, на самой дорогѣ, для прикрытія вагенбурга; одинъ баталіонъ(і*й Апше* ронскій) выдвинутъ по той же дорогѣ для демонстраціи съ фронта; для самой же атаки направлены двѣ колонны: влѣво—2 баталіона Куринскаго полка, подъ командою полк. Пулло; вправо—2 баталіона Кабардинскаго, подъ командою полк. Лабынцева. Обѣ эти колонны должны были открыть удобнѣйшіе доступы къ селенію. Кромѣ того, одинъ баталіонъ (4-й Апшеронскій) имѣлъ назначеніемъ поддержи* вать связь между центромъ и правою колонною, которой предстояло исполнить довольно кружное обходное движеніе. Наконецъ казаки получили приказаніе прикрывать тылъ атакующихъ колоннъ со сто роны непріятельскихъ скопищъ, занимавшихъ высоты на дорогѣ къ Мехельтѣ. Въ 5 часовъ по полудни батарея открыла огонь. a пѣхотныя колонны начали движеніе; но выстрѣлы легкихъ и горныхъ орудій не могли наносить значительнаго вреда укрывавшемуся въ каменныхъ домахъ и башняхъ непріятелю. Горцы же обсыпали пулями прибли- зившіеся къ селенію оба баталіона Апшеронскаго полка. Однако-жъ одинъ изъ нихъ (4*й), взявъ вправо, успѣлъ очень быстро взобраться на самый гребень, гю которощу. предполагалось атаковать селеніе правою колонною, и смѣло штурмовалъ башню, преграждавшую этотъ путь. He смотря на то, что Апшеронцамъ прихсдилось проби- раться рядами по узкому гребню, между скалами и камнями, подъ сильными выстрѣлами, они съ крикомъ «ура» ворвались въ башню и перекололи штыками почти всѣхъ зашищавшихся въ ней горцевъ. Но далѣе наступленіе было пріостановлено глубокимъ рвомъ. Оба Апшеронскіе баталіона понесли довольно большую потерю. Между тѣмъ колонны полковниковъ Пулло и Лабынцева все еще тянулись по горамъ въ обходъ селенія, съ трудомъ втаскивая орудія на скалы. Когда онѣ съ двухъ противоположныхъ сторонъ приблизились къ селенію, наступила уже темнота и начинать штурмъ съ ихъ малыми силами было бы безразсудно. Онѣ остановились, прикрывшись по возможности отъ непріятельскихъ выстрѣловъ, въ ожиданіи даль- нѣйшихъ приказаній отъ командуюшаго войсками. Такимъ образомъ сдѣланная въ этотъ день попытка атаки обра- гилась въ рекогносцировку, на основаніи которой можно было вѣрнѣе сообразить планъ дѣйствій на слѣдуюшій день. Донесенія полковниковъ Пулло и Лабындева указали, что восточная оконеч- ность селенія была самою сильною стороною обороны; наиболѣе же доступною оказалась юго-западная часть, къ которой подступилъ полк. Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 17 Лабынцевъ, и тотъ гребень, на которомъ уже утвердился 4‘й Апшеронскій баталіонъ* Сообразно такимъ даннымъ составлена была на зі-е мая слѣдуюшая диспозиція: баталіонамъ Куринскаго полка въ теченіи ночи перейти съ лѣваго фланга на правый; одному изъ нихъ поддержать 4-й Апшеронскій баталіонъ, чтобы продол- жать атаку по узкому гребню, ведущему къ западной оконечности селенія; этоір атакою командовать полковнику Пулло; остальнымъ двумъ баталіонамъ Куринскаго полка, вмѣстѣ съ однимъ изъ Кабар- динскихъ баталіоновъ (2-мъ), подъ начальствомъ полк. Лабынцева вести атаку съ юго-западной стороны селенія; другому же Кабар* динскому баталіону (і-му) прикрывать тылъ обѣихъ атакующйхъ колоннъ противъ скопищъ, занимавшихъ высоты, a конницѣ наблю* дать пути, ведущіе отъ Аргуани къ Чиркату и угрожать пути отсту- пленія непріятеля. Ночь съ 30*^0 на число провели мы не совсѣмъ спокойно: see время слышалась перестрѣлка то съ одной, то съ другой стороны, даже въ тылу нашемъ, т. е. въ вагенбургѣ. Съ разсвѣтомъ бой возоб- новился. Получивъ приказаніе находиться при колоннѣ полковника Пулло, я едва успѣлъ доѣхать и подняться на гребень, занятый Апше- ронцами, какъ уже, по данному сигналу, колонны двинулись на штурмъ. Колоннѣ полковника Пулло предстояло прежде всего пере- лѣзать по одиночкѣ чрезъ глубокій перекопъ гребня и потомъ по тому же узкому гребню атаковать кладбище, обнесенное каменными стѣнами и обстрѣливаемое изъ сосѣднихъ саклей. Тутъ въ псрвый разъ попалъ я въ самую свалку; каждый шагъ впередъ стоилъ намъ много жертвъ; узкій путь еще стѣснялся множествомъ раненыхъ и убитыхъ какъ нашихъ, такъ и непріятельскихъ. Однако-жъ наши все- таки ворвались съ обычнымъ крикомъ «ура» въ ограду кладбшца и начали влѣзать на плоскія крыши домовъ, изъ которыхъ горцы про- должали отстрѣливаться. Справа отъ насъ такой же бой кипѣлъ въ колоннѣ Лабынцева: и тутъ горцы оборонялись отчаянно; нѣкоторые фанатики, выскакивая изъ заваловъ или домовъ, бросались въ шашки на встрѣчу штурмовавшихъ колоннъ. И здѣсь наши войска преодо- лѣли всѣ препятствія, хотя съ болыиой потерей, и ворвались въ селеніе. Но тутъ-то и начался самый горячій, ' кровопролитный бой. Горцы, засѣвъ въ домахъ, возвышавшихся амфитеатромъ одни надъ другими, осыпали атакующихъ пулями со всѣхъ сторонъ, сверху и снизу. Солдаты, взбираясь на крыши, пытались пробивать сверху отверстія, чтобы бросать во внутрь горючія вещества; но отчаянные мюриды, переходя внутренними ходами изъ однѣхъ саклей въ другія, продолжали упорно держаться цѣлый день. Были случаи, что въ крайности фанатики бросались изъ оконъ съ кинжалсжъ въ рукѣ на обступившія ихъ кучки солдатъ. Въ нѣкоторыхъ домахъ найдены были обгорѣлые трупы; улицы были завалены тѣлами; текли бук* вально ручьи крови; многія сакли горѣли и дымъ стлался по всему селенію. Такъ продолжался бой цѣлый день; горцы были постепенно оттѣсняемы въ восточную оконечность аула. Здѣсь, на самой воз- вышенной его части, пригоговлена была и самая упорная оборона. Чтобы выжить фанатиковъ изъ этой крѣпкой цитадели, втащили съ большимъ трудомъ два горныя орудія въ самое селеніе и поставил-и на крыши домовъ, откуда могли они обстрѣливать послѣднія убѣжища горцевъ. Среди кроваваго побоиша, рядомъ съ подвигами храбросіи и самоотверженія, поражали и самыя отвратительныя сцены въ занятой части селенія: нѣкоторые изъ солдатъ обирали валявшіеся трупы убитыхъ, вытаскивали изъ горѣвшихъ саклей всякую всячину, даже вещи ни къ .чему не пригодныя. Мнѣ случилось встрѣтить одного негодяя, тащившаго съ болынимъ трудомъ по едва проходимыиъ буеракамъ огромную деревянную лохань, и когда я остановилъ его, сдѣлавъ ему замѣчаніе, что онъ уходитъ изъ боя, чтобъ унести такую безполезную вещь, онъ тутъ же, одумавшнсь, швырнулъ свою лохань и разбилъ ее вдребезги о камни. Тутъ я понялъ какъ трудно бы* ваетъ офицерамъ въ подобномъ бою удержать свою часть въ rîo- рядкѣ и прекратить мародерство, разъ что завелась въ войскѣ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 18 эта язва. Съ того момента боя, когда атакующія войска ворвались въ селеніе и разсыпались мелкими группами, чтобы постепенно выбивать непріятеля изъ кажда^о дома, офицерамъ генеральнаго штаба уже нечего было тамъ дѣлать. Около полудня я возвратился въ главную квартиру отряда для личнаго доклада Командующему войсками о подробностяхъ дѣла, которыхъ мнѣ пришлось быть свидѣтелемъ въ этотъ день. Сильное утомленіе послѣ безсонной ночи и толкотня, въ которую я попалЪ; при сырой погодѣ, все это отозвалось на моей ранѣ. Но я позабылъ о ней, когда узналъ, что изъ моихъ товарищеи тяжело ранены бар. Вревскій и Минквицъ. Ихъ принесли на носил- кахъ и уложили въ палаткѣ. Вревскій, y котораго была прострѣлена рука, потребовалъ себѣ азіатскаго знахаря; Минквицъ не могъ скры- вать своихъ страданій. Также раненъ и ген.-м. Пантелѣевъ. Наступившая ночь не принесла намъ отдохновенія. Горцы, до- ждавшись темнотьт_, бѣжали изъ селенія по разнымъ направленіямъ; но не всѣмъ удалось пробраться благополучно между войсками, сторожившими пути отступленія непріятеля. Иные наткнулись на штыки пѣхоты; другіе изрублены казаками; нѣкоторые же убивались при паденіи съ крутыхъ скалъ. Кт> разсвѣту і-го іюня селеніе оказалось совсѣмъ покинутымъ горцами; a толпы, виднѣвшіяся прежде на вы- сотахъ вправо отъ селенія, исчезли. Потеря y непріятеля была весьма значительная: по собраннымъ впослѣдствіи свѣдѣніямъ до 2-хъ тысячъ человѣкъ убитьіхъ и раненыхъ; плѣнныхъ захвачено очень немного. f Съ нашей стороны насчитано было 146 убитыхъ (въ томъ числѣ 6 офицеровъ) и до 500 раненыхъ (въ томъ числѣ 30 офицсровъ). Въ то же утро отправленъ транспортъ съ ранеными въ укр. Удачн-ое, подъ' прикрытіемъ двухъ баталіоновъ. Поражсніе, нанесенное горцамъ въ Аргуани, открыло намъ до- рогу къ Чиркату и къ Ахульго, куда, по слухамъ. бѣжалъ ІІІамиль съ оставшимися при немъ надежнѣйшими мюрилами. Номы простояли три дня подъ Аргуанью въ ожиданіи возвра иенія отправленныхъ въ Удачное баталіоновъ и транспорта. 2-го іюня ген. Граббс со свитой ѣздилъ въ селеніе,'представлявшее груду развалинъ и к\читруповъ. Въ оба дня я ѣздилъ, по иоручснію начальства, на горы: въ псрвый день—для разстановки прикрытія табуна; въ другой—для разстановки воискъ, выдвинутыхъ впередъ no дорогѣ къ Чиркату. Войска зани- мались расчисткою дороги сквозь селеніе и погребенісмъ тѣлъ, уже расігространявшихъ смрадъ. Погода опять испортилась; поднявшійся силі.ный вѣтеръ срывалъ палатки. Къ вечеру 3-го числа возвратились ходившіе въ Удачное ба- таліоны и съ ними транспортъ привезъ новые запасы продоволь- ственные и боевые. На другой день, 4-го іюня, отрядъ выступилъ при снльно.мъ вѣтрѣ и дождѣ; на вершинахъ горъ выпалъ снѣгъ. He доходя верстъ 6-ти до Чирката, отрядъ расположился на ночлегъ, на краю горнаго уступа. Съ площадки, на которой разбитъ лагерь, открылась обшпрная панорама во всѣ стороны: впереди виденъ былъ весь сиускъ къ Чиркату, самый аулъ, окруженный роскоиіными са- дами; далѣе за Андійскимъ Койсу—селеніе Ашильта, Ахульго, долина Аварскаго Койсу и возвшііенная плоскость Аваріи. Сзади подни- мался, какъ будто въ самомъ олизкомъ отъ насъ разстоянш, Андійскій хребетъ съ оконечною его горою Соукъ-Булакъ, на усгуиѣ которой ясно былъ видѣнъ нашъ вагенбургъ в*ь укр. Удачномъ. Съ гілоихадки лагеря попробоьали пустить ядро въ Чпркатъ, тдѣ еиіе были видны люди, переходившіе по мосту чрезъ Койсу. Вь Ахульго также можно было въ зрительную трубу разглядѣть людей, копошившихся какъ муравьи. 5-го іюня погода псправилась. Саперы усердно разработывали спускъ съ площадки нашего лагеря на нижній уступъ горъ. Пере- довой отрядъ изъ двухъ баталіоновъ Кабардинскаго полка съ двулія горны.ми орудія.ми, подъ начальствомъ полк. Лабынцева, спустившись не безъ затрѵдненій на этотъ устуиъ, двинулся къ Чиркату и, иослѣ нѣсколькихъ выстрѣловъ въ садахь, занялъ селеніе. Оно было уже покинуто жителями и мостъ на Койсу сожженъ, предстояло возста* новить переправу чрезъ Андійское Койсу, чтобы открыть новый путь сообіценія для подвоза къ отряду Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 19 запасовъ изъ Темиръ-ХанѵЩуры чрезъ Зыраны и Цатаныхъ. По переходѣ на правую сторону Андій- скаго Койсу, отрядъ не могъ уже базироваться на укр. Удачное и кр. Внезапную. Изъ Темиръ-Ханъ-Шуры ожидался транспортъ, подъ гірикрытіемъ 2-го баталіона Апшеронскаго гюлка при двухъ горныхъ орудіяхъ, подъ командою полк. Попова, командира означеннаго полка, вмѣстѣ съ милиціями Шамхала Тарковскаго и Ахметъ-Хана Мехтулинскаго. Необходимо было торопиться возстановленіемъ переправы, такъ какъ отряду угрожалъ уже недостатокъ въ продовольствіи. Полков* никъ Пулло иоѣхалъ съ капитаномъ Вольфомъ выбрать мѣсто для постройки новаго моста. He получая извѣстій о движеніи означен* наго транспорта, ген. Граббе начиналъ уже безпокоиться, посылалъ нарочныхъ изъ туземцевъ разными путями къ полк. Попову, къ Шам- хану и къ Ахметъ-Хану, съ приказаніями спустшъся въ долину Койсу и скорѣе войти въ связь съ отрядомъ; но ни одинъ изъ посланныхъ не доѣхалъ по назначенію. Съ другой стороны сдѣлана была попытка открыть сообщеніе по вьючной дорогѣ, ведущей отъ Чир- ката въ Чиркей; въ этихъ видахъ посланъ былъ въ Чиркей состоявшій при ген.' Граббе и завѣдывавшій лазутчиками поручикъ Толстой (изъ числа декабристовъ). Отправленный сначала съ Аіалымъ кон- воемъ, онъ вернулся, не доѣхавъ даже до укр. Удачнаго, и вторично отправленъ былъ уже съ цѣлымъ баталіонохмъ; но переговоры его съ Чиркеевцами не привели ни къ каколіу результату: они съ ооычнымъ своимъ лукавствомъ, прикидываясь виолнѣ покорными, уклонились подъ разными предлогами отъ содѣйсівія русскому отряду. Положеніе наше становилось затруднительнымъ; солдаты, израсходовавъ иочти всѣ сухари, питались незрѣлыми плодами и чѣмъ попало; лошадей корімили виноградными листьями; y маркитантовъ всѣ запасы исто- цщлись и цѣны поднялись’ до невозможнаго размѣра. За то какая была общая радость въ отрядѣ, когда вечеромъ 6-го числа, вдали, на возвышенной плоскости Аракъ-тау, увидѣли мы поднявшуюся ракету. He оставалось сомнѣнія, что тшъ уже находился ожидаемый тран* спортъ. 7“Г0 іюня весь отрядъ спустился съ горы по весьма крутой до* рогѣ и перешелъ къ самому Чиркату. На этомъ небольшомъ лереходѣ мы испытали рѣзкую-перемѣну и въ характерѣ мѣстности, и въ клй*. матическихъ условіяхъ: послѣ постоянныхъ вѣтровъ, холода, сырости, мы вдругъ попали въ зной; голые, каменистые утееы смѣнились рос- кошными садами, покрывавшими скаты горъ, тщательно обдѣланные въ видѣ террасъ и орошенные посредствомъ водопроводовъ. Нельзя было налюбоваться огромвыми орѣховыми и лругими фруктовыми деревьями: персиковыми, абрикосовыми, шелковичными, грушами, сливами. Но со вступленіемъ войскъ въ эти чудные сады, началось немилосердное истребленіе ихъ; вѣковыя деревья рубились на топливо и разныя подѣлки. Самое селеніе, обширное и богатое, имѣло тотъ же видъ, какъ и всѣ другіе Лезгинскіе аулы; каменные дома съ плоскими крышами, съ навѣсами на столбикахъ, иные съ башнями, тѣснились амфитеатромъ по скату горы. оставляя для прохода лишь узкіе, извилистые корридоры. Главная квартира отряла расположилась въ самомъ селеніи. Ген. Граббе занялъ прекрасную саклю съ балко- номъ, съ котораго открывался обширный видт. на долину Койсу. Въ другихъ ближайшихъ домахъ размѣстились всѣ чины штаба и свиты. Я поселился вмѣстѣ съ флигель-адъютантомъ Катенинымъ. Вольфомъ и Перовскимъ. Вечеромъ y дома Командующаго войсками играла музыка. Съ противОположнаго же берега Койсу съ горъ слыиіна была вечерняя молитва Лезгинъ. 8*го іюня рѣшено было отправить небольшой отрядъ (изъ двухъ баталіоновъ Куринскихъ съ двумя горными орудіями и всею кон- ницек»), иодъ начальствомъ полк. Катенина,къ Ихали (верстахъ въ ю отъ Чирката вверхъ по Койсу) съ тѣмъ, чтобы завладѣть Согритлох- скихмъ мостомъ, занять правый берсгъ рѣки и тѣмъ облегчить какъ постройку моста y Чирката, такъ и доставку запасовъ изъ транспорта полковника Попова. Движеніе Катенина къ Ихали сопряжено было съ болыішми Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 20 затрудненіями: орудія приходилось снимать съ ла^>е- товъ и перетаскивать на рукахъ. По правому берегу рѣки нѣсколько горцевъ провожали отрядъ выстрѣлами. Несмотря на всѣ эти затруд- ненія, около з*хъ часовъ пополудви Катенинъ достигъ Согритлох- скаго моста, быстро усправилъ его и на ночь расположился впереди его на правсжъ берегу, въ наскоро набросанныхъ завалахъ. Между тѣмъ началась и постройка моста y Чирката. Дѣло бьтло не совсѣмъ легкое: пролетъ между обоими скалистыми берегами рѣки имѣлъ до 15 сажень, a страшная быстрота теченія не допускала ни- какихъ промежуточныхъ устоевъ. Оставалось одно средство: принять за образецъ постройку мостовъ самими горцами, которые съ обоихъ береговъ рѣки укладываютъ наклонно по нѣско,дько рядовъ бревент^ такъ что.каждый верхній рядъ выдается впередъ противъ ниже по. ложеннаго: на задніе концы бревенъ наваливаютъ кучи камней; пе- редніе же концы верхнихъ рядовъ, выступающихъ съ обоихъ бере- говъ, связываютъ рядомъ брусьевъ, такъ что въ общемъ видѣ обра- зустся нѣчто въ родѣ арки. Сапсры наши не безъ труда справились съ такою работою. Матеріаломъ служили балки изъ разрушенныхъ домовъ селенія и виноградньш лозы, замѣнившія канаты и веревки для связки бревенъ. По случаю болѣзни Вольфа, я исполнялъ въ этотъ день обя- заннэсти оберъквартирмсйстера и сопровождалъ полк. Пулло въ его поЬздкѣ къ строившемуся мосту, a также въ рекогносцирсжкѣ вдоль лѣваго берега Койсу. Горцы съ противоположнаго берега провожали насъ выстрѣлами и ругательствами. Солдаты наши напіли пещеру, въ которой была припрятана часть имущества Чиркатскихъ жителей. 9- го числа, съ разсвѣтомъ, полк. Катснинъ началъ подниматься отъ Согритлс хскаго моста на нагорный бсрегъ Койсу. Лишь только отошслъ онъ отъ рѣки, горцы, скрывавшіеся въ окрестныхъ ущельяхъ, показались въ тылу и на флпнгахъ колонни, гіровожая ее выстрѣ- лами. Однако-жъ, гіослѣ нѣсколькихъ пушечныхъ выстрѣловъ, Каге- нинъ дошелъ ло A пильты и занялъ это селеніе. Тогда и АхметъХанъ со своею милиціею Аварскою и Мехту/инскою спустился съ Бетіетской горы къ Ашильтѣ, a на другой день, ю-го числа, доста* влено было къ Чиркатскому мосту на вьюкахъ нѣкоторое количество сухарей. Постройка моста не была еще окончена; a пото.му пришлось мѣшки съ сухарями перетаскивать чрезъ рѣку по канатамъ. Въ тотъ же день ген. Граббе лично предпринялъ рекогносіш- ровку вдоль лѣваго берега Койсу, къ сторонѣ Ахульго, подъ при* крытіемъ двухъ баталіоновъ, четырехъ орудій и ракетной команды. Непріягель, также какъ и наканунѣ, провожалъ насъ выстрѣлами съ праваго берега рѣки. Нѣсколько пуль ыросвистало около самого ге* нерала, который лично указывалъ мѣста для нашихъ орудій. Снаряды артиллерійскіе попадали въ самое Ахульго, но не могли причинять никакого вреда непріятелю въ его крытыхъ траншеяхъ и пещерахъ. планъ д Обѣ скалы, укрѣпленныя Шамилемъ, подъ наименованіемъ Ахульго, профили п1,елставлялись съ лѣваго берега Койсу въ видѣ голой, каменистой поверхноста, изрытой во всѣхъ направленіяхъ. Одна изъ этихъ скалъ, западная, называлась Старымъ Ахульго, другая—Новымъ. Раздѣляло ихъ ущелье, или лучше сказать трещина, сквозь которую проры- валась, рѣчка Ашильтинская при впаденіи своемъ въ Койсу. Обры* вистыя стѣны этой трещины сходились въ иныхъ мѣстахъ гакъ близко, что перекинутъ былъ мостикъ для удобнѣйшаго оообщенія между обѣими скалами. Рекогносцировка ю-го числа дала намъ первое понятіе о знаме- нитомъ притонѣ Шамиля. Въ тотъ же день, какъ узнали мы позже, горцы сдѣлали изъ Ахульго вылазку противъ милиціи Ахметъ-Хана и вытѣснили было его изъ Ашильтинскихъ садовъ, но выдвинутыя Катенинымъ три роты пѣхоты оттѣснили непріятеля и снова заняли сады. Между тѣмъ другая часть его отряда разработывала доро; y отъ Ашильты къ строившемуся мосту. и-го числа къ вечеру постройка моста была окончена и немедленно же переправяено на нашъ берегъ ■нѣсколько вьюковъ съ суѵарями. Въ тотъ же день прибылъ въ отрядъ полковникъ Норденстамъ. Со вступленіемъ его Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 21 въ должность отряднаго оберъ-квартирмейстера завелся y насъ по генеральному штабу нѣкоторый порядсжъ въ за> нятіяхъ. Обязанности были распредѣлены ыежду кап. Иольфомъ и мною; онъ долженъ былъ вести жѵрналъ экспсдиціи и переписку по дѣламъ общимъ, a также писать реляціи; на мою же долю досталась переписка по военнымъ дѣйствіямъ отряда, составленіе диспозицій, разстановка войскъ, передовыхъ постовъ и т. д. Вь тотъ же день вечеромъ составлена была мною диспозиція къ персправѣ отряда на правую сторону Койсу, и съ утра 12 ю іюня начался переходъ войскъ гю зыбкому мостику. Орудія псретаскивали чрезъ него на канатахъ. День былъ чрезвычаРно жаркій. Съ трудомъ взбирались войска по узкой и крутой тропѣ на нагорный берегъ и располагались ваереди Ашилыы. Лагсрь главной квартиры разбитъ былъ на террасахъ Ашильтинскихъ садовъ, уже значительно порѣдѣгпшхъ; самое же селеніе было совсѣмъ раззорено. Два оаталіона Кабардин- скаго полка гіервоначально остаглсны были на лѣвомъ берегѵ Койсу для охраненія вагенбурга, a баталіонъ Апи:еронскаго полка съ 2 ору- діями охранялъ, мостъ на правомъ берегу, прикрывшись наскоро устроенными завалами. A X У Л Ь Г 0. Подступивъ і2-го іюня къ Ахульго, мы въ первое время имѣли весьма неясныя свѣдѣнія о мѣстности, на которой предстояло ішъ дѣйствовать. Она до такой степени исковеркана, что нужно не мало времени, чтобы ознакомиться въ подробности со всѣми ея причуд- ливыми складками, ушельями, трешинами, балками, обрывами. Ре- когносцировка іо-го числа съ лѣваго берега Койсу дала намъ лишь общее понятіе о замкнутомъ очертаніи какъ Стараго, такъ и Новаго Ахульго, ограниченныхъ со всѣхъ сторонъ обрывами, недоступными для атаки открытою силою. Когда же мы подошли къ Шамилеву притону со стороны Ашильты, то открылось, что обѣ скалы примы- каютъ къ горамъ только узкими перешейками или гребнями, по ко- торыжъ доступъ былъ прегражденъ глубокими перекопами и устроен* ными за ниічи укрѣпленіями въ видѣ крыть хъ каменныхъ построекъ. Кромѣ того, предъ Новымъ Ахульго возвышалась остроконечная скала, вершина которой была также занята укрѣпленіемъ, въ видѣ башни, прикрытой отчасти естественными глыбами. Скала эта носила названіе Сурхаевой башни. Выстрѣлы съ этой башни, господство- вавшей надъ окружаюіцею мѣстностію, вссьма затрудняли насъ, какъ въ периое время относительно рекогносцировки мѣстности, такъ и впослѣдствіи при расположеніи войскъ и сообшеніяхъ между ними. Въ первый же день по прибытіи отряда къ Ашильтѣ, пущено бьіло нѣсколько конгревовыхъ ракетъ на Сурхаеву башню, конечно безъ всякаго результата. Въ тотъ же вечеръ, по приказанію ген. Граббе, была составлена мною диспозиція для расположенія войскъ, съ указаніемъ пунктовъ для батарей и съ подробнымъ наставленіемъ относительно образа дѣйствій. Пѣхотѣ предписывалось постепенно выдвигать впередъ передовые посты и секреты, прикриваясь мѣстно* стію и ложементами; артиллеріи — постоянно безпокоить непріятеля выстрѣлами, днемъ и ночью; саперамъ, съ помоіцью наряжаемыхъ отъ иѣхотныхъ частей командъ рабочихъ, расчищать пути сообщенія вдоль ЛИНІИ раслоложенія войскъ и по возможности разрабатывать подступы къ непріятельскимъ укрѣпленіямъ. Непосредственное на- чальство войсками, выдвинутыми противъ Ахульго, было возложено на ген.-м. Галафѣева. Рано утромъ із*го числа принесъ я свой гтроектъ генералу Граббе, который вполнѣ одобрилъ его, и послѣ полудня началось передвиженіе войскъ на предназначенныя имъ новыя мѣста. Но вдругъ совершенно неожиданно вздумалось генералу Граббе попро* бовать въ тотъ же день счастія — прямо атаковать Сгарое Ахульго, открытою силою. Баталіону Апшсронскаго полка, только что заняв- шему мѣсто на лѣвомъ флангѣ, на уступѣ горъ, приказано было двинуться на приступъ no узкому гребню, ведущему къ означенной половинѣ Шамилева укрѣ іленнаго притона. Съ этимъ приказаніемъ посланъ былъ нашъ неустрашимый Шульцъ. По его указанію Аише- ронцы нехмедленно же устремились впередъ, подъ сильнымъ пере- крестнымъ огнежъ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 22 непріятеля. Они должны были перебЬгать по- одиночкѣ по узкому гребню, a предъ самымъ укрѣпленіемъ не* пріятельскимъ были остановлены глубокимъ перекойомъ. Нѣсколько смѣльчаковъ, соскочивъ на дно рва,, пытались эскаладировать укрѣ- пленіе, подсаживая другъ друга; но всѣ попытки ихъ, конечно, оста- лись безъ успѣха, съ напрасною жертвою людьми. He было даже возможности выносить раненыхъ; они оставались на днѣ рва до на* ступленія темнотіл, и когда вытаскивали ихъ оттуда, eine было ра- нено нѣсколько человѣкъ. Шульцъ также былъ раненъ въ ногу; но остался въ отрядЬ и послѣ вторичной раны. Убѣдившись въ невозможности атаки открытою силою, генералъ Граббе вынужденъ былъ обратиться къ болѣе медленному образу дѣйствій—къ обложенію непріятельской укрѣпленной позиціи и къ нѣкоторымъ подготовительнымъ мѣрамъ для облегченія штурма, какъ-то траншеямъ и усиленію огня артиллеріи. Такой образъ дѣй- ствій, конечно, требовалъ значительнаго усиленія подвоза запасовъ боевыхъ и продовольственныхъ. Ііри тогдашнемъ ограниченномъ со- ставѣ отряда невозможно было полное обложеніе Ахульго съ обоихъ береговъ Койсу. Поэтому 14-го числа остававшіеся на лѣвой сто- ронѣ рѣки баталіонііі Кабардинскаго полка и тяжести были пере- ведены на правую сторону и расиоложились въ резервѣ за лѣвымъ флангомъ линіи обложенія; на переправѣ y Чирката оставлены только двѣ ро.ты Апшсронскихъ, которыя расположились на правомъ берегу рѣки, прикрывшись завалами и снявъ еі/моста верхнюю настилку. Цѣлое утро 14-го числа работалъ я съ полковниками Пулло иНор-. денстамомъ надъ составленіемъ диспозиціи для новаго распредѣленія войскъ. Между тѣмъ подощелъ наконецъ первый транспортъ съ запасами, подъ прнкрытіемъ одного баталіона Апшеронскаго полка, подъ на- чальствомъ полк. Попова. Также прибыли въ лагерь ІІІамхалъ Tap-, ковскій и Ахметъ-Ханъ Мехтулинскій. Эти два туземные владѣтеля сѣвернаго Дагестана были совершенно рачличны и по наружности, и по характеру: Шамхалъ — человѣкъ тучный, съ тупымъ выраженіемъ лица, соотвѣтствовавшимъ его тяжелому и вялому нраву; другой — стройный, красивый, молоддоватый и вмѣстѣ съ тѣмъ рѣшительный, твердый, суровый до жестокости. Оба они оетались при своихъ ми- лиціяхъ, расположившихся на высотахъ Бетлетскихъ для охранснія тыла отряда. Горды изъ евоихъ логовищъ зорко слѣдили за всѣми движе- ніями въ нашедіъ лагерѣ и провожали пулями всякаго, кто только неосторожно попадалъ подъ ихъ выстрѣлы. По ночамъ бывали частыя тревоги и перес^рѣлки. Чрезвычайно эффектна была картина ц-га числа вечеромъ, когда завязался бой на передовыхъ постахъ при свѣтѣ зарницы. Шамиль не замедлилъ воспользоваться снятіемъ на-. шихъ войскъ съ позиціи на лѣвой сторонѣ Койсу и, построивт. мостъ, сейчасъ же открылъ свободное сообшеніе со всѣми племенами верхняго Дагестана. Даже Чиркатъ былъ снова занятъ иепріятель: скими шайками, которыя каждую ночь заводили перёсірѣлку съ охранявшими мостъ ротами Апшеронскаго полка. 15 го іюня началось возведеніе изъ туровъ, зсмли и камня ба- тарей для нашихъ орудій на тѣхъ высотахъ, съ которыхъ было во?* можно обстрѣливать разныя. части непріятельской гіозиціи. Главная батарея была устроена противъ Сурхаевой башни. Послѣ обѣда я отправился съ полк. Пулло на рекогносцировку вдоль всей л?:ніи обложенія, весьма растянутой и пересѣченной. Сообіценіе между ча* стями войскъ было чрезвычайно. затруднено раздѣлявшими ізхъ бал* ками или ущельями съ обрывистыми спусками. ГІоэтому на большей части нашего пути приходилось намъ карабкаться пѣшкомъ по кру* тымъ горамъ; a чтобы лучше высмотрѣть непріятельскую позицію съ ближайпшхъ точекъ,.мы. надѣли толстыя солдатскія шинели и папахи, такъ какъ горцы обыкновенно направляли свои выстрѣлы предгю* чтительно на офицеровъ; Тогда не фыло еще офидерскихъ сѣрыхъ пальто. Рекогносцировка наша побудила къ нѣкоторымъ перемѣнамъ въ расположеніи войскъ и батарей. Утромъ іб-го числа я занимался составленіемъ новой диспозиціи, авечеромъ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 23 сопровождалъ ген. Граббе въ объѣздѣ позиціи. Въ этотъ день получены были тревожныя свѣдѣнія о сборѣ новыхъ враждебныхъ скопищъ въ горахъ Андіи, Гумбста, Богуляла и другихъ, подъ предводительствомъ посланныхъ туда Шамилемъ надежнѣшшіхъ военачальниковъ его: Ахвсрды-Магома и Галбоца. Для наблюденія за этими скопшішш предиисано было . АхметъХану Мехтулинскому со своею милиціею перейти на высоты къ западу отъ Ашильты. и стать на дорогѣ, ведущей къ Ихали. Ба- таліонаѵгь Кабардинскаго полка, только что прибывшимъ съ лѣвой стороны Койсу, приказано также охранять тылъ отряда съ той сто- роны. Въ ТемиръХанъ-Шуру посылались настоятельныя предписанія о скорѣйшемъ подвозѣ къ отряду провіанта ди снарядовъ, въ кото- рыхъ артиллерія уже нуждалась. Ген. Граббе былъ весьма озабоченъ снабженіемъ отряда на продолжительное время; вмѣстѣ съ тѣмъ онъ признавалъ необходимымъ усилить отрядъ свѣжими войсками, о чемъ было написано Корпусному Командиру. Къ счастію, въ то время уже закончена была съ успѣхомъ экспедшіія въ южномъ Дапестанѣ, и ген. Головинъ'нашелъ возможнымъ отправить оттуда на подкрѣпленіе’Чеченскому отряду три баталіона Графскаго полка (т. е. ге- нералъ-фельдмаршала Графа Паскевича Эриванскаго) съ четырьмя орудіями и часть заготовленныхъ для Дагестанскаго отряда запасовъ. Но подкрѣпленія эти могли прибыть не скоро. Въ ожиданш ихъ принимались кое-какія частныя мѣры: изъ Темиръ-Ханъ-Шуры вы- требованы орудія (въ томъ числѣ малыя мортирки, .такъ какъ дѣй- ствіе легкихъ орудій во многихъ случаяхъ оказывалось безсильнымъ); ротамъ, охранявшимъ мостъ y Чирката, приказано уничтожить его и присоединиться къ блсжируюшимъ 'войскамъ. Для ускоренія со- общенія съ ТемиръХаиъ-Шурою признано нужнымъ, кромѣ суще- ствовавшаго кружного пути чрезъ Зыраны, открыть кратчайшій, хотя бы только вьючный, чрезъ Унцукуль и Гимры *). Оба эти большія Лезгинскія селенія находятся въ ущельѣ Авар- скаго Койсу, въ разстояніи верстъ ю или 12 одно отъ другого: Унцукуль—на лѣвом.ъ берегу, a Гимры-на правомъ, нижепо теченію. Первое, не сліотря на свою близость къ Ахульго и на всѣ усилія Шамиля привлечь его на свою сторону, постоянно уклонялось отъ *) По дорогЬ чрезъ Зыраны и Цатаныхъ было 4 5 пер^ходовъ, a чрезъ Унцукуль и Гимры не болѣе двухъ; кѵрьеры же могли проѣхать и въ одинъ день. участія въ возстаніи иротивъ Русскихъ; Гимры же, напротивъ того были гнѣздомъ мюрилизма и враждовали съ Унііукулемъ. Въ по- слѣлнее время Гимринды только по наружности заявили себя ио- корными; но значительное число ихъ (также какъ и Чиркеевцевъ) находилось въ числѣ защитниковъ Ахульго. і8-го іюня мнѣ было поручено осмотрѣть означенную дорогу и переговорить со старишнами обоихъ названныхъ селеній. Изъ от- ряднаго штаба данъ мнѣ переводчикъ — Кумыкъ Абдула, имѣвшій чинъ ирапорщика милиціи; a проводниковъ и конвой предоставлялось мнѣ получить изъ милиціи Шамхала Тарковскаго, находившейся на моемъ пуги. ВыЬхавъ изъ лагеря рано утромъ, въ гтрекрасный жаркій день, мы съ Абдулой поднялись прямо no кручѣ на гору, къ мѣсту расположенія милиціи. Впереди ея лагеря, на самомъ краю оорыва, стояла палатка са.мого ІІІамхала, который по цѣлымъ днямъ любо* вался обширнымъ видомъ съ помощью зрительной трубы. Шамхалъ принялъ меня учтиво и приказалъ назначить конвой; но когда я сѣлъ верхомъ, чтобы ѣхать далѣе, явились только два пѣшіе обор- ванца, которые должны были меня проводить до Унцукуля, откуда предсюяло мнѣ взять другихъ проводниковъ. До Унцукуля доѣхали мы очеиь скоро; дорога отлого спускалась съ высотъ въ саиую долину Аварскаго Койсу; пѣшіе проводники не отставали отъ иноходи лошадей. Унцукуль — огромное селеніе, дворовъ съ тысячу, построенное по образцу всѣхъ другихъ Даге- станскихъ ауловъ и также окруженное великолЬпньши садами. Башни кругомъ селенія и внѣшній рядъ саклей съ бойнинами давали Унцу- кульцамъ возможность упорно зашищаться противъ всѣхъ намаденій Шамиля и его шаекъ. Такъ еще за нѣсколько мЬсяцевъ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 24 до оішсы- ваемаго &ремени (въ февралѣ 1839 г.) Унцукулъцы, предводішые своимъ замѣчательнымъ старшиш-яо Аллилб, отбили два нападенія Шймиля, тогда какъ другія окрестныя селенія передались ему или подверглись совершенному разрушенію. Въѣхавъ въ селеніе около полудняѵ я съ трудомъ пробрался вслѣдъ за моими проводниками по узкшіъ, извилистымъ улицамъ къ жилищу знаменитаго Аллилб, Тѣснившіеся въ улицахъ жители съ нѣкоторымъ удивленіемъ сш> .трѣли на вроѣзжавшаго Русскаго офидера. Двух-этажная сакля старщины находнлась на краю обрыва; съ террасы дома открывался $идъ на. оадц, за .которьши виднѣзгся Койсу, пробивавшій себѣ путь РУ*. п^ноР й.. Р?в°мъ между отвѣсвыми, высокими боками ушелія. Хозяинъ выщелъ на встрѣчу мнѣ -и дружелюб.но пригласилъ меая быть его. гостемъ. Это былъ уже человѣкъ старый, довольно полный, съ бѣлыми длинными усами, придававшими его лицу выраженіе воинствснное. Онъ былъ въ домашней, довольно грязной одеждѣ, съ босыми ногами, но съ мохнатою шапкою на головѣ, не смотря на знойный день; одна рука была y него на подвязи. Внутреннее расположеніе дома и убранство были тѣ же, какъ во всѣхъ другихъ жилишахъ достаточныхъ людей того края. Мы усѣлись на коврѣ, поджавъ подъ себя ноги, въ ошомъ изъ угловъ просторной ку* накской половины. (Женское помѣщеніе было въ верхнемъ этажѣ). Съ помощью переводчика Абдулы, завязалась y насъ живая бесѣла. Въ видѣ привѣтствія, я сказалъ, что мнѣ пріятно увидѣть геройскаго предводителя Унцукульцевъ, на что Аллило, отбросивъ всякую скромность, пѵстился самъ въ восхваленіе своихъ подвиговъ и въ исчисленіе оказанныхъ имъ Русскому правительствѵ заслугъ, a въ заключеніе прямо высказалъ свои притязанія на награду. Когда я сказалъ, что ген. Граббе вполнѣ цѣнитъ его заслуги и приготовилъ для него богатую шубу, то я замѣтилъ на лицѣ моего собесѣдника неудовольствіе и затѣмъ, послѣ довольно длиннаго діалога его съ переводчикомъ, я узналъ отъ послѣдняго, что Аллило ожидалъ болѣе важной награды—чина прапорілика! Я невольно улыбнулся такому скромному притязанію чедовѣка, выказавшаго ссбя энергичнымъ противоборцеѵіъ Шамиля. Признаюсь, весь этотъ разговоръ нѣсколько разочаровалъ меня на счетъ Аллилб. Ічонечно я обнадежилъ его въ испс^лненіи его желанія, и затѣмъ объявилъ о цѣли моего пріѣзда въ Унцукуль. Аллило далъ немедленно приказаніе о доставленіи мнѣ проводниковъ, a пока собигали ихъ, предложилъ мнѣ угошеніе. Грязная старуха внесла и поставила предъ нами нѣсколько деревян* ныхъ лотковъ съ фруктами, бараниной и другими блюдами Лезгин- ск.й кухни. Еще не кончили мы нашу трапезу, какъ пришли ска- зать, что всѣ люди на работѣ и что можно найти только одного проводника, который и покажетъ мнѣ дорогу въ Гимры. Дѣлать было нечего; мы распростились съ хозяиномъ и отправшшсь далѣе. • Сначала дорога идетъ версты двѣ прекрасными садами Унцу- кульскими, потомъ спускается къ самому руслу рѣки и становится все уже, все каменистѣе, по мѣрѣ того, какъ самое уілелье стѣ* сняется отвѣсными утесами. Бурный потокъ несется съ пѣною и^ре- вомъ по каменьямъ, образуя непрерывный рядъ пороговъ. Случалось, что: вода плескала на самую тропинку, по которой мы ѣхали. Въ иныхъ мѣстахъ нависшія надъ рѣкою естественныя стѣны такъсбли- жаются кеерху, что солнечный лучъ никогда не проникаетъ на дно уіпеіья. a снизу едва видна только узкая полоска синяго неба. Мы доѣхали до такого мѣста, гдѣ тропинка совсѣмъ прекращалась и, по заявленію проводника, уже нельзя было далѣе ѣхать верхомъ.. Какъ же тутъ поступить? Куда дѣвать лошадей? Приходилось оставить ихъ на руки переводчика Абдулы, a мнѣ продолжать путь пѣшкокъ съ одншіъ лезгиномъ, съ которымъ объясняться можно было развѣ только мимикой. Абдулѣ дано было мною наставленіе, чтобы онъ далъ лошадямъ отдохнуть и затѣмъ вернулся съ бими въ лагерь, въ томъ предположеніи, что мнѣ придется изъ Гимровъ возвратиться въ лагерь по другой, кратчайшей тропѣ, также пѣшкомъ. Разставшись съ своею верховою лошадью и съ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 25 переводчикомъ, я пошелъ вавоемъ съ Унцукульцемъ, пробираясь чрезъ каменныя глыбы, завалившія все дно ущелья вплоть до самаго потока. Караб* каясь съ камня на камень на протяженіи какой нибудь сотни са* женъ, я вдругъ очутился, къ крайнему своему удивленію, ва не- болыиой плошадкѣ, замкнутой отвѣснымъ утесомъ, и среди толпы сидѣвшихъ на калйяхъ вооруженныхъ горцевъ. Ош въ свою оче* редь также устремили удивленные взгляды на появившагося предъ ними русскаго офицера. Нроводникъ мой сейчасъ же гіримкнулъ къ толпѣ своихъ земляковъ и зашелкалъ на своемъ непонятномъ для меня языкѣ, a я остановшіся въ недоумѣніи, стараясь объясвить себѣ странное, безвыходное мое положеніе: уже не завелъ ли меня про- водникъ съ злымъ умысломъ въ эту западню, изъ которой не было выхода? Долженѵпризнаться, что была минута непріятная. Скрывая свое смущеніе, я по;тоялъ нѣсколько времени, оглядываясь на окру* жавшія скалы, прошелъ еще нѣсколько шаговъ по плошадкѣ и на* конецъ, пользуясь *немногими извѣстныміг мнѣ татарскими словами, обратился къ ближайшимъ ко мнѣ горцамъ съ вопросомъ: «іолъ іокъ? (т, е. дороги нѣтъ?), на что они отвѣтили, прищелкнувъ язы- комъ, что значитъ y нихъ: «нѣгь». Тогда я молча повернулъ на- задъ и началъ снова перебираться чрезъ камни по пройденному уже мною пути, Подозрѣнія мои разсѣялись, когда я увидѣлъ, что горцы нисколько не препятствовали мнѣ уходить, a нѣкоторые изъ нихъ пошли предо мной. Скоро вышелъ я опять на то мѣсто, гдѣ оставилъ Абдулу съ лошадью. Къ. радости моей, онъ еше не ушелт> оттуда, и я могъ наконецъ чрезъ него разъяснить вопросъ. Оказа* лось, что сообщеніе между Унцукулемъ и Гимрами было умышленно прервано во время бывшихъ между этими селеніями враждебныхъ л т ' . дѣйствій; что въ прежнее время дорога переходшіа съ одного берега на другой по мосту, носившему названіе Чортова моста (Шайтанъ- кепри), a послѣ разрушенія этого моста Унцукульцами, генералъ Фези въ 1837 году проложилъ новую дорогу по лѣвому берегу рѣки; въ зиму 1839-го года Унцукульцы опять прервали сообшеніе, разрушивъ ту часть его, гдѣ дорога усгроена была на деревянныхъ подпоркахъ въ голой скалѣ. Кучка горцевъ, на которую я наткнулся такъ неожиданно, была выслана ИхМенно для разработки новой тропы. Такимъ образомъ дѣло оказалось очень простымъ; оставалось только подивиться тому, что ни въ лагерѣ Шамхальскомъ, ни въ Унцукулѣ никто не подумалъ лредупредить меня о томъ, что дорога не суще- ствовала, и что къ возстановленію ея только-что принимались мѣры самими жителями. Итакъ возложенное на меня иорученіе не могло быть испол- нено; мнѣ предстояло возвратиться въ лагерь съ такимъ неудачньшъ результатомъ. Пріѣхавъ въ Унцукуль, я снова посѣтилъ Аллилб и упрекнулъ ему, зачѣмъ не предварилъ онъ меня о невозможности прохода въ Гимры; старикъ отвѣчалъ пустыми отговорками. Я про- былъ y Аллилб часа два для отдыха; онъ снова угоіцалъ меня фрук- тами, и въ это время пришла мнѣ мысль воспользоваться случаемъ, чтобы доставить въ лагерь, для нашей штабной артели, кое-какіе съѣстные припасьт, въ которыхъ мы терпѣли крайній недостатокъ. По моей просьбѣ, Аллило распорядился собрать все, что можно было въ аулѣ: яйца, масло, куръ, фрукты и т. д.; все это навьючить на двухъ ишаковъ (ословъ) и отправить вслѣдъ за мною въ лагерь. Опе- рація эта продолжалась долѣе, чѣмъ я предполагалъ; не мало стоило труда опредѣлить плату за собранные припасы отъ разныхъ хозяевъ, • и при этихъ расчетахъ опять выказалась наивнолъ Унцукульскаго героя: онъ заявилъ право свое на удержаніе въ свою пользу даннаго >щою лишняго абаза (двугривенника) въ вознагражденіе за его по* средничество. Солнце уже садилось, когда я доѣхалъ до лагеря ІЛамхальской хмилиціи. Переводчикъ мой просилъ позволенія остаться здѣсь пере- ночевать, ссылаясь на утомленіе его лошади и вмѣстѣ съ тѣмъ, чтобы дождаться вьюковъ съ припасами изъ Унцукуля. Моя лошадь также ■ подвигалась уже неохотно; но мнѣ хотѣлось вернуться въ отрядъ въ тотъ же день и отдать отчетъ въ результатѣ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 26 моихъ безуспѣшныхъ странствованій. До лагеря оставалось верстъ шесть; но дорога шла чрезъ нѣсколько глубокихъ балокъ, отчасти лѣсомъ. Въ ночную темноту я сбился съ дороги, долженъ былъ сойти съ лошади и весги ее въ поводу, спускаясь наобумъ по горнымъ крутазнамъ. Иногда держался я теченія горныхъ рѣчекъ, которыя однакожъ во многихъ мЬстахъ низвергались съ утесовъ водопа.іами. Долго я пытался вн* браться изъ этихъ трущобъ, рпскуя на каждомъ шагу оборваться св кручи вмѣстѣ съ лошадью, которая часто упиралась ногами и не хо- тѣла поівигаться впередъ. И самъ я усталъ до изнеможенія; судяпо времени, мнѣ слѣдовало уже давно быть въ лагерѣ. Прнходила мнѣ мысль остановиться на мѣстѣ и выждать разсвѣта. ІІо вдругъ окликь: «кто иіетъ»? Случайно набрелъ я на «секретъ»*)—и y меня отлсгло отъ серхца. Собравъ послѣднія силы, я взялъ одного солдата въ про* воіники и доѣхалъ до лагеря въ такомъ состояніи, что войдя въ свою палатку, безотлагательно повалился на постель, не раздѣваясь, и заснулъ крѣпкимъ сномъ, похожимъ на безчувствіе. He долго удалось мнѣ отдыхать. Еше было темно, когда меня разбудили, и я услышалъ сильную псрестрѣлку, не со стороны Ахульго, откуда прг.выкъ уже слыігать. a съ .иротивоположвой сіороны. Хотя я съ трудомъ иогъ стать на ноги, однакожъ вышелъ изъ па* латки. Частые выстрѣлы съ высотъ, находившихся къ западу, за Ашильтою, и раздававшееся съ этихъ высогь обычное y горцевъ пѣніе предъ вступленіе.чъ въ бой («Алла иль алла») — показывало, что мы атакованы съ тылу вепріятельскими скопшиами, о сборѣ ко- торыхъ имѣли свѣдѣнія. Стало быть Ахметъ-Ханъ, которому было предпиеано охранять отрядъ съ той стороны, не исполнилъ своего назначенія. Непріятель, пользуясь неожиданностію нападенія, началъ уже спускатіся съ высотъ къ Ашильтинскимъ садамъ. Опасность угрожала даже главной квартирѣ. І\нералъ Граббе и весь штабъ уже оыли на площалкѣ предъ палаткой Командук чдаго войсками; и я присоединился къ нимъ, позабывъ свою усталость. Приішано было сѣдлать лошадей, a мнѣ—ѣхать къ полк. Лабынцеву, которы& имѣя подъ рукой всего двѣ роты Кабардинскаго полка, двинулся съ ними на встрѣчу непріятелю. Остальныя роты этого полка, какъ оказалось, были въ то время передвинуты ближе къ Старому Ахульго, по случаю предполагавшейся на разсвѣтѣ новой попытки атаковать эту часть ЛІамилева убѣжшда. Однакожъ полков. Лабындевъ, не ожидая приказакій, поспѣшно обратилъ оба свои баталіона къ ата- кованному пункту нашего расположенія, и когда я доѣхалъ до пе* *) Секретами называются небольшіе посты, расіюлагаемые вт? скрытыхъ лѣстахъ для ночнои охравы. редовыхъ ротъ, то нашелъ, что непріятель уже выбитъ изъ устроен* ныхъ имъ наскоро заваловъ, Лѣвѣе двигался на высоты баталіонъ Апшеронскаго полка. Все это исполнилось такъ быстро, что съ раз- свѣтомъ непріятель былъ уже въ полномъ отступлснін, не усиѣвъ даже убрать тѣла убитыхъ. Только въ это время сп^скалась съ Ак- кента милиція Ахметъ-Хана. Мнѣ приказано было вести ее впередъ по слѣдамъ непріятсльскаго скопища. Но послѣднсе оТступило такъ посгіѣшно, что мы не могли уже настигнуть его и остановились верстахъ въ ю отъ лагеря. Всѣ войска получили приказаніе распо- ложиться на указанныхъ мѣстахъ. Ііотсря иаша въ этотъ дснь состо- яла изъ 7 убитыхъ и 84 раненыхъ (въ томъ числѣ 6 офицеровъ). Нужно ли говорить въ какомъ я былъ состояніи, когда возвра- тился въ свою палатку. Тутъ только я сообразилъ, чеыу подиергался въ прошлую ночь, блуждая одинъ по горамъ, въ такомъ близкомъ сосѣдствѣ съ непр ятельскимъ скопишемъ. Прибьпіе Унцукульскпхъ вьюковъ съ припасами доставило большое удовольствіе нашей штаб- ной артели. Въ то же время прибылъ и новый транспоріъ изъ Темиръ- Ханъ-Шуры. Общество наше увеличилось нЬсколькими пріЬзжими оттуда, въ томъ числѣ—состоявіншъ при Корпусномъ Командирѣ подполковникомъ Ник. Ник, Муравьевымъ (будуіііій графъ Амурскій). За то выбылъ флигель-адъютантъ полк. Катенинъ, для продолжснія возложсннаго на него инспекшрованія войскъ. Послѣ отдыха отъ ночной и Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 27 утренней передряги въ нашемъ штабѣ, вечеромъ принялись мы снова за дѣло. 11о ириказанію Коліа&дую- шаго войсками, составлялось ноі ое распреді леніе ьойскъ по линіи блокады, съ вудѣленісмъ достаточныхъ частей для лучшаго прикры- тія тыла отъ новыхъ покушеній непріятеля. Генералу Галафіеву и отрядному инженеру Энгбрехту предписывалось вести систематичсски сапныя работы. Въ то же время Командующій войсками былъ оза- боченъ положенісмъ оставленнаго въ укрѣпленіи Удачномъ ваген- бурга, въ которомъ никакой надобности уже не было; находившійся тамъ баталіонъ' (3-й Апшеронскій) полезнѣе было присоединить къ дѣйствуюіледіу отряду. Но упраздненіе этого укрѣпленія, съ выво- домъ изъ него всѣхъ обозовъ и запасовъ, представляло опсрацію не легкую. Уже не разъ непріятельскія шайки угрожали нашему сла- бому укрѣпленію; теперь же представлялась гораздо большая оігас- ность, иока оставались въ .сборѣ мнагочисленныя скопища Ахверды- Магома и Галбаца, только что отброшенныя отъ Ахульго и отегу* ішвціія къ Ихали. Чтобы не оставлять это скогшще въ такомъ близкомъ сосѣдствѣ и вмѣстѣ съ тѣмъ обезпечить исполненіе предписаннаго упраздненія укрѣпленія Удачнаго. ген. Граббе задумалъ произвести движеніе къ сторонѣ Ихали съ летучею колонною изъ 4 баталіоновъ, 4 горныхъ орудій, конныхъ казаковъ и милидіи. Въ теченіи двухъ дней, 20-г0 и 2і-го іюня, въ нашемъ штабѣ дѣлались секретно распоряжевія къ этому движегіш; составлена ивструкція генералу Галафѣеву васлучай, если-бъ Шамиль вздумалъ воспользоваться временнымъ ослаблсніемъ блокады и предпринялъ вылазку. Мнѣ поручсно было произвести 21- го числа рекогносцировку къ Согритлохскому мосту и выбрать мѣсто для возведенія укрѣпленія, которое обезпечивало бы блокн- рующія войска съ той стороны. Порученіе это было мною исполнено подъ прикрытіемъ милиціи Ахметъ-Хана. Къ вечеру я возиратился въ лагерь съ довесеніемъ. Съ наступленіемъ ночи, войска, назначевныя къ д^ижевію, на- чали стягиваться на высотахъ, a съ разсвѣтомъ двинулись къ Ихали. Въ головѣ колонны ѣхалъ самъ ген. Граббе со штабомъ. Милиціи АхметъХана приказано было слѣдовать впереди, держась ближе кь горамъ, чтобы, въ случаѣ встрѣчи съ непріятелемъ, атаковать его еъ фланга. Около 8 часовъ утра замѣчены были толпы горцевъ въ. одной изъ балокъ, пересѣкавшихъ нашъ путь. По увѣревію лазут- чиковъ скопище было силою до 8 тысячъ человѣкъ. Непріятель, увидѣвъ сначалй одну милицію Ахметъ-Хана, началъ было распро* страняться вправо, къ горамі:, и повидимому намѣрсвался самъ ата* ковать Аварцевъ и Мсхтулинцевъ; но появлсвіе нашей пѣхоты такъ озадачило горцевъ, что послѣ н1 сколькихъ выстрѣловъ нашихъ гор- ныхъ орудій, когда Кабардинскіе баталіоны съ барабаввымъ боемъ бросились* въ штыки прямо къ балкѣ, непріятельскія толпы обра- тились въ бѣгство, частію къ Согритлохскому мосту, частію къ Ихали, Столпившіеся на Согритлохской переправѣ горцы сильно потериѣли отъ выстрѣловъ вапіей артиллеріи; мвоііе утонули въ рѣкѣ. У васъ потеря состояла лишь въ нѣсколькихъ милиціоверахъ. Послѣ этого короткаго дѣла войска наши расположились би* вакомъ нѣсколько впереди мѣста боя и провели тутъ ночь. Отсюда намъ былъ ясно виденъ вашъ вагенбургъ въ укр. Удачномъ и даже м-ожно было въ зрительвую трубу разглядѣть, какъ тяжести подни- мались на Соукъ*булакъ. Но подъ утрѳ слѣдуюшаго двя? (23-го числа) получено было отъ ген. Галафѣева извѣстіе, что въ ту садую вочь, какъ и m.o>fho было ожидать, Шалшль произвелъ изъ Аху^ьго сильную вылазку. Значительная толпа горцевъ бросилась no руслу рѣчки Ашильтинской на батарею, вновь заложенную противъ Ста* раго Ахульго, сбила попавшійся передовой постъ изъ 25 человѣкъ, успѣла сбросить въ кручу мантелетъ и нѣсколько туровъ; но отбитая подоспѣвшею изъ резерва ротою отступила, оставивъ въ нашихъ рукахъ три тѣла. Извѣстіе это побудило ген. Граббе отказаться отъ дальнѣйишхъ наступательныхъ предиріятій противъ скопищъ Ахверды-Магома и возвратиться подъ Ахульго. Въ этотъ день наступившая вдругъ хо- лодная погода смѣнила Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 28 прежній нестерпимый зной. Къ вечеру воз- становилось прежнее расположеніе блокируюшихъ войскъ. На другой день, 24-го числа, получсно донесеніе о благополучномъ очиіцсніи •укрѣпленія Удачнаго. Съ помощью высланной изъ кр. Внезапной роты, a также Кумыкской милиціи, лошадей и быковъ всѣ тяжести были перевезены въ эту крѣпость; временное уюѣпленіе срыто; a баталіонъ Апшеронскій съ четырьмя легкими орудіями двинулся чрезъ Темиръ-Ханъ-Шуру на присоединсніс къ дѣйствуюшему отряду. Съ другой стороны были свѣдѣнія, что скопище Ахверды-Магома разошлось, оставивъ лишь наблюдательныя партіи на лѣіюмъ береіу Койсу y Ихали и Согритлохскаго моста. Блокируюшія войска не оставались въ бездѣйствіи. Передовые посты, мало по малу выдвигаясь впередъ въ своихъ ложежнтахъ, все болѣе стѣсняли кругъ обложснія. По гребню, всдуиіему къ Ста- рому Ахульго, саперы вели подступъ двойною тихою сапою; Болѣе всего затрудняла насъ Сурхаева башня; передовые посты Куринскаго полка уже выдвинулись до самой подошиы утеса; съ другой же сто- роны рота Апшеронскаго полка смѣло пробралась и на противопо- ложный спускъ съ башни къ Новоііу Ахульго и угвердилась на одно.мъ изъ крутыхъ уступовъ, гдѣ самый лрофиль утеса дрставлялъ прикрытіе отъ выстрѣловъ какъ съ башни, такъ и съ ІІоваго Ахульго. Такимъ образомъ Сурхаева башня была уже обложсыа крупжъ. Однакожъ отчаянные мюриды всетаки держались въ ней, продолжая каждую ночь спускаться тайкомъ къ рѣчкѣ Бетлетской за водой, что каждый разъ давало поводъ къ тревогѣ и перестрѣлкѣ. Выстрѣлы нашихъ батарей, повидимо-му, причиняли мало поврежденій непрія- тельскому гнѣзду на вершинѣ утеса; мсжду тѣмъ артиллерія израсхо* довала уже огромное количество снарядовъ. Транспорты не успѣвали пополнять ихъ. Снова поднять былъ вопросъ объ открытіи кратчайшаго сооб- шенія съ Темиръ-Ханъ-Шурой для облсгченія подвоза запасовъ. Первая моя командировка і8-го іюня въ Унцукуль и Гимры осталась безъ послѣдствій; на меня же теперь возложены были новыя изы- сканія и поиски. Возникла мысль о разработкѣ гірямого спуска съ горъ къ Гимрамъ, шшуя Унцукуль, a так/ке объ устройствѣ пе- реиравы чрезъ Андійскій Койсу близъ самаго сліянія его съ Аварскимъ- Койсу, гдѣ, по шжазаніямъ туземцевъ, скалистые берега рѣкитакъ сближаются междусобок*, что можно будто-бы перебросить бревно съ одного берега на другой. Готовяськъ предстоявшей мнѣ новой командировкѣ, я между тѣмъ придумывалъ какъ бы облегчить самую постройку моста при тѣхъ услоьіяхъ, какія пред тавляли Дагестанскія рѣки, и при имѣвшихся къ отрядѣ скудныхъ матеріальныхъ средствахъ. Задача эта уже занимала меня въ Чиркатѣ; теперь же, на досугѣ, я смастерилъ собственноручно изъ деревянныхъ брусоч- ковъ модель такого моста, который, казалось мнѣ, было бы всего легче персбросить чрезъ Койсу. Однакожъ поиытка эта была оста* влена мною безъ практическаго примѣненія, такъ какъ я долженъ былъ уже 25-го чИѵ\ла снова отправиться на поиски. Нл этотъ разъ проводникомъ мнѣ сл ужилъ одинъ изъ почетныхъ туземцевъ изъ сел. Эрпели Улубей, человѣкъ дѣльный, вліятельный, имѣвшій надежныхъ «кунаковъ» въ Гимрахъ. Его сопровождали нѣ- сколько нукеровъ, кромѣ даннаго мнѣ переводчика и еше двухъ ку- мыковъ. Доѣхавъ безъ затрудненій до того мѣста, гдѣ начинается крутой спускъ къ Гимрамъ, мы должны были сойти съ лошадей и вести ихъ въ поводу. Тропинка извивалась между камнями икустами и всла прямо къ Гимринскому мосту на Аварскомъ Койсу. Мостъ этотъ бьціъ такой же конструкціи, какъ всѣ другіе зыбкіе мосты горской постройки. Отъ моста дорога поднимается садами до селенія Гшіры, построеннаго сходно съ другими большими Дагестанскіши аулами. Встрѣчавшіеся въ узкихъ улицахъ жители смотрѣли на насъ сурово и непріязненно; многіе изъ нихъ имѣли на головѣ оѣлыя чалмы—отличительный знакъ мюридовъ. Остановились мы y старшины и послѣ не^родолжительныхъ объясненій получили проводника для указанія намъ дороги къ тому мѣсту y сліянія обоихъ Койсу, гдѣ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 29 предполагалось возобновить существовавшій нѣкогда мостъ. Пере* лравившись обратно на лѣвую сторону рѣки, мы слѣдовали внизъ по. ея теченію И здѣсь долина Аварскаго Койсу составляегь тѣсное ущелье; только при самомъ сліяніи съ Андійскимъ Койсу образуется небольшая площадка. Осмотрѣвъ внимательно это лѣсто, я возвра* тился въ I имры. Старшина угостилъ насъ полнымъ обѣломъ, начиная съ фруктовъ и кончая бараньимъ отваромъ, то есть въ обратномъ порялкѣ противъ европейской кухни. Поблагод;фивъ хозяина за сго гостеиріимство, мы отправились въ обратный путь. Гіровожавшіе насъ косые и злобные взгляды Гимринцевъ не внуіпали большого довѣрія къ ихъ вынужденной покорности. Намъ предстояло возвра- шаться по тому же пути, по которому прибыли въ Гимры; но разу* мѣется, подниматься въ гору было во сіо разъ тяжелѣе, чѣмъ спу- даться. И лошади наши, и мы сами выбшшсь изъ силъ; нѣсколько разъ должны были останавливаться, чтосіы псревести духъ Подъемъ продолжался часа два. Когда мы вышли изъ пропасти на открытую мѣстность, Улубей со своими нукерами остался здѣсь ночевать, a я продолжалъ путь съ бывшшш при мнѣ двумя кумыками и доѣхалъ до лагеря уже въ совершенную темноту. Войдя въ свою палатку, я не раздѣваясь заснулъ какъ Аісртвый. Результатомъ моей поѣздки было рѣшеніе Командующаго вой- сками исправить по возможности осмотрѣнный мною крутой спускъ къ Гимрамъ, собственно только для проѣзда курьеровъ и для вьюч* наго сообіценія, но въ то же время возстановить и прежній путь между Унцукулемъ и Гимрами, для движенія транспортовъ; вмѣстѣ съ тѣмъ положено было разработать подъемъ отъ лагеря на Бетлст* скую гору, къ мѣсту расположенія Шамхальской милиціи. Для лри- веденія въ исполненіе всѣхъ этихъ предположеній назиачены были двѣ полныя роты: одна — на работы въ ущельѣ между Унцукулемъ и Гимрами, другая — на Бетлетскую ropy. Нѣсколіко днсй сряду ѣздилъ я для указанія саперамъ направленія новой дороги. Работы начались съ 27-го іюня и продолжались до самаго конца блокады Ахульго. Между тѣмъ 2б*го и 27-го іюня прибыли въ лагерь два транспорта съ болыішмъ количествомъ запасовъ продовольственныхъ и боевыхъ, съ 2-мя легкими орудіями и 4-мя мортирками. Орудія эги были немедленно установлены на батареи, сбстрѣливавшія Сурхаеву башню, и вслѣдъ за тѣмъ положено было предпринять рѣшительный приступъ на эту башню. 29-го іюня, съ разсвѣта, батарси открыли по ней сильнѣйшій огонь съ трехъ сторонъ, a въ 9 часовъ утра два баталіона Куринскаго полка подошли къ самой подоиівѣ скалы; вызванные виередъ охотники начали смѣло взбираться вверхъ къ самой башнѣ, не смотря на сбрасываемые съ вершинм скалы камни и бревна, Нѣкоторые изъ егерсйохотниковъ, не смотря на явную опасность, Кромѣ потери въ дюляхъ, израсходовано было огромное коли- чество боевыхъ запасовъ. Батарея изъ четырехъ легкихъ орудій одна выпустила до юоо ьыстрѣловъ. Надобно было снова поджидать при- бытія трансгтортовъ. Поэтому наступило снова нѣсколько дней за* тишья. Мы томились физически отъ невыносимаго зноя, и нрав* ственно — отъ неутѣшительнаго положенія дѣлъ. Я персбрался изъ душной палатки, въ которой жилъ съ ІІеровскимъ, въ балаганъ или родъ шалаша, устроснный изъ вѣтвей и виноградныхъ лозъ. Новое это обиталище не только доставляло мнѣ болѣе свѣжести, но вмѣстѣ съ тѣмъ избавило меня отъ многочисленныхъ гостей, иногда собиравшихся псг вечерамъ къ Перовскому для карточной игры, къ ко- торой я всегда имѣлъ отвраіденіе. Впрочемъ это персселеніе мое было только временною и случайною разлукою съ товарищемъ; мы всетаки остались въ общей артели и вскорѣ потомъ опять соеди- нились въ совмѣстномъ жительствѣ. Я уже упомянулъ, что почти каждый день, не смотря на зной, я долженъ былъ ѣздить на дорожныя работы, то одинъ, то вмѣстѣ съ Норденстамомъ. Разработка прямой дороги къ Гимрамъ была окончена въ короткое время; спускъ этотъ хотя нѣсколько улуч- шился, однакожъ всетаки былъ чрезвычайно крутъ. Во время работъ два соллата Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 30 найдены были убитыми, ночью, на берегу Койсу; отвѣт- ственность за это злодѣяніе, конечно, падала на Гимринцевъ. Ген. Граббе, недовольный дѣйствіями Юсуфъ-бека, назначеннаго Шамха- ломъ для надзора за ними, приказалъ замѣнить его упомянутымъ уже Улу-беемъ Эрпелинскимъ, спутнпкомъ моимъ въ поѣздкѣ въ Гимры. Можно было надѣяться, что этотъ человѣкъ, съ своею твер- достію и связялш, сумѣетъ поддержать авторитетъ среди необузданныхъ Гимринцевъ. Между тѣмъ почти ежедневно прибывали въ отрядъ небольпііе транспорты съ запасами; но къ сожалѣнію подвозъ производился по мелочамъ и безъ толку. Частое отправленіе малыхъ транспс ртовъ сопряжено 6е>’лс съ излишнимъ расходованісмъ войскъ для кон- воированія. з~го іюля прибылъ изъ Темиръ-Ханъ-Шуры большой транспортъ, подъ прикрытіемъ 3-го Апшеронскаго баталіона, того самаго, который прежде находился въ укр. Удачномъ; при немъ при- были и 4 легкихъ орудія. Баталіонъ этотъ расположился рядомъ съ 4*мъ того же полка, на лѣвомъ флангѣ, то есть противъ спуска къ Старому Ахульго; орудія же поступили на вооруженіе новой батареи, возведенной на горномъ уступѣ къ востоку отъ Сурхаевой башни, для обстрѣливанія ея перекрестнымъ огнемъ. Съ прибытіемъ этнхъ подкрѣпленій, въ отрядѣ состояло уже ю баталіоновъ пѣхоты и 24 орудія; но численная сила отряда всетаки составляла немного болѣе 6.100 человѣкъ въ строю, не счптая милицій. Пользуясь прибытіемъ свѣжаго баталіона и подвозомъ запасовъ ген. Граббе вознамѣрился на другой же день, 4-го числа, возобно- вить попытку противъ Сурхаевой башни. Но ирсдъ разсвѣтомъ того дня непріятель произвелъ вылазку изъ Стараго Ахульго и бросшіся на переднюю часть крытой сапы, доведснной уже до рва. Подо- стѣвшШ резервъ отбилъ нападеніе горцевъ; но когда все утихло, вдругъ всгшхнулъ мантелетъ, прикрывавшій голову сапы. Пламя, раздуваемое вѣтромъ, быстро сообпіалось отъ одного тура къ дру- гомѵ, и въ то же время горцы открыли сильный огонь изъ своихъ заваловъ. Для прекращенія пожара пришлось сбросить нѣсколько туровъ и такимъ образомъ головная часть почти оконченнаго уже подступа была уничтожена. При этомъ лишились мы одного офи- цера и нѣсколькихъ солдатъ. Въ 2 часа пополудни открыта была сильная пушечная стрѣльба по Сурхасвой башнѣ, съ нѣсколькихъ батарей, перекрестнымъ огвемъ? Послѣ каждаго выстрѣла поднимавшаяся надъ башней густая пыль показывала, что артиллерія наша производила въ непріятельскожъ логовищѣ страшное опустошеніе. Между тѣліъ вызванные со всего отряда охотники, въ числѣ 200 человѣкъ, съ заготовленными дере* вянными щитами, обитыми войлокомъ, выжидали y подошвы скалы сигнала атаки; позади ихъ въ резсрвѣ готова была рота Куринскаго полка. По данному сигналу охотники смѣло полѣзли вверхъ; но лишь только нѣкоторые изъ нихъ добрались до баіііни, изъ нея вы- скочили отчаянные защитііики ея и снова повторились кровавыя сцсны 29 го числа. Мюрйды съ ожесточеніемъ кидали на штурм-ую- шихъ камни и бревна; всѣ отважные наши охотники бы ти перебиты или изувѣчены. I Іо на этотъ разъ имъ послано было приказавіе прекратить попытки и, прикрывшись по возможности отъ непріятелъ- скихъ выстрѣловъ за каменьями, выждать наступленія ночи. Батареи же возобновили свое разрушительное дѣйствіе. Вторичная эта попытка на Сурхаеву башню стоила намъ 5 офи- деровъ й болѣе юо нйжнихъ чиновъ. Въ числѣ раненыхъ былъ одинъ гвардейскій офицеръ—Кирасирскаго Его Высочества гюлка Марты* новъ, Но результатомъ этого дня былъ такой разгромъ непріятель- ской берлоги, что дальнѣйшая въ ней оборона сдѣлалась невоз^ можною, и въ теченіи ночи оставшіеся еще въ живыхъ зашитники башни должны были покинуть ее. Пробираясь въ Новое Ахульго, они наткнулись на наши секреты; завязалась перестрѣлка; a между тѣмъ наши охотники, удержавшіеся на скалѣ, подъ самою башнею, безпрепятственно заняли ее. Они нашли однѣ развалины, нѣсколько труповъ и раненыхъ. Уничтоженіе Сурхаевой башни было значительнымъ успѣхомъ въ ходѣ осады и облегчшю Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 31 дальнѣйшія дѣйствія противъ Новаго Ахульго. Въ ожиданіи прибытія подкрѣпленій изъ южнаго Даге- стана и новыхъ транспортовъ, поднятъ былъ вопросъ объ открытіи снова сообщенія съ лѣвою сторонсю Андійскаго Койсу. Нѣкоторые изъ туземцевъ указывали еше новое мѣсто для устройства переправы, но уже нс на Андійскомъ Койсу, a на Сулакѣ, то есть ниже сліянія обоихъ Койсу, гдѣ скалистые бсрега до того сближаются между собой, что можно перебросить брсвно съ одного на другой и стало* быть не треоуется никакой сложной постройки. Разслѣдованіе по этому предмету было опять возложено на меня и предварительно поручено навести точныя справки отъ приближенныхъ Шамхала Tap« ковскаго. 5-го іюля я отправился къ нему въ лагерь, но никакихъ свѣдѣній нс добился, и потому на другой день, 6-го числа, долженъ былъ отправиться для личнаго осмотра указаннаго мѣста на Сулакѣ. Выѣхавъ изъ лагеря утромъ въ сопровожденіи переводчика и трехъ туземцевъ, я прибылъ въ Гимры прямо къ Улу-бею, котораго засталъ въ хлопотахъ по поводу только что случившагося утромъ происше- ствія. НЬсколько Гимринцевъ наітали натрехъ Ундукульцевъ, которые будто бы покушались угнать Гимринскій скоіъ, пасшійся на бсрегу р. Койсу; въ возникшемъ столкновеніи убиты одпнъ Гимринецъ и двое Унцукулыдевъ, тѣла которыхъ и видѣлъ я .при проѣздѣ чрезъ Гимринскій мостъ.Третій же Унцукулецъ былъ схваченъи приведенъ къУлубею, который зналъеголично. Къдому Улу*бея сбѣжаласьтолпа раздраженныхъ Гимринцевъ и требовала выдачи Унцукульца, чтобы расправиться съ нимъ по своему. Улу*бей} имѣя при себѣ стражу изъ вѣрныхъ людей, не уступилъ и толпа разошлась съ неудоволь- ствіемъ и угрозадіи. Въ это то врел^і вгѣхалъ я въ Гимры; мнѣ бро* сились въ глаза звѣрскія лица попадавшихся людей. Улу-бсй при^ зналъ невозможньшъ предпринять въ тотъ день поѣздку къ указан- ному мѣсту на Сулакѣ, и потому приходилось мнѣ оставаться въ Гимрахъ до слѣдующаго утра. Къ счастію моему, въ то время ■ пріѣхалъ къ Улу-бею изъ Темиръ-Ханъ-Шуры русскій офицеръ Ma* нучаровъ, котораго присутствіе отчасти выручало меня отъ скуки продолжительнаго сообщсства туземцевъ. Манучаровъ предложшгь намъ чаю, чему, конечно, я былъ очень ралъ; малолѣтній сынъ хо- зяина принесъ фруктовъ; a подъ вечеръ собралось множество на- рода. Въ числѣ непрошенныхъ гостей были и нѣкоторые изъ отъ- явленныхъ мюрстдовъ’ въ бѣлыхъ чалмахъ; одинъ изъ нихъ былъ извѣстенъ какъ убійца графа Ивелича, который въ 1839 году былъ предательски схваченъ Гимринцами на томъ самомъ мѣстѣ, куда со- бирался я ѣхать, и приведенный къ Шамилю въ Ашильту, умерщ- вленъ по его приказанію. Признаюсь, мнѣ было не по душѣ сосѣд- ство такого человѣка, тѣмъ болѣе, что мои собесѣдники какъ будто нарочно наводили рѣчь на трагическій конецъ Ивелича и кичились этимъ злодѣйскимъ вѣроломствомъ. Одинъ мулла поднесъ мнѣ на*' писанный на клочкѣ бумаги привѣтственный адресъ, за что получилъ отъ меня дѣлковый и остался вполнѣ доволенъ этимъ «бакшишемъ». Улу-бей приготовилъ намъ ужинъ на полу-европейскій ладъ; кон- войныхъ же моихъ угостилъ отдѣльно на дворѣ вмѣстѣ со своими стражниками. Послѣ вечерней молитвы, заунывно пропѣтой вовссмъ аулѣ, все утихло и мы улеглись спать, забарикадировавъ всѣ входы въ дохмъ; на балконѣ же или террасѣ дома расположилась воору« женная стража Улу-бея. Ночь прошла почти безъ сна. Едва начало свѣтать, я поднялъ на ноги весь домъ, чтобы отправиться какъ можно раньше въ пред» стоявшій путь и успѣть въ тотъ же день вернуться въ лагерь. Вы* ѣхалъ я въ сопровожденіи Улу-бея и его стражи; данныхъ же мнѣ изъ лагеря конвойныхъ оставилъ y Гимринскаго моста ожидать моего возвраіленія. По пути, на каждомъ шагу, указывали мнѣ мѣ:та раз- ныхъ недавнихъ кровавыхъ происшествій; показали и то, гдѣ было пронзведено нападеніе на команду гр. Ивелича. Это самое мѣсто и составляло цѣль моей поѣздки. Достигнувъ его частію верхомъ, частію пѣшкомъ, я убѣдился въ невозможности проложенія туда какой бы то ни было дброги, даже вьючной. Х< тя Улу-бей говорилъ мнѣ еіде о какомъ-то Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 32 очень узкомъ. мѣстѣ Андійскаго І\ойсу, повыиіе ocäo* трѣннаго уже мной, такъ называемаго Ашильтинскаго моста, одна- кожъ самъ же по-томъ заявилъ о невозхможности проложенія туда дороги. Такимъ образомъ и на этоть разъ мои поиски шіѣли ре* зультатъ отрицательный. Возвратившись къ Гимринскому мосту и соединившись со своими конвойны&ш, я долженъ былъ опять взби* раться на ropy. He смотря на всѣ произведенныя работы для улу4’ шенія этого проклятаго подъема, онъ локазался мнѣ почти столь же тягостнымъ, какъ и въ прежнемъ видѣ; a вдобавокъ приходилось теперь довольно дол.-о кружить по зигзагамъ около падали, зара^ жавшей воздухъ. Къ 6 часамъ вечера я уже былъ въ лагерѣ, и пер- вымъ, кого встрѣтилъ, былъ самъ ген. Граббе. Немедленно же отдалъ я ему отчетъ о результатѣ моей поѣздки, a затѣмъ полковникамъ Пулло и Норденстаму. На другой день ген. Граббе объѣзжалъ часть блокадной линін; я же оставался весь день въ своемъ шалашѣ, совершенно измученный поѣздкою 9-го числа. Я полюбопытствовалъ только взобраться на дѣсто бывшей Сурхаевой башни, откуда открывался обширный видъ. Тамъ стоялъ караулъ изъ 30 человѣкъ. Мѣсто не было еще вполнѣ очишено; валявшіеся трупы убитыхъ заражали воздухъ. Со времени раззорѣнія этого гнѣзда раеположеніе нашихъ войскъ значительно подвинулось впередъ; протяженіе позиціи сократилось; но сообщенія между частями блокадной линіи сдѣлались еще труднѣе прежняго: въ нѣкоторыхъ мѣстахъ были устроены спуски по приставнымъ лѣсгницамъ, въ другихъ спускали аюдей и орудія на канатахъ, по* средствомъ блоковъ или воротовъ. Въ особенносга подвинулись подступы къ Новому Ахульго. Новыя батареи на правомъ флангѣ блокады обстрѣливали этотъ утесъ съ самаго близкаго разстоянія. Спускъ съ бывшей Сурхаевой башни къ выступавшей передней части Новаго Ахульго, образовавшій два большіе уступа въ видѣ есте- ственныхъ брустверовъ, былъ уже занятъ цѣлымъ баталіономъ (2мъ Апшеронскимъ). Отъ нижняго уступа оставалось до передняго рва непріятельскаго передового укрѣпленія саженъ 50 такой кручи, что спускаться можно было не иначе, какъ по лриставной лѣстницѣ. Устроить тутъ подступъ сапою признавалось невозможнымъ. 12*го числа прибыли давно ожидаемые изъ южнаго Дагестана 3 бата* ліона Графскаго полка съ 4 орудіями. Мнѣ было поручено встрѣтить эту колонну и провести на лредназяаченное ей мѣсто расположенія. Заставъ полкъ на высотахъ близъ казачьяго лагеря, я былъ нѣсколько удивленъ, увидѣвъ, что всѣ, отъ полкового командира до послѣдняго солдата, заняты чисткою и переодѣваніемъ. Командиръ полка, пол- ковникъ баронъ Врангель (Александръ Евстафіевичъ) — высокаго роста, статный, съ красивымъ лицомъ, съ длинными бѣлокурыми усали, щеголевато одѣтый, производилъ пріятное впечатлѣніе своею наружностію, также .какъ и изящными формами въ обхожденіи, Взявъ полковыхъ квартирьеровъ, я повелъ ихъ на .мѣсто, назначенное для полка, въ Ашильтинскихъ садахъ, позади лагеря главной квар* тиры. Около 4 часовъ ген. Граббе встрѣтилъ прибывшій головной баталіонъ иолка съ нѣкоторою торжественностію, отъ которой мы отвыкли въ Чеченскоиъ отрядѣ. Часъ спустя вступили въ лагерь и остальные баталіоны съ орудіями. Съ прибытіемъ этихъ подкрѣпленій отрядъ нашъ состоялъ уже изъ 13 баталіоновъ и 30 орудій; численная сила достигла 8400 че- ловѣкъ въ строю (а всего до 13 тысячъ) со включеніемъ милиціи. Рѣшено было неотлагательно произвсстиобщій приступъ. Непріятель, какъ бы предвидя атаку, сдѣлалъ въ ночь на 13-е число смѣлую вылазку изъ Нсваго Ахульго и сбилъ стоявшую на нижнемъ уступѣ спуска роту Апшеронскаго гюлка. Ген. Граббе послалъ этой ротѣ строгое приказаніе немедленно загладить свое позорное поведеніе и во чтобы ни стало снова занять покинутое ею мѣсто, угрожая въ противномъ случаѣ разстрѣлять десятаго человѣка. Приказаніе было исполнено и нижній уступъ предъ главною частію Новаго Ахульго снова занятъ 14-го числа. 15-го іюля я обошелъ пѣшкомъ значительную часть нашей по* зиціи, спускался и поднимался гю лѣстницамъ и на Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 33 канатахъ, ста* раясь приглядѣться къ причудливой топографіи этихъ трущобъ. На другой день, і6*го числа, утромъ ѣздилъ съ Вольфомъ осмотрѣть дорожныя работы; возвратившись въ лагерь, мы узнали не безъуди- вленія, что въ тотъ же день, въ 4 часа, уже назначенъ штурмъ. Мы не могли объяснить себѣ, что побудило наше начальство приступить къ такому важном.у, трудному дѣлу столь внезапно, безъ предвари- тельныхъ подготовительныхъ мѣръ. Едва успѣли даже составить дис* позицію и разослать ее войскамъ; на батареяхъ не было запасено достаточно зарядовъ; не было дано времени на то, чтобы предвари- тельно артиллерійскимъ огнемъ облегчить путь пѣхотѣ. По диспозиціи главная атака на Новое Ахуіьго возложена была на вновь прибызшій Графскій полкъ, подъ начальствомъ барона Врангеля. Полку этому приказано было смѣнить Апшеронцевъ на нижнемъ уступѣ спуска и запастись лѣстницами. Другая колонна, изъ одного баталіона Апшеронскаго (і-го),. подъ начальствомъ полк. Попова, должна была развлекать вниманіе непріятеля атакою по гребню, ведущему къ головной части Стараго Ахулыо. Третья же колонна, изъ 6 ротъ того же Апшеронскаго полка, подъ началь* ствомъ маіора Тарасевича, направлена между обоими Ахульго, no руслу рѣчки Ашильтинской, чгобы препятствовать вз^шіной пад- держкѣ той и другой ча.сти непріятельскихъ силъ, a въ случаѣ, еслибъ нашлась какая нибудь тропинка отъ русла рѣчки на вершину утесовъ, то воспользоваться ею и тѣмъ облегчить успѣхъ главной атаки. Всѣмъ офицерадіъ приказано было надѣть солдатскіе мундиры. Къ каждой изъ трехъ штурмовыхъ колоннъ назначенъ офицеръ ге- неральнаго штаба. къ главнои Щульцъ, къ лѣвой — Эдельгеймъ, a мнѣ досталось вести среднюю, маіора Тпрасевича. Послѣ нѣсколькихъ часовъ артиллерійской стрѣльбы со всѣхъ батарей по головнымъ частямъ обоихъ Ахульго, въ 5 часовъ no по- лудни данъ былъ сигналъ къ атакѣ бѣлымъ флагомъ. Всѣ три ко- лонны одноврсменно бросились впередъ. Въ главной, барона Вран* геля, головная рота, смѣло сгіустившись съ нижняго уступа горы по лѣстница.ѵпь, подъ сильнѣйшимъ огнемъ непріятеля, мгновенно устре* дилась съ крикомъ ура въ самый ровъ предъ головнымъ укрѣпле- ніемъ Новаго Ахульго и начала взбиратъся на самое укрѣпленіе. Лѣвая, полковника Попова, также бросилась съ крикомъ ура къ го* ловной части Стараго Ахульго, a колонна маіора Тарасевича, тро- нувшись прямо съ мѣста бѣглымъ шагомъ по руслу рѣки, быстро проникла въ ущелье между обоими Ахульго. Но тутъ съ верху отвѣсныхъ скалъ съ обѣихъ сторонъ посыпался на насъ буквально градъ камней, a спереди были мы встрѣчены выстрѣлами съ заваловъ, остававшихся до того времени намъ невидимыми. Съ перваго же раза легло y насъ множество убитыхъ и раненыхъ; солдаты инстин- ктивно замедлили шагъ; каждый старался пробираться ближе къ бо- камъ ущелья, прикрываясь выдающимися скалами. Въ то же время и въ главной колоннѣ, послѣ перваго стремительнаго порыва, вдругъ встрѣтилась непреодолимая преграда. Завязался отчі.янный бой во рву и потомъ на переіней площадкѣ непріятельскаго укрѣпленія, офицеры и солдаты оказывали чудеса храбрости. По мѣрѣ того, какъ гибли передніе люди, вводились въ дѣло свѣжія роты. На узкомъ гребнѣ не было возможности протискаться между множе- ствомъ раненыхъ и убитыхъ. Многіе обрывались и падали стрем- главъ къ рѣчкѣ на нашихъ глазахъ. Также и предъ Старымъ Ахульго встрѣчена остановка. Въ нашей средней колоннѣ ясно было видно все, что происходнло надъ нашими головами, справа и слѣва. Солдаты, бросившіеся первоначально впередъ съ такимъ увлеченіемъ, постепенно останавливались, прижимаясь къ скаламъ, чтобы укрыться по возможности отъ каглней сверху и отъ выстрѣловъ спереди. Почти каждый, кто высовывался на средину ущелья, подвергался тому или другому. Никакія приказанія, ни увѣщанія офицеровъ не могли по~ будить солдатъ двинуться впередъ; да и какая могла быть цѣль дальнѣйшаго нашего движенія? Только увеличивалась бы и безъ того уже большая нотеря въ людяхъ, безъ всякой пользы для успѣха главной атаки. Начинало уже темнѣть. He Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 34 получая никакихъ прика* заній, мы оставались неподвижно въ ущельѣ, какъ вдругъ раздался спереди крикъ: «берегись, горцы^бросаются въ шашки». Кто закри- чалъ? Дѣйствительно ли горцы появились въ ущельѣ, илитолькопо- мерещилось напуганному воображенію солдатъ, осталось неизвѣст- нымъ. Но одного этого крика было достаточно, чтобы вдругъ вся колонна шарахнулась. Тутъ уже пропалъ и самый инстинктъ само* сохраненія: не думая искать прикрытій за скалами, солдаты бросились бѣжать толпою по самому руслу рѣчки, толкая другъ друга, споты- каясь на камни; и тутъ то колонна наша понесла главную потерю. Тшетно офицеры пытались остановить бѣгство; одинъ изъ нихъ вы- хватилъ y барабанщика барабанъ и началъ самъ бить сигналъ атаки; и я также, не смотря на свою рану, обнажилъ шашку и пробовалъ загородить дорогу бѣглецамъ; но если и удавалось остановить одного на мгновеніе, то другіе всетаки продолжали бѣжать, не заботясь объ оставшихся позади раненыхъ, ни о тѣлахъ убитыхъ. Тутъ вы- казалось наглядно дѣйствіе паническаго страха, возможнаго даже въ лучшихъ войскахъ. Во всю долгую жизнь не изгладилось y меня то удручающее чувство, которое испыталъ я въ- этотъ день. Съ насгупленіемъ ночи всѣ штурмовыя войска возвратились на первоначальные сборные пункты .колоннъ. Невыразимое уныніе на- ступило во всемъ отрядѣ. Потеря y насъ была громадная: _до 156 убитыхъ и 719 раненыхъ, въ томъ числѣ офицеровъ 7 убитыхъ и 45 раненыхъ. Въ Графскомъ полку не осталось ни одного офицера изъ числа бывшихъ въ строю; самъ баронъ Врангель былъ прострѣ* ленъ въ грудь. Въ средней колоннѣ Тарасевича выбыла изъ строя цѣлая треть людей. Изъ штабныхъ въ этотъ день раненъ полк. Му- равьевъ (Николай Николаевичъ); изъ гвардейскихъ офицеровъ убиты Ридигеръ (Егерскаго полка) и Вороновъ (Уланскаго Его Высочества); ранены: Потуловъ (Преображенскаго) и Стромбергь (Драгунскаго) Что касается меня, то я отдѣлался одними синяками отъ попавшихъ мелкихъ камней. На другой день, 17-го числа, я пошелъ навѣстить раненыхъ: ба* рона Врангеля, лежавшаго въ своей палаткѣ на томъ же уступѣ горы> предъ Новьшъ Ахульго, откуда наканунѣ. начался приступъ. He смотря на прострѣленную грудь, онъ смотрѣлъ бодро и разговари- валъ со мной спокойно о вчерашнемъ днѣ. Потомъ зашелъ я къ Муравьеву, раненому въ руку, къ Потулову и Фитингофу. Графскій полкъ, крайне разстроенный, перемѣщенъ на прежнее мѣсто въ ре- зервъ: во всѣхъ трехъ баталіонахъ оставалось въ строю едва 8оо ниж- нихъ чиновъ, и при нихъ только три офицера, занимавшіе нестроевыя должности. Для командованія баталіонами и ротами прикомандиро ваны были офицеры изъ другихъ полковъ и даже нѣсколько артил- леристовъ; командованіе полкомъ возложено на подполковника Агішеронскаго полка Быкова. Баронъ Врангель и другіе раненые были отправлены съ перзымъ транспортомъ въ Темиръ-Ханъ-Шуру. Мѣсто вчерашняго боя было завалено тѣлами убитыхъ. Всего прискорбнѣе было думать, что въ рукахъ непріятеля могли остаться многіе изъ раненыхъ, не имѣвшіе возможности уйти вазадъ. Настроеніе въ отрядѣ было такое удручающее, что полученное въ это время извѣстіе о наградахъ за взятіе Аргуани не порадовало никого. Однакожъ і8*го числа весь штабъ счелъ своею обязанностію облечься въ эполеты и шарфы и пойти in corpore поздравить ген. Граббе съ орденомъ Св. Александра Невскаго, a Галафѣева съ произ- водствомъ въ генералъ-лейтенанты. Ген. Граббе не принялъ нашего поздравленія за неимѣніемъ еше офиціальнаго увѣдомленія, которое пришло только чрезъ четыре дня; a потому 23-го числа мы вто- рично ходили съ поздравленіемъ. Оба наши полковые ком.андира Пулло и Лабынцевъ произведены въ генералъ-маіоры. Въ числѣ на> гражденныхъ и я украсился Станиславомъ въ петлицу. Ген. Граббе нашелъ эту награду недостаточною и намѣревался войти съ новымъ ходатайствомъ о награжденіи какъ меня, такъ и нѣкоторыхъ другихъ офицеровъ болѣе достойнымъ образомъ; но намѣреніе это осталось безъ исполневія. Впрочемъ я былъ всегда довольно равнодушенъ къ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 35 наградамъ, и въ настоящемъ случаѣ даже и не считалъ себя въ правѣ сѣтовать, сравнивая свое слабое участіе въ бою съ подвигами само- отверженія столькихъ другихъ строевыхъ офицеровъ, оставляемыхъ вовсе безъ награжденія, Наступило продолжительное время какогото неопредѣленнаго, выжидательнаго состоянія. Никто не зналъ дальнѣйшихъ намѣреній нащего начальства. To говорили, что поджидаются новые транспорты для возобновленія штурхма; то толковали о необходимости полнаго обложенія Ахульго съ обоихъ береговъ Койсу, потому что Шамиль, не смотря на всѣ понесенныя потсри, продолжалъ получать извнѣ і'/М свѣжія подкрѣпленія и запасы; постоянно были видны на высотахъ лѣваго берега рѣки горскіе вьючные транспорты. Всѣ, знавшіе характеръ нашего генерала, опасались, чтобъ онъ огіять не увлекся вдругъ порывомъ нетерпѣнія и не вздумалъ по прежнему предпри- нять штурмъ безъ всякаго подготовленія.' Послѣ всѣхъ предшество вавшихъ подобныхъ порывовъ его, стоившихъ намъ столько жертвъ, понятно, что и въ войскахъ зародилось недовѣріе къ распоряженіямъ начальства. Нельзя уже было надѣяться. чтобы наши разстроенные баталіоны пошли вновь на убой съ такимъ же увлеченіемъ, съ ка- кимъ бросались на ура въ началѣ экспедиціи. Вообще положеніе наше представлялось въ мрачномъ видѣ. По строевому рапорту 2і*го іюля показывалось во всемъ отрядѣ 7.900 чел. въ строю (а на продовольствіи до ю тыс. чел.); но всѣ части былп крайне разстроены. Въ 13 баталіонахъ пѣхоты состояло всего 6.400 чел., a отъ роты саперъ оставалось на лицо человѣкъ 30. Для производ- ства работъ нуждались въ инструментѣ и матеріалѣ. Ближайшіе склады. боевыхъ запасовъ (въ сѣверномъ Дагестанѣ) были истощены; приходилось изготовлять артиллерійскіе заряды въ самыхъ батареяхъ. Повидимому и самъ ген. Граббе, показывая по наружности спокой- ствіе, начиналъ сомнѣваться въ успѣхѣ предпринятой экспедиціи. Случалось слышать отъ него, что простоитъ подъ Ахульго хотя бы до зимы. Ген. Граббе былъ человѣкъ весьма симпатичный. Сохраняя всегда важную осанку и серьезность, онъ однакоже не отталкивалъ отъ себя надменностію и холодностію; напротивъ того, былъ со всѣми весьма обходителенъ и вѣжливъ. Къ дѣламъ служебнымъ онъ отно- сился какъ-то свысока; не входилъ въ подробности исполненія. огра* ничивался заявленіемъ своего требованія въ общей формѣ, не отдавая категорическихъ приказаній. Поэтому всѣ распоряженія по отряду предоставляліісь частнымъ начальникамъ и на нихъ возлагалась вся отвѣтственность. Генералъ Граббе вполнѣ довѣрился полковнику Пулло—хитрому греку, привыкшему къ мелочной дѣятельности пол- кового командира и не подготовленному къ кругу дѣйствій отряд* наго начальника штаба. Пулло старался только поддѣлываться къ командующему войсками, угождать ему, и часто морочилъ его, не рѣшаясь прямо возражать и объяснять откровенно суть дѣла. To, чего не доставало начальнику штаба, могъ бы отчасти возмѣщать оберъ-квартирмейстеръ; но къ сожалѣнію, Норденстамъ, обладавшій .всѣми достоинствами и недостатками своцхъ земляковъ, аккуратньій .до педантизмі; но безъ всякой иниціативы,. безъ . общихъ идей, не мопь имѣть вліянія ни на полк. Пулло, ни на ген. Граббе. Всѣ по- дробности веденія осады были предоставлены ген. Галафѣеву, ко- торый въ свою очередь давалъ только предписанія командирамъ ча- стсй воискъ, a тѣ вели дѣло каждый по своему разумѣнію. Завѣды- вавшій въ отрядѣ инженерною частію подполк. Энбрехтъ, мало спо собный и не предпріимчивыи, не пользовался довѣріемъ начальства, a командиръ саперной роты кап. Вильде былъ говорунъ и балагуръ, такъ что все сагіерное дѣло, имѣвшее въ настоящемъ случаѣ псрпо- степенное значсніе, лежало собственно на двухъ молодыхъ, бойкихъ офицерахъ: Горяевѣ и гр. Ниродѣ (гвардейскомъ). Все это объ- ясняетъ, почему въ нашемъ отрядѣ не было единства въ распоря- женіяхъ, не было заранѣе обдуманнаго общаго плана, и все дѣлалось урывками, какъ бы случайно. Начальствующія власти сваливали другъ на друга распоряженія и отвѣтственность. За нсдостаткоімъ иниціативы въ начальствующихъ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 36 лицахъ, исхо* дили иногда отъ личностей невысокихъ чиновъ разные проекты и прсдложенія. болѣе или менѣе удобопримѣнимые при нашемъ безвыход- номъ положеніи. Такъ y товарпща моего Шульца возникалъ цѣлый рядъ такихъ предложеній, къ сожалѣнію, почти всегда крайне риско- ванныхъ. Между прочимъ онъ задумалъ отнять y непріятеля воду, отведя рѣчки Ашильтинскую и Бетлетскую; ему даже были даны ра- бочіе для приведенія въ исполненіе его замысла; но всѣ старанія его остались безуспѣшны. Съ большею' пользою названные выше два са- перные офицера придумывали разныя ухищренія въ веденіи сапныхъ ра- богъ при крайней скудности имѣвшихся y нихъ матеріальныхъ средствъ. Самою трудною для саперъ задачсю было устройство крытаго спуска къ головной части Новаго Ахульго. Устройство такого спуска признавалось необходимымъ для уменьшенія потери при новомъ штурмѣ; но по крутизнѣ узкаго каменистаго гребня не было возмож* ности ставить туры. Молодые наши саперы придумали употребить досчатые щиты, связанные плотно между собою и составлявшіевмѣстѣ галлерсю. висѣвшую на канатахъ. Въ особенности затруднителенъ былъ первый приступъ къ этой работѣ подъ негзріятельскими выстрѣлами. Горцы препятствовали работѣ ночнымивылазкамигтакъ въ ночь съ 20-rö ца 2і-е іюля они подползли къ устраиваемой галлереѣ и успѣли сбро сить въ кручу висѣвшій на канатахъ мантелетъ. Послѣ того уже при* бѣгли для прикрѣпленія новаго мантелета къ желѣзнымъ цѣпямъ. Ноч* ныя вылазки не обходились безъ потерь съ обѣихъ сторонъ. Въ одной изъ нихъ раненъ гвардейскій офицеръ лейбъ-уланъ Солодовниковъ. Время проходило и съ каждымъ днемъ въ войскахъ усиливалась болѣзненность отъ продолжительной стоянки на однихъ мѣстахъ, на рас:;аленныхъ утесахъ и въ зараженномъ трупами воздухѣ. Конницу невозможно было держать при отрядѣ по неимѣнію коржа; поэтому казаки были отправлены на Шамхальскую плоскость, конница изъ волонтеровъ-туземцевъ распущена по домамъ, a милиціи Шамхала и Ахметъ-Хана отведены на возвышенныя плоскогорія. Въ нашемъ штаб- номъ лагерѣ истощились всѣ запасы; y маркитантовъ нельзя было доставать даже чаю и сахару. Между нашими штабньши начали ^а- болѣвать одинъ за другимъ; въ тсжъ числѣ и я началъ хворать то желудкомъ, то головными болями. Въ иные дни я вовсе не могъ выходить изъ своего шалаша. Однакожъ это не мѣшало мнѣ, польг зуясь досугомъ, заниматься ггисьменными работами. Полк. Норден- стамъ поручилъ мнѣ составить, съ помощью нашего молодца топографа Алексѣева, подробный планъ осады Ахульго, съ обозначеніемъ всѣхъ производимыхъ работъ и съ объяснительнымъ текстомъ. Кромѣ того онъ посовѣтовалъ мнѣ заняться подготовленіемъ матеріаловъ для исгорическаго описанія всей экспедидіи Чеченскаго отряда. Съ удовольствіемъ пристушилъ я къ этимъ работамъ; a между тѣмъ y меня самого уже нѣсколько дней бродили въ головѣ мысли о несо- вершенствахъ того образа войны, которому мы слѣдовали въ борьбѣ съ горцами, о слабомъ примѣненіи разныхъ средствъ европейской техники и въ особенности ,о несоотвѣтственной мѣстнымъ условіямъ системѣ въ постройкѣ укрѣпленій. Мнѣ казалось, что въ гористой мѣстности, особенно въ Дагестанѣ, слѣдовало, вмѣсто обычныхъ земля- ныхъ брустверовъ съ бастіонами, строить по образцу горскихъ заваловъ, въ видѣ крытыхъ галлерей, башенъ и т. п. Я занялся со- ставленіемъ по этому предмету записки, которую прочелъ Hop* денстаму. Съ 24-го іюля ходили y насъ въ штабѣ слухи о желаніи Шамиля войти въ переговоры. Имѣлись свѣдѣнія, что въ Ахульго свирѣп- ствуютъ болѣзнй, что бьіло вполнѣ естественно. 27-го числа дѣй- ствительно явился парламентеромъ ЧиркеевскійжительБіакай, который сначала пробовалъ морочить насъ, увѣряя, что y Шамиля во всемъ изобиліе и довольство. По случаю переговоровъ заключено было двухъ-часовое перемиріе, которымъ обѣ стороны воспользовались, чтобы убрдть хотя отчасти валявшіеся еще трупы убитыхъ. Обитатели Ахудьго : вылѣзли изъ своихъ душныхъ, норъ на поверхность Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 37 утесовъ и наслаждались: какъ дѣти, выпущенныя на свободу. Но эти два часа йрощли быстрѳ; переговѳрьг не- привели ни в;ъ 'Ка-кому- • результйту, Ген. Граббе требовалъ отъ Шамиля, въ удѳстовѣреніе иекренности его, предварительной выдачи сына въ заложники. Съ этимъ отвѣтомъ Біакай возвратился въ Ахульго. На другой день, 2$-го числа, онъ ^нова явился ларламентеромъ; опять былъ перерывъ военныхъ дѣй- ствій—и опять безъ всякаго результата. На этотъ разъ Біакай даже не воз.вратился въ Ахульго, a отправился въ Чиркей. Уже тогда можно рыло заподозрить интриги Чиркеевцевъ, что и поцтвердилось впо- елѣдствіи. На успѣхъ переговоровъ, очевидно, нельзя было разсчиты- вать, пока Шамиль имѣлъ еще возможность получать извнѣ подкрѣ- пленія и запасы; a потому рѣшено было наконецъпривести въдѣйствіе лредположеніе, о которомъ давно уже были толки— распространить блокаду и на лѣвый берегъ Койсу. Послѣ цѣлаго ряда безуспѣпіныхъ рекогносцировокъ моихъ и товарища моего Эдельгейма въ нкжней части теченія Андійскаго Койсу, положено было устроить переправу нѣсколько выше Ахульго5 и 25-го числа дано полк. Лабынцеву приказаніе приступить къ по* стройкѣ тамъ моста. Въ помощь ему даны были инженеръ Энбрехтъ и генеральнаго штаба Эдельгеймъ. Послѣдній съ небольшою командою, въ ночь съ 25*го на 26-е число, спустился къ рѣкѣ, въ разстояніи не болѣе ружейнаго выстрѣла отъ Стараго Ахульго; не смотря на чрезвычайно бурное теченіе рѣки, нѣсколько хорошихъ пловцовъ переплыло на лѣвый берегъ и благополучно возвратилось назадъ; вслѣдъ за тѣмъ началась разработка тропы съ высотъ къ избранному мѣсту переправы. Но Лабынцевъ неохотно принимался за возложенное на него дѣло, и ген. Граббе былъ недоволенъ медленностыо его рас- поряженій. Въ ночь съ 30-го на 31-е іюля спущено съ большимъ трудомъ къ мѣсту п-ереправы нѣсколько орудій (одно легкое, два горныя и три мортирки), чтобы обстрѣливать противоположный бе* регъ Койсу. Нѣсколько егерей опять переплыли | рѣку, натянули канатъ и начали ставить туры. Но всѣ эти попытки убѣдили въ невыгодности избраннаго мѣста, подъ выстрѣлами изъ Стараго Ахульго. 31-го числа рѣшено было отказаться отъ устройства здѣсь моста, a вмѣсто того возстановить прежній y Чирката. Съ і-го августа началось перемѣщеніе орудій и рабочей команды и .приступлено къ изготовленію сруба изъ бревенъ. Горяевъ, кото- рому поручена была эта работа, жаловался на то, что Лабынцевъ СВОИМ.И странными распоряженіями только замедлялъ дѣло. Однакожъ ѵЪ з-му .августа срубъ былъ установленъ на нашемъ берегу, и съ йередней его оконечности удалось перебросить на гіротйвоположный берегъ длинную (въ 6 саж.) лѣстницу, по которой начали туда пе* ребѣгать люди. Къ вечеру уже собрались на лѣвомъ берегу рѣки полныя три роты. Въ ночь онѣ успѣли прикрыться укрѣпленіями. Горцы, отброшенные огнемъ артиллеріи, совсѣмъ очистили лѣвый берегъ рѣки. 4-го августа оба баталіона Кабардинскаго полка, a за ними милиція Ахметъ-Хана двинулись къ Чиркату. Оставивъ y этого селенія милицію, Лабынцевъ со своими баталіонами и двумя горными орудіями расположился на высотахъ лѣваго берега Койсу противъ самаго Ахульго. Съ наступленіемъ темноты туда пущено было нѣ- сколько гранатъ. Эти выстрѣлы были сигналомъ успѣшнаго испол- ненія предпріятія. Съ этого времени (4-го августа) Ахульго. было обложено уже со всѣхъ сторонъ и Шамиль лишился всякихъ сооб* щеній. Прибывшій къ нему въ тотъ день транспортъ съ шайкою Андійцевъ не могъ уже проникнуть въ Ахульго и5 постоявъ на вы* сотахъ, долженъ былъ удалиться. Милиція Ахметъ*Хана рѣшилась даже сдѣлать поискъ къ Аргуани. Шамхальской же милиціи при* казано спуститься съ высогь для наблюденія за Согритлохскшъ мостомъ, за Ихали и другими переправами на верхнемъ теченіи Койсу. 5-го августа мнѣ было поручено указать этой милиціи мѣсто новаго расположенія. ■ He смотря на разстройство здоровья, я отпра* вился съ утра въ лагерь милйціи. Самаго Шамхала уже не было при ней; вмѣсто него оставался братъ его Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 38 Шахъ*Абасъ; но настоящимъ на- чальникомъ былъ прапорщикъ милиціи Заусанъ—человѣкъ внушитель- ной наружности, съ окладистой бородой и повидимому державшій въ рукахъ свою орду. По прибытіи моемъ въ лагерь милиціи, начались сборы къ выступленію, продолжавшіеся невыносимо долго, такъчто мы двинулись только въ з-мъ часу пополудни. Проходя мимо Аккента, нашли тамъ оставленную часть милиціи Ахметъ-Хана, до 200 чело* вѣкъ. Двигались мы очень медленно по узкой тропѣ и спустились на средній уступъ горъ, когда солнце уже садилось. Шахъ-Абасъ и его начальникъ штаба Заусанъ никакъ не рѣшались идти далѣе и здѣсь остановились на ночлегъ. Въ то время какъ подъ Ахульго изнывали днемъ и ночью отъ зноя, здѣсь, на высотахъ, было такъ свѣжо, что предъ разсвѣтомъ я долженъ былъ встать и согрѣваться ходьбою, закутавшись въ бурку. Утромъ снова пробовалъ я скло* нить Шамхальскихъ военачальниковъ спуститься съ горъ къ пере- правамъ на Койсу; но всѣ мои убѣжденія были напрасны. Они объ- явилй мнѣ, чго впереди y нихъ есть вѣрные люди, которые дадутъ имъ знать о приближеніи какой-либо непріятельской партіи ранѣе, чѣмъ могли бы они сажи зажѣтить, находясь близъ переправы. Видя безполезность дальнѣйшаго жоего пребыванія съ ПІамхальскою ми- лиціею, я рѣшился оставить ее на мѣстѣ ея ночлега и вернуться въ лагерь. Проѣхалъ я туда, или лучше сказать прошелъ по кратчайшей тропинкѣ съ двумя проводникажи изъ милиціонеровъ. Поѣздка эта не способствовала, конечно, поправленію моего здо* ровья; напротивъ того, послѣ нея разстройство желудка и головныя боли еще усилились. Нашъ старшій докторъ Земскій сначала не при- давалъ значенія моимъ недугамъ, приписывая ихъ просто зною и худой пищѣ; но съ і2*го августа, когда желудочныя мои боли сдѣ- лались нестерпижы, онъ долженъ былъ признать y меня всѣ признаки кишечнаго воспаленія и только съ этого времени началъ серьезно лѣчить меня, по методѣ тогдашнихъ Кавказскихъ врачей, сильнѣй- шими дозами каломеля. Я пролежалъ нѣсколько дней въ своежъ шалашѣ и едва могъ слѣдить зд происходившимъ въ это время кру- гомъ меня. Въ ночь съ ю-го на п-е августа непріятель опять произвелъ сильную вылазку изъ Новаго Ахульго и вторично пытался разру- шить работы галлереи на спускѣ; однакожъ на этогь разъ не ижѣлъ успѣха; какъ уже сказано, мантелетъ былъ прикрѣпленъ цѣпями. Горцы оставили на мѣстѣ нѣсколько тѣлъ; была потеря и съ нашей стороны. Отъ посѣщавшихъ меня товаришей слышалъ я, что при- была въ отрядъ депутація Андаляльцевъ, съ письжомъ отъ Тилитлійскаго кадія Кибитъ-Магожа, который предлагалъ Кожандуюіцежу войскажи свое посредничество для «примиренія» съ Шажилемъ. Ге- нералъ Граббе отвЬтилъ депутаціи, что Русское начальство, признавая Шажиля и его приверженцевъ бунтовщикажи, не можетъ жириться съ нижъ, a требуетъ покорности. 12-го августа снова явился парла- ментеръ изъ Ахульго; опять объявлено было перемиріе на два часа и по прежнему ген. Граббе ставилъ непрежѣннымъ условіемъ начатія переговоровъ предварительную выдачу заложникомъ сына Шамилева. Въ то же время прибылъ въ отрядъ и Чиркеевскій старшина Дже- малъ; но тогда имѣлись уже положительныя улики въ томъ, что этотъ хитрый и коварный дипломатъ, предлагая свое посредничество, вмѣстѣ съ тѣмъ отговаривалъ Шажиля отъ сдачи Ахульго. Извѣстно было, что въ числѣ защитниковъ Ахульго находилось значительное число Чиркеевцевъ. ІІереговоры продолжались 13-го и 14-го чиела; зо* Шамиль; уклоняясь отъ выдачи сына, видймо старался: только ігр©; тянуть время, a между тѣмъ въ Ахульго дѣятельно производилас* работы для усиленія обороны. Были свѣдѣнія, что нѣск0Льктг&‘ его близкихъ мюридовъ удалось выдти скрытно йзъ' Ахульго-. й про* браться къ шайкам.ъ, показавшимся на высотахъ въ тьілу Кабардин- окихъ баталіоновъ Лабынцева. і6*го августа наконецъ объявлено было Шамйлю, что въ случаѣ, если онъ, до наступленія ночи, не выдастъ своего сына въ залож- ники, то на другой же день послѣдуетъ рѣшительный штурмъ. День прршелъ и Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 39 въ теченіи наступившей ночи шли прйготовленія къ приступу. Диспозиціяг была въ главныхъ чертахъ сходна съ прежнею на 16-е іюля; но вмѣсто Графскаго полка, въ главную колонну, для штурма Новаго Ахульго, назначены были три баталіона Куринскаго полка, подъ личнымъ начальетвомъ ген.-м. Пулло. Штурмующимъ войскамъ приказано быть гсхтовымъ на сборныхъ пунктахъ ночькх дабы начать штурмъ съ разсвѣтомъ.. Съ первымъ лучемъ солнца артиллерія открыла огонь со всѣхъ батарей. і-й Куринскій баталіонъ, имѣя въ головѣ охотниковъ, спу- стился крытою галлереею ко рву Новаго Ахульго, смѣло бросился чрезъ ровъ, и также, какъ въ первый штурмъ, скоро занялъ переднюю площадку за рвомъ. Но тутъ опять непреодолимое препятствіе: не- пріятель защищался отчаянно и не разъ бросался въ шашки. Пере- довыя наши части. войскъ столпились подъ сильнѣйшимъ перекресг^ нымъ огнемъ. Нѣсколько разъ подавался сигналъ «впередъ», но никто не двигался. Изъ множества убигыхъ и раненыхъ нѣкоторые валились въ кручу и падали совершенно обезображенные. Однакожъ на этотъ разъ удалось саперамъ втащить на площадку нѣсколько туровъ и наскоро устроить ложементъ,. въ которомъ утвердились толовныя части войскъ. Щамиль, потерявъ надежду оттѣснить ихъ и удержаться въ Ахульго, поспѣшшгь выкинуть бѣлый флагъ и вы- слалъ наконецъ своего сына съ нѣсколькими мюридаьш въ качествѣ заложниковъ. . Ген. Граббе охотно согласился на перемиріе, въ виду крайняго изнуренія войскъ и понесежной опять болыиой потери: болѣе юоуби- тыхъ и 455 раненыхъ и контуженныхъ. Въ томъ числѣ лишилисб мы 2 офицеровъ убитыхъ и 6 раненыхъ. Нелріятель понесъ потерю егде болѣе для него чувствительную и преимущественно огъ огняартшг- леріи; въ томъ числѣ лишился : бнъ Сурхая и нѣкоторыхъ др.угихъ изъ,главныхъ его приближенньізгь, Всѣ окружавшіе его. такъ угшли духомъ, что г'уговарйвалй его скорѣе согласиться на всѣ требованія Русскаго начальства. . Прйбывшаго въ отрядъ малолѣтняго сына Шамилева приняли y наеъ, разумѣется, ласково, лелѣяли erö и холили. Для дальнѣйшихъ перегоіворовъ, a также для уборки тѣлъ и помощи раненымъ, • дано было трехдневное перемиріе. Свйрѣпые защитники Ахульго сходи- лись мирно съ нашими добродушныни солдатами на мѣстѣ только что' іірекратившейся кровопролитной схватки. Шамилемъ предложено было вести переговоры лично между нимъ и ген.-м. Пулло; но долго не моглй сговориться о мѣстѣ свиданія ихъ; недо'вѣрчивый горецъ все опасался какого-нибудь съ нашей стороны злого умысла. Нако* •нецъ согласились сойтись обоимъ на самомъ Ахульго, близъ занятой уже нашими войсками ллощадки, и вотъ накокецъ і8-го числа ген. ■Пулло, съ- небольшою свитою, вышелъ впередъ нашего ложемента. Шамиль встрѣтилъ его и оба сѣлй дружелюбно на коврѣ. Первыя объясненія продолжались съ полчаса, но не привели: къ соглашенію. Шахмиль все еще не покидалъ своихъ честолюбивыхъ видовъ и ста,* вйлъ условіемъ—свобадное проживаніе въ средѣ горскаго населенія. Пошли опять переговоры и на письмѣ, и чрезъ росланныхъ довѣренныхъ лицъ Ген» Граббе получилъ отъ Шамиля два письма, ко- торыя давали мало надежды на соглашеніе. Трехдневный срокъ пег ремирія уже истекалъ; между тѣмъ замѣчалось, что въ Ахульго про- должались работы для усиленія обороны и тайкомъ выпускалйсь оггуда лишніе люди: женщины и дѣти. Видимо предстояло закон- чить дѣло кровавою развязкою. О 2і -го августа съ разсвѣтомъ возобновилась канонада. Для штурма 'Новаго Ахульго Куринскіе баталіоны были замѣнены Кабардинскими, мѣсто 'которыхъ на лѣвой сторонѣ Койсу заняли: баталіоны. Граф- скаго полка. Полагали, что свѣжія войска. пойдутъ смѣлѣе на навый штурмъ. Однакожъ послѣ всѣхъ испытанныхъ неудачъ. во всемъ отрядѣ уже наступилъ такой упадокъ духа, что не смотря на всѣ приказанія и на барабанный бой — солдаты не трогались съ мѣста. Защитники. же Ахульго держались упорно въ. своихъ крытыхъ .уб.ѣ- жищахъ. Пытались выживать ихъ оттуда, пробивая отвёрстія .Бгь крьт.- шахъ и бросая во внутрь гранаты и мѣшки Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 40 съ порохомъ. Такъ про- шелъ весь день. У насъ начинали опасаться, чтобы въ ночь передовыя части - напшхъ войскъ не были сбиты съ занятой ими передней пло.- Щадки Новаго Ахульго. Саперы затѣвали-было сдѣлать. подкопъ полъ непріятельскіе ложементы; но для этого приходилось высѣкать гал- лереи въ сплошной скалѣ, что потребовало бы очень много времени, при скудости матеріальныхъ средствъ. Однакожъ, повидимому, одинъ стукъ ломовъ и кирокъ произвелъ нравственное впечатлѣніе на непріятеля. Утромъ 22-го числа мы были обрадованы неожидан- нымъ извѣстіемъ, что Новое Ахульго очищено непріятелемъ. Кабардинскіе баталіоны немедленно же бросились впередъ и заняли всю верхнюю поверхность скалы; но перебѣгая отъ однихъ непрія- тельскихъ ложеменговъ къ другимъ, егеря встрѣчали еще въ нѣко- торыхъ изъ нихъ отчаянное сопротивленіе со стороны горцевъ, не успѣвшихъ уйти; случалось, что даже женщины оборонялись съ изступленіемъ. Часть горцевъ еще перебиралась съ Новаго Ахульго на Старое по узкой тропинкѣ и чрезъ мостикъ, перекинутый сверхъ рѣчки Ашильтинской. Егеря, гюльзуясь суматохой, бросились по пя* тамъ горцевъ въ то самое время, когда съ русла рѣчки взбирались также на Старое Ахульго Апшеронцы маіора Тарасевича. Съ кри- комъ ура войска устремились и на верхнюю площадь Стараго Ахульго. Къ 2-мъ часамъ пополудни заняты были оба Ахульго. Въ этомъ бою, продолжавшемся полтора сутокъ, потеря наша доходила до 150 убитыхъ и 500 раненыхъ; однихъ офицеровъ убито 6 и ранено 15. Въ числѣ убитыхъ былъ маіоръ Тарасевичъ; въ числѣ раненыхъ—опять Шульцъ, получившій въ эту экспедицію уже третью рану (въ ногу, въ щеку и въ грудь). Въ лагерь приводили много плѣнныхъ, большею частію женщинъ и дѣтей. Но сдавались не всѣ; многіе предпочитали погибнуть, защищаясь до послѣдней крайности. Очевидцы разсказывали о происходившихъ при этомъ раздирающихъ сценахъ: матери своими руками убивали дѣтей, чтобы не попали они въ руки солдатъ; цѣлыя семейства погибали подъ развалинами. Были и такіе случаи, что мюриды, изнемогая отъ ранъ, и какъ бы отдавая свое оружіе, вѣроломно наносили смерть тому, кто принималъ его, Такъ погибъ маіоръ Тарасевичъ. Товарищъ мой Эдельгеймъ также убитъ при обыскѣ пещеръ на берегу Койсу. Солдаты, озлобленные упорствомъ горцевъ, вьжазывали часто большую жестокость, тогда какъ офицеры употребляли всѣ усилія, чтобы отвратить напрасное кровопролитіе и нерѣдко брали на свое попеченіе осиротѣвшихъ дѣтей. Нѣсколько дней продолжалось окончательное очищеніе обоихъ Ахульго отъ послѣднихъ укрывавшихся въ разныхъ норахъ несчаст- ныхъ жертвъ Шамиля. Особеннаго труда и потерь стоило выживать горцевъ изъ пещеръ, находившихся въ отвѣсныхъ обрывахъ. Чтобы достигнуть до нѣкоторыхъ изъ нихъ, солдатъ спускали сверху на веревкахъ. Кромѣ опасности, съ которою сопряжены были такіе поиски, войска должны были еще выносить страшный смрадъ отъ множества труповъ, особенно въ тѣсномъ ущельѣ между обоими Ахульго, гдѣ войска не могли оставаться долго безъ смѣны. Плѣн- ныхъ набралось уже до 900 человѣкъ; въ первое время они были собраны близъ нашего штабного лагеря; день и ночь въ этомъ та- борѣ раздавались крики, стоны, дѣтскій плачъ; a были даже и такіе случаи, что мущины, въ своемъ изступленіи, бросались на часовыхъ и производили въ нашемъ лагерѣ минутную тревогу. О самомъ Шамилѣ въ первое время не было никакихъ свѣдѣній; полагали, что онъ еще скрывается въ которой-либо изъ пещеръ, почему и придавалось большое значеніе тщательному обыску всѣхъ трущобъ, особенно на сторонѣ, обращенной къ Койсу. Впослѣдствіи открылось, что дѣйствительно Шамиль со своимъ семействомъ и нѣ- сколькими приближенными мюридами укрылся въ ночь съ 21-го на 22- е число въ одну изъ такихъ пещеръ, a слѣдующую ночь про- брался скрытно между нашими постами внизъ по теченію Койсу и чрезъ Салатавію безпрепятственно достигъ нагорной Чечни. По раз- сказамъ туземцевъ, Шамиль въ своемъ бѣгствѣ прибѣгнулъ къ хи- трости: по рѣкѣ пущенъ былъ пустой Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 41 плотъ, чтобы обратить на него вниманіе нашихъ прибрежныхъ постовъ, которые дѣйствительно и открыли по ' этому плоту стрѣльбу, въ то время, когда Шамиль прокрадывался по тропѣ между скалами. Однакожъ . ему удалось проскользнуть не совсѣмъ благополучно: самъ онъ раненъ, также какъ и малолѣтній его сынъ и одинъ изъ сопровождавшихъ его родственниковъ. Донесеніе Государю объ успѣшномъ окончаніи продолжительной нагаей стоянки подъ Ахульго (съ 12-го іюня по 29-е августа) было отправлено съ поручикомъ Головинымъ, адъютантомъ ген. Граббе, сыномъ Корпуснаго командира. Онъ засталъ Императора на Боро- динскихъ торжествахъ и былъ награжденъ назначеніемъ адъютантомъ Наслѣдника Цесаревича Александра Николаевича. Ахульго досталось намъ дорогою цѣною: за все время обложенія и осады мы потеряли до 500 убитыхъ и болѣе 2400 раненыхъ и кон- туженныхъ; однихъ офицеровъ 23 убитыхъ и 124 раненыхъ. Обо всемъ происходившемъ въ послѣдніе дни я зналъ только по разсказамъ товарищей. Около ю дней пролежалъ я почти ые- подвижно; всякое движеніе причиняло мнѣ страданія. Съ 15-го числа погода перемѣнилась; гюслѣ нестерпимаго зноя сдѣлалоеь такъ с-вѣжо, что іб-го числа я перебрался изъ евоего шалаша опять въ палатку. Свѣжая погода оказала благопріятное вліяніе на. мое выздоровленіе. Съ 22-го числа я началъ вставать съ постели; но чрезвычайная сла* бость це позволяла сдѣлать шага; всѣ зубы шатались отъ большихъ пріемовъ каломеля. Въ первый разъ вышелъ я изъ палатки 24-гѳ числа, a 25 попробовалъ сѣсть верхомъ. 26-го происхолило погре- беніе нашего бѣднаго Эдельгейма; за неимѣніемъ въ отрядѣ лютеранскаго пастора отпѣваніе происходило по православному обряду, Шульцъ и другіе раненые были отправлены въ Шуру. Туда же от> правлялись плѣнные, нѣсколькими эшелонами. 27- го числа я уже могъ предпринять поѣздку для осмотра про- должавшихся еще работъ дороги на Бетлетскую гору. По этой до- рогѣ предстояло всему отряду и тяжестямъ выбраться изъ проклятой котловины, которая такъ опротивѣла намъ. На другойдень яѣздщъ къ мосту на Койсу. Къ этому времени окончательно были обысканы всѣ норы и пещеры въ обоихъ Ахульго; всѣ прежнія укрѣпленія горцеьъ .по возможности разрушались; мѣстность очишалась. Въ лагерѣ образовалось нѣчто въ родѣ базара; солдаты распродавали до* гтавшуюся имъ добычу: оружіе, разные предметы одежды и х. il Между тѣмъ съ батарей постепенно снимались орудія и поднимались на высоты. Окончательное выступленіе отряда изъ подъ Ахульго назначено было на 30-е августа, Нужно ли говорить, какая общая радость изображалась на всѣхъ лицахъ? Какъ будто всѣ вдругъ переродились, отъ послѣдняго сол- дата до самаго Командующаго войсками. Въ назначенный для вы- ступленія день, утромъ, всѣ штабные облеклись въ эполеты и шарфы, пошли in corpore поздравить генерала Граббе; потомъ отслужено молебствіе, затѣмъ завтракъ y ген.-м. Пулло, который въ этотъ день былъ имянинникомъ. Въ пиршествѣ этомъ я не участвовалъ: мнѣ поручено было ѣхать впередъ на высоты прежняго казачьяго лагеря, гдѣ предположево было собрать предварительно весь отрядъ. Отпра* вившись туда съ квартирьера^и всѣхъ частей отряда, я указалъ имъ мѣста предположеннаго располрженія и потомъ цѣлый день поджи- далъ постепенно приходившія войска. Отрядъ собрался только къ вечеру; но тяжести, не смотря на разработанную дорогу, тянулись на гору почти всю ночь. He легьсо было выбраться изъ трушобъ со всею дассою разнороднаго добра, накопившагося при отрядѣ въ теченіи трех^ съ половиною мѣсяцевъ стоянки. Совѣтники генерала ио Граббе уговаривалй его выждать одинъ день, чтобы дать время отряду окончательно стянуться и оправиться прежде выступленія въ обрат- ный путь къ Темиръ-Ханъ-Шурѣ. Но главный нашъ вождь былъ такъ нетерпѣливъ и упрямъ, что не хотѣлъ слушать благоразумныхъ совѣтовъ и далъ рѣшительное приказаніе выступить на другой же день утромъ. ЭПИЛОГЪ ЭКСПЕДИЦІИ. 31-го августа отрядъ двинулся отъ Ахульго къ Унцукулю и далѣе по дорогѣ, вновь Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 42 разработанной, къ Гимрамъ, гдѣ назначенъ былъ первый ночлегъ. Я ѣхалъ опять впереди съ квартирьерами. Подъ Унцукулемъ данъ былъ войскамъ привалъ. Жители селенія встрѣтили наши войска съ радостію и сочувствіемъ; даже женщины выражали привѣтствія; иныя кричали намъ: «яхши урусъ» (т. е. Рус- скіе хорошіе), Дорога между Унцукулемъ и Гимрами, по ущелью Аварскаго Койсу, не смотря на продолжительную разработку, все таки оказалась весьма трудною. Отрядъ съ вьючнымъ обозомъ *) тянулся крайне медленно. Проѣхавъ нѣсколько за Гимры, я занялся разбивкою лагеря и розыскомъ ближайшей воды. Наступала уже вечерняя темнота, a войска все еще не подходили. Я поѣхалъ назадъ на встрѣчу колоннѣ: голова ея только что подходила къ Гимрин- скому мосту. Генералъ Граббе сердился, былъ не въ духѣ, хотя в:я отвѣтственность за неправильный разсчетъ марша падала на него самого. Доѣхавъ до Гимринскаго моста, онъ приказалъ тутъ разбить свою палатку и остался ночевать съ арріергардомъ. Войска уже при- ходили въ совершенную темноту на избранное для ночлега мѣсто, a вьюки тянулись почти всю ночь. Слѣдовавшая впереди отряда колонна съ плѣнными также имѣла ночлегъ подъ Гимрами. Сердце сжималось при видѣ этой толпы несчастныхъ, едва передвигавшихъ нЬги. Здоровые мужчины шливъ оковахъ. Сколько можно было замѣтить, солдаты наши относились къ плѣннымъ сурово. Нѣкоторыхъ изъ раненыхъ, выбившихся Іизъ силъ и умиравшихъ, бросали на дорогѣ безъ всякой помощи. Утромъ і-го сентября ген. Граббе прибылъ на мѣсто ночлега войскъ и на этогь разъ призналъ необходимымъ дать отряду дневку, хотя мѣсто стоянки, стѣсненное отвѣсными горами, было крайне 1) Колесныя тяжести были отпрявлеыы крѵжною дорогою чрез'Ь Зыраны, полъ прикрытіемъ двухъ Апшеронскихъ баталіоновъ. невыгодно. Погода прояснилась. Вечеромъ, предъ генеральскою па- латкою, играла музыка; Гимринскія дѣти плясали лезгинку. 2-го сентября выступили съ разсвѣтомъ и по тяжелому Каранайскому подъему вышли на Шамхальскую плоскость. Трудно выразить то ощущеніе, которое испытываешь, когда послѣ нѣсколькихъ мѣсяцевъ пребыва- нія въ тѣсныхъ горныхъ ущельяхъ, среди голыхъ скалъ, въ спертой, душной атмосферѣ, вдругъ очутишься на открытой, зеленой равнинѣ, на свѣжемъ воздухѣ. Самъ Шамхалъ со своею свитою встрѣтилъ отрядъ; тутъ же былъ и прежній товарищъ мой Россильонъ. Войска, по мѣрѣ выхода на равнину, располагались на указанныхъ шгою мѣстахъ. Посреди лагеря стояли арбы съ сѣномъ, дровами и другшш припасами, около нихъ образовалось нѣчто въ родѣ базара. Всѣ въ отрядѣ чувствовали себя въ отличномъ расположеніи духа, казалось, будто съ выходомъ изъ горныхъ трущобъ, мы тамъ оставили и всѣ недавнія наши скорби. 3-го сентября отрядъ двинулся къ Темиръ-Ханъ-Шурѣ. По обыкновенію, выѣхалъ я впередъ, чтобы разбить лагерь. Дорога была ровная, удобная и потому войска прибыли рано. Генералъ Клкжи- фонъ-Клугенау встрѣтилъ отрядъ въ полной парадной формѣ. Пол- ковникъ Поповъ, какъ хозяинъ въ штабъ-квартирѣ Апшеронскаго полка, угостилъ штабныхъ завтракомъ. Когда же всѣ войска заняли свои мѣста и пока ставили наши штабныя палатки, я отправился въ Шуру, чтобы навѣстить нашихъ раненыхъ: барона Врангеля, Шульца и другихъ. Въ то время Темиръ-Ханъ-Шура имѣла еще весьма скром- ный видъ и нисколько не была похожа на европейскій городъ, a все- та-ки показалась намъ уголкомъ цивилизованнаго міра. Отрядъ нашъ былъ въ такомъ разстроенномъ состояніи, такъ обносился, утоімился, что необходимо было дать ему хоть нѣсколько дней отдыха; притомъ надо было выждать прибытія слѣдовавшаго чрезъ Зыраны колеснаго обоза. Я воспользовался этою стоянкою, чтобы съѣздить на берегъ Каспійскаго моря, взглянуть на старую крѣпость Бурную, построенную еще во времена Ермолова, на вер- шинѣ крутой горы, по скату которой живописно расположено амфи- театромъ селеніе Тарки—тогдашнее мѣстопребываніе жены Шамхала Салтанеты, прославленной Марлинскимъ (Бестужевымъ, въ его повѣсти Амалатъ-бекъ). 5-го числа, Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 43 выѣхавъ рано утромъ верхомъ, съ двумя Донскими казаками, я проѣхалъ мимо КафиръКумыка—мѣстопре- быванія самбго Шамхала, a около 2-хъ часовъ по полудни пріѣхалъ въ укрѣпленіе Низовое, прямо къ воинскому начальнику полпол- ковнику Сахновскому. Я попалъ къ нему какъ разъ къ обѣду и провелъ часа два въ кругу его семьи, a затѣмъ отправился пѣшкомъ на гору въ крѣпость Бурную. Здѣсь приняла меня весьма любезно м.олодая жена завѣдывавшаго крѣпостными строеніями и госпиталемъ капитана гарнизонной артиллеріи Дмитріева, который вскорѣ и самъ явился. Разговорчивая капитанша разсказывала мнѣ много любопыт- наго о былыхъ событіяхъ въ крѣпости, о нападеніи Казы-муллы и т. д. Осмотрѣвъ госпиталь и полюбовавшись обширнымъ видомъсо стѣнъ крѣпости, я возвратился въ Низовое; съ наслажденіемъ бро> сился въ приготовленную гостепріимными хозяевами прекрасную постель; a на другой день, еще до свѣта, поѣхалъ на самый берегъ моря, осмотрѣлъ соленыя озера, цѣлительныя грязи и возвратился въ укрѣпленіе. Послѣ сытнаго завтрака распростился я съ подпол- ковникомъ Сахновскимъ и его любезною супругою и къ 7 часамъ вечера былъ уже въ лагерѣ. Въ слѣдующіе два дня, 8-го и 9-го, ѣздилъ я въ Шуру, еще разъ навѣстить раненыхъ и проститься съ ними. И Шульцъ, и бар. Врангель замѣтно поправлялись Въ теченіи недѣли, которую отрядъ простоялъ подъ Темиръ-Ханъ-Шурою, нельзя было, конечно, сдѣлать много для поправки разстроеннаго войска; нечего было и думать о продолженіи военныхъ дѣйствій въ .осеннее время; приходилось отка- заться отъ исполненія тѣхъ предположеній, которыя имѣлись въ виду въ первоначальномъ планѣ экспедиціи. Была рѣчь о постройкѣ укрѣ- пленія y Чиркея, чтобы окончательно обуздать это безпокойное и враждебное намъ селеніе, и тѣмъ утвердить покорность всей Сала* тавіи. Однакожъ и тугь встрѣтилось важное затрудненіе: не было заготовлено никакихъ матеріаловъ для этой постройки, и самое производство работъ было бы не выгодно въ позднее осеннее время. Ііо всѣмъ этимъ соображеніямъ ген. Граббе рѣшился возвратиться въ кр. Внезапную и распустить отрядъ; но предположилъ пройти не обычнымъ путемъ чрезъ Міатлинскую переправу, a кратчайшимъ путемъ—чрезъ Чиркей и Салатавію. Чиркеевцы, какъ я уже упоминалъ, показывая видъ покорности, въ то же время настойчиво отклоняли посѣщеніе ихъ Русскими. Еще въ недавнее время они не пропускали иыаче нашихъ офицеровъ чрезъ свое селеніе, какъ съ завязанными глазами. Я говорилъ также о коварныхъ проискахъ старшины Чиркеевскаго Джемала въ перегово- рахь съ Шамилемъ и объ участіи многихъ Чиркеевцевъ въ самой защитѣ Ахульго. Были слухи, что въ цослѣднее время произошли въ Чиркеѣ щ сильные раздоры, доходившіе даже до перестрѣлки между разными партіями. Однакожъ еще во время пребыванія отряда подъ Темиръ- Ханъ-Шурою прибыла къ ген. Граббе Чиркеевская депутація съ увѣреніями въ покорности и съ просьбою объ освобожденіи Джемала. 8-го сентября, наканунѣ выступленія отряда, назначенъ былъ войскамъ парадъ съ молебствіемъ. Парадъ этотъ, конечно, могъ только выказать наглядно слабость и разстройство войскъ. 9-го числа вы* ступили мы съ разсвѣтомъ по прекрасной, ровной дорогѣ къ Чиркею; двигались совершенно какъ въ мирное время. Авангардъ, подъ начальствомъ ген. Клюки-фонъгКлугенау, шелъ значительно впереди главной колонны, имѣя въ головѣ команду саперъ; ружья не были заряжены; обозъ растянулся. Подойдя къ Чиркеевскому мосту (на Сулакѣ), авангардъ остановился для привала. Ген. Граббе со всѣмъ своимъ штабомъ расположился на пригоркѣ, собираясь позавтракать. Старшины Чиркеевскіе встрѣтили его съ хлѣбомъ-солью, поднесли фрукты и дружелюбно бесѣдовали. Послѣ короткаго отдыха, при- казано было авангарду переходить чрезъ мостъ, перекинутый чрезъ рѣку, стѣсненную здѣсь нависшими скалами. Съ моста дорога пово* рачивала подъ' прямымъ угломъ налѣво, вдоль берега, y подошвы обрывистыхъ высотъ, и въ нѣкоторомъ разстояніи, обогнувъ эти высоты, входила въ сады, поднимавшіеся террасами до самаго селенія, закрытаго Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 44 отъ насъ высотами. Авангардъ двинулся съ пѣсенниками въ головѣ; самъ ген. Клюки ѣхалъ впереди. Едва успѣли перейти чрезъ мостъ саперы и часть головного баталіона съ двумя орудіями, какъ вдругъ раздался изъ садовъ залпъ и затѣмъ затрещали вьтстрѣлы съ разныхъ сторонъ. Головныя части колонньт, не ириготовленныя къ такой встрѣчѣ, шарахнулись и вь безпорядкѣ .бѣжали назадъ. Чиркеевцы провожали ихъ выстрѣлами; даже бросались въ шашки. Во время суматохи, когда отступавшія части авангарда не успѣли еще перейти обратно на нашъ берегъ, вспыхнуло пламя изъ подъ моста; оказалось, что онъ подожженъ. Хвостъ колонны перебѣгалъ уже по горѣвшему мосту; но нѣсколько солдатъ было изрублено наглазахъ нашихъ гнавшимися злодѣями; нѣкоторые спасались отъ нихъ, про- бираясь съ опасностію вдоль лѣваго скалистаго берега Сулака; одно изъ бывшихъ впереди двухъ орудій осталось въ рукахъ вѣролом- ныхъ Чиркеевцевъ. Неожиданность и быстрота, съ которыми разыгрался весь этотъ прискорбный эпизодъ, ошеломили насъ. Мы потеряли тутъ, по непростительной безпечности, 55 убитыхъ и до 97 раненыхъ и безъ вѣсти пропавшихъ (т. е. оетавшихся въ плѣну). Сами старіпшщ Чиркеевскіе были поражены; они стояли блѣдные и смущенные. При- Казано было немедленно арестовать ихъ; войсковому старшинѣ Алцатову съ казаками—забрать пасшіяся гіо сю сторону Сулака Чир- кеевскія стада. Между тѣмъ завязалась перестрѣлка; пули съ лѣваго берега заставили ген. Граббе со всѣмъ его штабомъ перемѣнить мѣсто и отдалиться отъ берега. Скоро подошли и главныя силы отряда. Я занялся размѣщеніемъ войскъ по возможности внѣ выстрѣ. ловъ; но за водою приходилось людямъ спускаться съ высоты къ самому руслу рѣки не совсѣмъ безопасно. Оставшіеся въ нашихъ рукахъ старшины, на разспросы нанш, объясняли, что y нихъ въ селеніи не мало людей безпокойныхъ и сѵмасбродныхъ, особенно изъ молодежи, и что безъ сомнѣнія эти безумцы одни виноваты въ прискорбномъ для самихъ Чиркеевцевъ поступкѣ. Объясненіе это было правдоподобно; иначе старшины не рѣшились бы рисковать своими головами и не вышли бы къ намъ на встрѣчу. Тѣмъ не менѣе, имъ было объявлено, что Чиркей поне* сетъ безпощадную кару. Ген. Граббе вознамѣрился переправиться чрезъ Сулакъ y Міат* ловъ и двинуться чрезъ Гертме и Хубаръ къ Чиркею. ю-го сентября отрядъ дошелъ до Міатлинской переправы, каторая состояла изъ парома, защищеннаго башнями на обоихъ берегахъ рѣки. Войска немедленно же начали переправляться; но при единственномъ паромѣ переправа шла очень медленно; на бѣду одинъ изъ канатовъ парома лопнулъ, a къ вечеру пошелъ проливной дождь и поднялся такой сильный вѣтеръ, что срывалъ палатки въ лагерѣ. Все это выводило изъ терпѣнія нашего вождя. il-го числа Чиркеевцы выслали новую депутацію съ письмен- нымъ завѣреніемъ въ покорности своей, въ готовности исполнить всякое приказаніе генерала и съ просьбою не вмѣнять въ вину всему селенію «шалости» нѣсколькихъ буйныхъ головъ. Депутаты сбѣщали доставить къ намъ въ отрядъ оставшихся въ Чиркеѣ солдатъ и орудіе. Мнѣ поручено было написать на этотъ адресъ строгій от- вѣтъ съ угрозами. Переправа отряда продолжалась три дня (іі, 12 и 13 ч.). Изъ захваченныхъ огромныхъ стадъ Чиркеевскихъ досталась войскамъ обильная мясная порція. Но погода наступила осенняя— дождливая, сырая и холодная. Сдѣлано было распоряженіе о немед- ленной доставкѣ въ отрядъ изъ кр. Внезапной зимней одежды, ло- шадей и воловъ, для подъема орудій и обоза. Ііолковнику Попову предписано съ Апшеронскимъ полкомъ и нѣсколькими орудіями расположиться на правомъ берегу Сулака y Чиркеевскаго моста въ видѣ демонстраціи, a Шамхалу Тарковскому—принять мѣры къ охра- ненію отхваченныхъ стадъ Чиркеевскихъ и т. д. 14-го сентября отрядъ двинулся отъ переправы къ селенію Инчхе и расположился на томъ же самомъ мѣстѣ, гдѣ былъ нашъ первый лагерь 2і*го и 22-го мая. Какъ тогда, такъ и теперь, погода была дождливая и сырая. Настроеніе въ отрядѣ не веселое. Предполагав- шееся движеніе къ Чиркею для разгрома его Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 45 было сопряжено съ немалыми затрудненіями, при тогдашнемъ состояніи отряда; въ случаѣ сопротивленія потребовались бы новыя жертвы; экспедиція могла затянуться надолго. Но вотъ по всему отряду пронеслась вѣсть о пріѣздѣ фельдъ- егеря изъ Петербурга. Одинъ слухъ о привезенныхъ имъ наградахъ произвелъ магическое дѣйствіе. На другой же день, 15-го числа, прибыли въ лагерь захваченные Чиркеевцами солдаты и офицеръ и доставлено на волахъ.наше орудіе. Чиркеевскіе старшины на колѣ- няхъ умоляли ген. Граббе п.оіцадить ихъ селеніе. Въ то же время прибыла депутація отъ Гумбетовцевъ съ изъявленіемъ покорности, въ залогъ которой выданы были аманаты. Также получены благо- иріятныя донесенія отъ Ахметъ-Хана, которому по взятіи Ахульго поручено было двинуться съ его милиціею вверхъ по долинѣ Андій- скаго Койсу; Андійцы, Карата и нѣкоторыя другія верхнія лезгин- скія общества изъявили покорность. Все это, вмѣстѣ взятое, давало благовидный оборотъ дѣламъ, и ген. Граббе воспользовался слу- чаемъ, чтобы выдти изъ затруднительнаго положенія. Сдѣлавъ строгое внушеніе Чиркеевскимъ старшинамъ, онъ объявилъ им.ъ, что отнынѣ въ Чиркеѣ будетъ имѣть постоянное мѣстопребываніе Русскій при- ставъ, что селеніе это} также какъ и всѣ Салатавскіе аулы, должны безпрекословно подчиниться всѣмъ постановленнымъ Русскимъ на- чальствомъ общимъ условіямъ покорности туземнаго населенія. Стар- шины на все изъявили полную готовность и получили прощеніе. Большую радость произвело во всемъ отрядѣ извѣстіе, что дви- женіе къ Чиркею отмѣнено и что экспедиція окончена. Графскій полкъ получилъ приказаніе слѣдовать прямо въ свои мѣста располо- женія въ южномъ Дагестанѣ, a прочія войска отряда, і8-го сентября, двинулись къ кр. Внезапной по кратчайшей, весьма грязной дорогѣ. По прибытіи туда, я разставилъ войска на прежнемъ лагерномъ мѣстѣ, и затѣмъ отправился въ сво£> квартйру въ крѣпости, Съ удо- вольствіемъ почувствовалъ я себя опять подъ крышей, тѣмъ болѣе что погода была сырая, a мнѣ снова нездоровилось въ послѣднее время. Я былъ очень обрадованъ, узнавъ, что генералъ Граббе имѣлъ въ виду дать мнѣ порученіе въ Тифлисѣ, съ дозволеніемъ возвра- титься оттуда въ Ставрополь кружнымъ путемъ чрезъ Дагестанъ. Путешествіе это улыбалось мнѣ и одна мысль о немъ поддержала мою бодрость. Всѣ товарищи мои, конечно, спѣшили разъѣхаться по домамъ; но всѣхъ нетерпѣливѣе былъ самъ ген. Граббе: онъ уѣхалъ изъ Внезапной уже 19-го числа, предоставивъ ген. Галафѣеву всѣ распоряженія по роспуску отряда. Предъ самымъ выѣздомъ . Командующаго войсками изъ Вне- запной, всѣ мы штабные явились къ нему откланяться; a я сверхъ того— чтобы поблагодарить за доставленіе мнѣ случая увидѣть За- кавказье. Потомъ мы простились съ ген. Галафѣевымъ и Пулло. На веселомъ товарищескомъ обѣдѣ y Вольфа мы спрыснули его пол- ковничьи эполеты. На другой день, 20-Г0 сентября, покинулъ я Внезапную въ довольно многочисленномъ обществѣ, подъ прикрытіемъ роты Курин* скаго полка, слѣдовавшей въ свою штабную квартиру кр. Грозную. Продолжительные сборы этой роты задержали насъ до полудня, однакожъ мы успѣли добраться еще за-свѣтло до Ташъ-Кичу. 2і-го числа доѣхалъ я съ тѣми же спутниками до Амиръ-Аджи- юрта, гдѣ разстался съ ними, и послѣ короткаго привала, лродол* жалъ путь до Умаханъ-юрта, съ тою же Куринскою ротою и съ ѣхавшимъ также въ Грозную адъютантомъ генерала Клюки-фонъ* Клугенау Шуляковскимъ; съ нимъ еще ѣхалъ какой то юнкеръ. He смотря на дождь, спутники мои вздумали позабавиться охотой; бла* гюдаря тому, ш>і сбились съ дороги и потомъ должны были наго* нять роту на-прямки. Уманъ-юртъ—небольшое укрѣпленіе, построенное только за годъ предъ тѣмъ, съ паромною перепрйвою на Сунжѣ. Переночевавъ тутъ въ отведенномъ нам.ъ помѣщеніи на гауптвахтѣ (занеимѣніемъ другого), мы продолжали свой путь на другой день (22-го чис.) до кр.. Грозной, по лѣвому нагорному берегу Сунжи, то лѣсомъ, то открытыми мѣ* стами, Еще недавно здѣсь сообщеніе было возможно не иначе, какъ подъ прикрытіемъ цѣлаго баталіона съ орудіями. Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 46 Теперь мы безъ опасенія опередили роту въ сопровожденіи только 2-хъ Донскихъ казаковъ. Около 2-хъ часовъ пополудни въѣхали мы въ Грозную.-Спут- никъ мой Шуляковскій предложилъ мнѣ остановиться y нсго до слѣдующаго утра и уговорилъ представиться генералыпѣ Клюки, которая пригласила насъ на обѣдъ. Комендантъ Грозной предложилъ мйѣ пройтись съ нимъ по крѣпости и по форштадту. Грозная показалась мнѣ вовсе не соотвѣтствовавшею своему наименованію: обнесенная старымъ землянымъ валомъ, съ примыкающимъ, почти открытымъ форштадтомъ, крѣпость была совершенно запущена; широкія улицы и площади, то пыльныя, то страшно грязныя были пусты и безжизненны; a между тѣыъ это былъ въ то время главный нашъ передовой пунктъ за Терекомъ, въ самомъ близкомъ сосѣд- ствѣ съ непокорною и враждебною Чечнею. Нерѣдко случались «іиалости» Чеченцевъ y самыхъ воротъ Грозной. 23- го числа предстоялъ мнѣ болыиой переходъ въ 84 версты до укрѣпленія Назрана. Изъ Грозной дали мнѣ хорошую лошадь съ иноходью, человѣкъ 40 конвоя изъ туземцевъ, при двухъ офице- рахъ также изъ туземцевъ (Эліасъ Иналовъ и Матуковъ). Офицеры эти должны были провожать меня на всемъ переходѣ до Назрана; конвой же смѣнялся въ нѣсколькихъ пунктахъ: въ Большомъ Куларѣ, въ Казакъ-кичу и Кореюртѣ. Все это большіе аулы на Сунжѣ, частію Чеченскіе, частію Карабулакскіе. При каждой смѣнѣ прихо- дилось. долго ждать новаго конвоя изъ обывателей названныхъ селеній, не смотря на всѣ понужденія и брань со стороны моихъ провожатыхъ. Чѣмъ далѣе я подвигался, тѣмъ число моихъ охрани- телей становилось меньше. Первую часть пути ѣхалъ я все по лѣвому берегу Суыжи; погода была ясная и во все время видѣлъ я слѣва цѣпь снѣговыхъ горъ, высившихся надъ ближними «Черными» (т. е. лѣсистыми). Далѣе Казакъ-кичу Сунжа уже незначительная рѣчка; нѣсколько разъ я переѣзжалъ ее въ бродъ, a потомъ и совсѣмъ оставщгь ее вправо, слѣдуя на-прямикъ къ Назрану. При послѣдней смѣнѣ конвоя въ Коре-юртѣ, меня увѣрили, что оставалось до Наз- рана всего верстъ 8, и потому я разсчитывалъ доѣхать туда засвѣтло. Сжалившись надъ лошадьми провожавшихъ меня двухъ офицеровъ, я отпустилъ ихъ назадъ въ Грозную и продолжалъ путь только съ четырьмя Карабулаками. Ъхали мы полною рысью довольно долго, a Назрана все не видѣли. Солнце уже сѣло, наступила полная тем- нота и я начиналъ уже безпокоиться, не сбились ли мы съ дороги. Объясниться съ моими спутниками было невозможно, по незнанію ими русскаго языка. Оказалось, что вмѣсто 8 верстъ, намі, пришлось проѣхать no крайней мѣрѣ втрое болѣе. Добравшись до Назрана уже въ совершенную темноту, едва я могъ добиться, чтобъ открыли ворота крѣпостныя, затворяемыя съ пробитіемъ вечерней зори. Назранъ—небольшое укрѣпленіе, построенное въ давнія времена, еще при Ермоловѣ, для охраненія военно-грузинской дороги съ восточной стороны. Съ большимъ удовольствіемъ узналъ я отъ коменданта, что далѣе, до Владикавказа, могу проѣхать уже на коле- сахъ. Послѣдній переѣздъ верхомъ былъ довольно утомителенъ; особенно же сильно растрясло моего бѣднаго денщика Попова. Перё- ночевавъ въ Назранѣ y тамошняго «пристава» (изъ азіатцевъ), я на другой день (24-го сентября) быстро уѣхалъ въ русской телѣгѣ тройкой до Владикавказа (около 30 верстъ). Конвоировали меня только два казака, смѣнявшіеся на промежуточныхъ постахъ. Съ приближёніемъ къ Владикавказу, когда утренній туманъ поднялся, какъ занавѣсъ на сценѣ, предо мною, въ самой близи, открылась величественная цѣпь снѣговыхъ горъ и ясно обозйачилось ущелье верхняго Терека— знаменитыя „Кавказскія ворота“ древности. Въѣхалъ я во Владикав- казъ въ то время, когда народъ выходилъ отъ обѣдни: день былъ воскресный. Въ то время Владикавказъ былъ только крѣпостью, и не очень обширнаго размѣра; къ крѣпости примыкали форштадтъ или солдатская слобода и Осетинскій аулъ. Остановился я въ гостинницѣ, болѣе похожей на постоялый дворъ. Здѣсь нашелъ я Перовскаго и вмѣстѣ съ нимъ пошелъ познакомиться съ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 47 полковни- комъ Нестеровымъ, начальникомъ осетинскаго округа. У него же познакомился съ барономъ Торнау (Ѳедоромъ Ѳедоровичемъ), ста- рымъ офицеромъ генеральнаго штаба, долго пробывшимъ въ плѣну y Закубанскихъ черкесовъ. Съ любопытствомъ слушали мы его занимательные разсказы объ этомъ эпизодѣ его жизни. 25-го сентября выѣхалъ я изъ Владикавказа вмѣстѣ съ Перов- скимъ на двухъ тройкахъ. Тогда не было еще почтовой гоньбы отъ Екатеринограда до Коби; надобно было нанимать лошадей y мѣст- ныхъ жителей: казаковъ или отставныхъ солдатъ. Проѣзжихъ на означенномъ протяженіи дороги конвоировали казаки «Малороссій- скаго» полка, сформированнаго въ недавнее время изъ бывшихъ Малороссійскихъ казаковъ, собственно для содержанія кордона по военногрузинской дорогѣ. Штабъ-квартира полка находилась въ Ардонской станицѣ. Полкъ имѣлъ особую форму обмундированія, покроемъ сходную еъ Донскими казаками, но чернаго двѣта вмѣсто синяго. Военно-грузинская дорога, Дарьйльское ущелье, Казбекъ, мно жество разбросанныхъ по горамъ развалинъ старыхъ башенъ—все это произвело на меня сильное впечатлѣніе. Пріѣхавъ въ Коби ѵже по захожденіи солнца, мы тутъ переночевали въ гостинницѣ, a на другой день, 26-го сентября, перевалили чрезъ Крестовую горуи, восхищенные новыми видами южной природы, въѣхали подъ вечеръ въ Тифлисъ. ТИФЛИСЪ И СТАВРОПОЛЬ. По пріѣздѣ въ Тифлисъ, помѣстился я вмѣстѣ съ Перовскимъ въ одномъ номерѣ гостинницы Саломона. Корпусный командиръ ген. Головинъ и начальникъ штаба ген. Коцебу были въ отсутствіи; но возвращеніе ихъ ожидалось въ скоромъ времени. На другой день по пріѣздѣ, 27-го сентября, явился я къ наличнымъ мѣстнымъ властямъ: оберъквартирмейстеру полковнику Менду, военному губернатору ген. Лукашу, коменданту, начальнику артиллеріи ген. Козлянинову, быв- шему нѣкогда моимъ «отцемъ командиромъ» въ гвардейской артил- леріи. Полковникъ Мендъ совѣтовалъ мнѣ ѣхать на встрѣчу Кор* пусному Командиру; но я не видѣлъ въ томъ никакой надобности: возложенное на меня генераломъ Граббе порученіе заключалось въ томъ, чтобы доложить ген. Головину нѣкоторыя подробности пос- лѣднихъ дѣйствій Чеченскаго отряда, разъяснить тѣ факты, которые могли возбудить y него недоумѣніе, a вмѣстѣ съ тѣ.чъ предвари- тельно представить Тифлисскому начальству собственныя мои пред- положенія по части постройки укрѣпленій на Кавказѣ и по нѣко- торымъ другимъ вопросамъ Кавказской войны. Во всемъ этомъ не было никакой спѣшности и по моему мнѣнію даже было бы неу- мѣстно съ моей стороны безпокоить Корпуснаго Командира своимъ появленіемъ и докладомъ въ дорогѣ. Поэтому я остался въ Тифлисѣ. Здѣсь нашелъ я многихъ хорошихъ знакомыхъ. Въ первые же дни навѣстилъ я раненыхъ товарищей по отряду—Ник. Ник. Муравьева, Потулова, Фитингофа, которые всѣ очень поправились. Нашелъ я въ Тифлисѣ одного изъ товаршцей по Академіи—НемировичаДанченко, a нѣсколько позже пріѣхали Шульцъ и баронъ Торнау. Кругъ моего знакомства быстро распространялся. Изъ числа многихъ новыхъ лицъ, съ которыми довелось мнѣ сойтись, особенно памятны мцѣ; гене- ральнаго штаба полковникъ Фрейтагъ и капитанъ Индреніусъ, полк. Назаровъ, казачій офицеръ Ягодинъ, командиръ Малороссійскаго казачьяго полка Рихтеръ (только что жснившійся на красивой дѣвицѣ Пушкиной), полковникъ Альбрантъ, два брата Колюбакины. Почти всѣ эти лица впослѣдствіи занимали видныя должности на Кавказѣ. Упомянутый полк. Альорантъ, человѣкъ восторжеыный, увлекаю- щійся, своеобразный, только что прославился удачнымъ исполненіемъ труднаго и щекотливаго порученія—вывода изъ Персіи цѣлаго баталіона набравшихся тамъ русскихъ бѣглыхъ. Еще своеобразнѣе былъ одинъ изъ Колюбакиныхъ, Николай Петровичъ, офицеръНиже- городскаго драгунскаго полка, прозванный въ отличіе отъ другого брата «немирнымъ». Прозваніе это заслужилъ онъ своимъ неукро- тцмымъ, вспыльчивымъ нравомъ и многочисленными приключеніями, такъ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 48 называемыми «исторіями», за которыя онъ былъ два раза раз- жалованъ въ солдаты. Въ кругу пріятелей проводилъ я вреімя весьма пріятно. Почти ежедневно случалось y кого нибудь изъ нихъ обѣдать или участво- вать въ вечернемъ сборищѣ. Иногда же собирались къ обѣду въ клубѣ за обшимъ столомъ. Чаще всего бывалъ я y H. Н. Муравьева— человѣка развитого, живого, вмѣстѣ съ тѣмъ честолюбиваго, съ нѣ- которьшъ вліяніемъ на ген. Головина, y котораго онъ былъ въ болыпой милости. Съ Муравьевымъ обсуждалъ я предварительно проекты, о которыхъ намѣревался заявить начальству. По утрамъ я заходилъ въ корпусный штабъ, занимался разсмо- трѣніемъ дѣлъ и разныхъ свѣдѣній о краѣ, дѣлалъ выписки для задуманной мною Исторіи Кавказскихъ войнъ. Въ свободньте часы любилъ бродить по городу пѣшкомъ и восхищаться живописными видами съ разныхъ пунктовъ. Чрезвычайно нравились мнѣ пестрота и оживленность Тифлиса, особенно Азіатской его части, съ ея шум- ньііМъ, добродушнымъ населеніемъ, проводяшимъ жизнь открыто на улицѣ, съ разнообразными костюмами, женщинами въ чадрахъ, вѣчнымъ крикомъ и гамомъ. Конечно испыталъ я и знаменитыя Тифлисскія бани съ ихъ сѣрною водою и необыкновенными гимна* стическими пріемами банщиковъ—своеобразныхъ предвозвѣстниковъ будущаго пресловутаго массажа. 2*го октября возвратились въ Тифлисъ Корпусный Командиръ и начальникъ штаба. На другой день явился я къ нимъ обоимъ и былъ принятъ чрезвычайно благосклонно. Они много разспрашивали меня о бывшихъ военныхъ дѣйствіяхъ. Генералъ Головинъ оставилъ y себя для прочтенія составленное мною описаніе экспедиціи Че* ченскаго отряда; онъ познакомилъ меня съ своею семьею, состоявшею изъ жены Елизаветы Павловны, умной и любезной женщины, изъ взрослой дочери и двухъ сыновей, изъ которыхъ старшій, адъю^ тантъ ген* Граббе, бьтлъ въ отсутствіи (какъ уже сказано, посланъ курьеромъ съ донесеніемъ Государю), a другой—еще юноша. Голо вины были очень религіозны, они даже принадлежали въ былое время къ извѣстной Татариновской сектѣ. Въ этой семьѣ я нашелъ самое радушное гостепріимство; почти каждый день былъ пригла- шаемъ или къ обѣду, или вечерсжъ, и чрезъ короткое время чув* ствовалъ себя y нихъ, какъ y старыхъ, близкихъ знакомыхъ. Ген. Коцебу и-полк. Мендъ также познакомили меня съ своими супругами и приглашали иногда къ обѣду; но гостепріимство ихъ отзывалось какою-то холодностію; въ обращеніи ихъ было что то натянутое и сдержанное. Александръ Ивановичъ Мендъ, служившій долго при Павлѣ Дмитріевичѣ Киселевѣ въ Турціи и Бухарестѣ, пользовался его расположеніемъ и довѣріемъ; на меня же онъ про* извелъ, съ перваго нашего знакомства, впечатлѣніе не выгодное; онъ показался мнѣ мелочнымъ, канцелярскимъ формалистомъ; a потому я вовсе не входилъ съ нимъ въ объясненія относительно привезен- ныхъ мною въ Тифлисъ предположеній и предпочелъ представить ихъ прямо генералу Коцебу и Корпусному Командиру. Къ тому же полк. Мендъ вскорѣ уѣхалъ въ Ставрополь по какимъ то слу- жебнымъ дѣламъ. П. Е. Коцебу, не смотря на многосложныя свои занятія, удѣлилъ мнѣ два вечера и, внимательно выслушавъ мою записку о системѣ укрѣпленій на Кавказѣ, отозвался о моихъ предположеніяхъ одобри* тельно. Ген. Головинъ съ своей стороны также одобрилъ мое опи- саніе экспедиціи Чеченскаго отряда; но въ собственноручной запискѣ (і8 окт.) упрекнулъ въ томъ, что въ моемъ вступленіи не придано надлежащаго значенія успѣхамъ, достигнутымъ въ томъ-же году Дагестанскимъ отрядомъ, подъ личнымъ его начальствомъ. Заявлен- ное мною намѣреніе заняться исторіею Кавказской войны принялъ онъ съ такимъ сочувствіемъ, что далъ себѣ трудъ изложить соб* ственный свой взглядъ на историческое значеніе этой войны. По мнѣнію Евг, Александр. Головина, въ предположенномъ трудѣ слѣ> довало принять за основную точку зрѣнія ту мысль, что Кавказская война есть продолженіе той многовѣковой борьбы христіанства съ исламизмомъ, Европейской цивилизаціи съ Азіатскимъ варварствомъ, которая легла Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 49 тяжелымъ бременемъ на Россію, по географическому ея положенію на восточномъ рубежѣ Европы. Евгеній Александро- вичъ настойчиво убѣждалъ меня гіриняться за эту работу; a такъ какъ главные для нея матеріалы находились въ Кавказскихъ архи- вахъ, то предлагалъ мнѣ совсѣмъ перейти на службу въ Штабъ Кав- казскаго Корпуса. Я не прочь былъ отъ такой перемѣны службы; но счелъ своею обязанностію предварительно сообщить объ этомъ моему отцу, a также товарищу Горемьткину, съ которымъ привыкъ совѣтоваться во всемъ, что касалось службы. Во всякомъ случаѣ для предполагавшагося перевода изъ Гвардейскаго Генеральнаго Штаба въ Армейскій, слѣдовало выждать предстоявшаго мнѣ въ скорсжъ времени производства въ штабсъ-капитаны по выслугѣ установленнаго трехлѣтняго срока въ чинѣ поручика. Почти цѣлый мѣсяцъ прожилъ я въ Тифлисѣ. Время это про- летѣло незамѣтно и оставило въ моей памяти самыя пріятныя впе- чатлѣнія. Съ обществомъ Тифлисскимъ познакомился я на балѣ y Корпуснаго Командира (8 окт.) и потомъ на вечерахъ y него же. Оно было довольно многочиеленно, весьма оживленно; оба эле- мента, изъ которыхъ оно состояло, русскій и туземный, уживались дружно и можно сказать сливались, хотя въ тѣ времена Грузинскія дамы большею частію носили еп^е національный свой костюмъ и лишь немногія говорили по-русски. He смотря на то, онѣ отличались любезностію и большимъ тактомъ; нѣкоторыя же изъ нихъ, какъ напримѣръ вдова Грибоѣдова и сестра ея княжна Кетевана Чавча- вадзе, будущая княгиня Екатерина Александровна Дадіанъ (Мин- грельская), получили русское ьоспитаніе и привлекали своею кра- сивою наружностію. На балахъ обыкновенно европейскіе танцы чередовались съ лезгинкою; когда одна изъ грузинскихъ граціоз- ныхъ красавицъ выходила на средину залы, все обшество спѣшило обступить ее обширнымъ кругомъ, съ увлеченіемъ било въ ладоши подъ тактъ музыки и приходило въ восторженное настроеніе. Въ клубѣ5 какъ уже сказано, были пріятные мужскіе обѣды> a иногда танцовальные вечера. Вскорѣ по пріѣздѣ ген. Головиеа (ю-го окт.) данъ былъ въ честь его Дворянскимъ собраніемъ па- радный обѣдъ, къ которому пріѣзжіе гвардейскіе офицеры были приглашены въ качествѣ гостей. Евгеній Александровичъ по этому случаю оказалъ особенное вниманіе Перовскому и мнѣ, пригласивъ насъ обоихъ предварительно къ себѣ и ввелъ насъ въ Собраніе. Въ исходѣ октября получилъ я изъ Ставрополя напоминаніе, что пора мнѣ возвратиться туда; что ген. Граббе ожидалъ моего возвращенія съ нетерпѣніемъ, преднолагая поручить мнѣ нѣкоторыя серьезныя работы. Извѣщеніе это, равно какъ и позднее время года и наступившая осенняя погода побудили меня отказаться отъ преж- няго моего намѣренія возвратиться изъ Тифлиса въ Ставрополь кружнымъ путемъ чрезъ Дагестанъ. Я рѣшился ѣхать кратчайшимъ путемъ по военно-грузинскои дорогѣ и сговорился съ Шульцемъ, который въ то время отправлялся въ дальній путь въ Петербургъ и на свою родину, въ Прибалтійскій край. За день до нашего выѣзда, Шульцъ задалъ прощальный вечерь, напоминавшій нѣмецкіе студенческіе комерцы. Общество состояло иреимущественно изъ земляковъ хозяина: Тизенгаузенъ, Крузен* штернъ, Кодебу (штатскій), докторъ Клевезаль и другіе; вечеръ прошелъ весело, не мало выпили кахетинскаго и распѣвали студен- ческія пѣсни. 24-го октября посвятилъ я все утро прощальнымъ ви* зитамъ и откланялся налальству, хотя вечеръ еще провелъ y Голо- виныхъ. Евгеній Александровичъ отвелъ меня въ свой кабинетъ и довольно продолжителыюе время велъ со мною глазъ на глазъ раз* говоръ о положеніи дѣлъ на Кавказѣ и предстоявшихъ военныхъ дѣйствіяхъ. Въ ожиданіи разрѣшенія вопроса о предположенномъ переходѣ моемъ на Кавказскую службу, Корпусный Командиръ от* пустилъ деня чрезвычайно благосклонно и ласково. Утромъ 25-го октября выѣхали мы съ Шульцемъ въ его таран- тасѣ> и доѣхали въ тотъ же день до Душета. Въ слѣдующій день, по случаю глубокихъ сцѣговъ на перевалѣ, дотащились только до Коби, гдѣ должны были провести часть Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 50 ночи, и только 27-го числа, въ 2 часа по полуночи, прибыли во Владикавказъ. Здѣсь должны были чинить экипажъ и выѣхали не ранѣе 2-хъ часовъ по полудни, на вольнонаемныхъ лошадяхъ, подряженныхъ до Екатеринограда. На всемъ этомъ протяженіи конвоировали насъ Малороссійскіе казаки, смѣнявшіеся на постахъ чрезъ каждыя 5 версгъ. По ночамъ ѣзда не допускалас^, a потому намъ пришлось опять ночевать въ станицѣ Ардонской, въ устроенной для проѣзжихъ казенной гостинницѣ. 29'Го числа, выѣхавъ до свѣту, добрались въ тотъ день до каран* тина на Малкѣ, гдѣ опять должны были ночевать въ слободкѣ y отставного солдата. Получивъ пропускной билетъ отъ карантина, утромъ зо*го числа переѣхали Малку y Екатеринограда на паром.ѣ (мостъ былъ снесенъ); затѣмъ дѣлый день тащились по страшной ірязи и снова ночевали въ Георгіевскѣ. Здѣсь потеряли мы цѣлый почти день, вслѣдствіе неурядицы почтовой части; я долженъ былъ ходить пѣшкомъ по невылазной грязи то къ коменданту, то къ го- родскому головѣ, чтобы добиться почтовыхъ лошадей, и потому выѣхали изъ Георгіевска не ранѣе 8 часовъ вечера, въ совершенную темноту. Всю ночь тащились около 50 верстъ до станицы Саблин- ской; по причинѣ густого тумана и дождя сбились съ дороги и только 2-го ноября къ 7 часамъ утра доѣхали до Ставрополя. Но и тутъ, подъ самымъ городомъ, долго блуждали безъ дороги, не по- падая на въѣздъ; изнуренныя лошади едва втащили насъ въ гору. Такимъ образомъ на все путешествіе отъ Тифлиса до Ставроиоля употребили м.ы восемь дней. Вотъ каковы были въ то время способы сообшенія на Кавказѣ. Со 2-го ноября и до истеченія годичнаго срока моей команди- ровки на Кавказъ, т. е. почти 3Ѵ2 мѣсяца прожилъ я въ Ставрополѣ. Товарищи мои Вольфъ и баронъ Вревскій, жившіе вмѣстѣ, пригла- сили и меня поселиться y нихъ, что было конечно для меня не только выгодно, но и гораздо пріятнѣе, чѣмъ жить въ одиночествѣ въ плохой гостинницѣ Наитаки. Въ первый же день по пріѣздѣ въ Ставрополь, разумѣется, явился къ начальству. Ген. Граббе предста- вилъ меня своей женѣ— молдаванкѣ, интересной брюнеткѣ, любезной, но нѣсколько наивной. У нихъ было двое малолѣтнихъ очень кра- сивыхъ сыновей — Николай и Михаилъ. Въ домѣ Павла Хрнстофоровича и Екатерины Евстафьевны нашелъ я также радушное госте- пріимство, какое и въ Тифлисѣ y Головиныхъ. Въ теченіи всего пребыванія моего въ Ставрополѣ я получалъ чуть не ежедневныя приглашеяія къ обѣду, вмѣстѣ съ пріѣхавшимъ вслѣдъ за мною Пе- ровскимъ. He рѣдко проводили мы y нихъ и вечера. Съ Траскинымъ и Норденстамомъ видѣлся я только по службѣ. Съ первыхъ же съ ними свиданій я долженъ былъ измѣнить свои взгляды на тогдашнее положеніе дѣлъ на Кавказѣ. Пессимизмъ, ко- торый высказывался въ ихъ сужденіяхъ, поколебалъ мои планы относительно перемѣны службы. Къ тому же полученныя вскорѣ потомъ письма отъ отца и отъ Горемьжина были наполнены настой* чивыми убѣжденіями не рѣшаться на подобный шагъ. Горемыкинъ писалъ, что и начальство мое, то есть оба брата Веймарны и самъ Великій Князь Михаилъ Павловичъ, рѣшительно возстало противъ моего перехода на Кавказъ. Въ числѣ доводовъ Горемьжинъ при- водилъ и то соображеніе, что онъ, по случаю назначенія адъюнктъ- профессоромъ Тактики въ Военной Академіи, долженъ оставить свое мѣсто старшаго адъютанта въ Гвардейскомъ Штабѣ, и что начальство намѣревалось предоставить это мѣсто мнѣ. Горемыкинъ торопилъ меня возвратиться въ Петербургъ для скорѣйшаго замѣщенія его. Я не могъ тогда же принять это предложеніе, такъ какъ вопросъ о моемъ переводѣ на Кавказъ уже принялъ тогда оффиціальный ходъ, и во всякомъ случаѣ считалъ себя нравственно обязаннымъ докон- чить начатыя работы по Кавказу, Вопросъ о моемъ переводѣ рѣ- шился только въ январѣ слѣдующаго года, въ смыслѣ отрицатель- номъ; a между тѣмъ 6-го декабря, по выслугѣ мною трехлѣтняго срока въ чинѣ, я былъ произведенъ въ штабсъ-капитаны, и потомъ назначенъ (23 января) на открывшуюся должность дивизіоннаго квартирмейстера з*й гвардейской пѣхотной Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 51 дивизіи. Жизнь въ Ставрополѣ не отличалась разнообразіемъ и оживлен- ностію. Городъ, широко разбросанный по открытой, возвышенной плоскости степного характера, съ низенькими домами, широкими, прямыми улицами, обширкыми площадями, былъ похожъ на болыпую станицу или слободу. Да онъ и не имѣлъ другого значенія, какъ только штабъквартиры Командующаго войсками Кавказской лийіи и Черноморіи. Въ составъ его входили и казачья станица и нѣсколько слободокъ. Общество состояло исключительно изъ однихъ служащихъ. Климатическія условія были крайне невыгодныя: въ зимнее время городъ заносился буквально сугробами снѣга, a въ сырую по* году улицы дѣлались непроходимыми отъ грязи. Какъ во всѣхъ штабъ-квартирахъ, служащіе проводили жизнь почти исключительно въ товарищескихъ кружкахъ. Такъ и мяѣ приходилось чаще прово- дить время съ моими сожителями Вольфомъ и Вревскимъ, Россильо- номъ, Мезенцовымъ, съ гвардейскими офицерами: Муратовымъ, Хру- щовымъ, Вилькеномъ. Изъ семейныхъ же знакомыхъ посѣщалъ я Бибиковыхъ и Киселевскихъ (почтмейстера); также бывалъ y г-жи Натара и немногихъ другихъ. Въ теченіи зимы дано было нѣсколько баловъ въ благородномъ собраніи (въ упомянутой гостинницѣ Наитаки); новый годъ встрѣчали на балѣ y генерала Граббе, и вторично былъ y него танцовальный вечеръ 25 января. На новый годъ нашъ военный кружокъ нѣсколько оживился по полученіи изъ Петербурга пріятнаго извѣстія о новыхъ наградахъ за экспедицію, еще по первону представленію генерала Граббе за Ичке* рннскій походъ. Въ числѣ награжденныхъ и я получилъ орденъ Св. Владиміра 4-й ст. съ бантомъ—награду очень цѣнную для молодого офицера. Однообразная и тихая жизнь въ Ставрополѣ доставляла мнѣ воз- можность усидчиво работать, частію дома, частію въ штабѣ. Я докан- чивалъ свой проектъ фортификаціонный, пересматриьалъ и допол- нялъ свое описаніе экспедиціи, составлялъ записку о мѣрахъ, необ- ходимыхъ, по моему мнѣнію, для лучшаго устройства дѣйствующихъ противъ горцевъ отрядовъ; вмѣстѣ съ тѣмъ собиралъ матеріалы для описанія разныхъ племенъ Кавказскаго населенія и даже приступилъ къ саможу составленію этого .описанія. Означенная записка моя: «о нѣкоторыхъ недостаткахъ, замѣченныхъ въ составѣ и устройствѣ отрядовъ, дѣйствующихъ противъ горцевъ, и о средствахъ къ испра- вленію сихъ недостатковъ»—была одобрена генералсжъ Граббе и препровождена имъ къ Корпусному Командиру, какъ его собственная, прй рапортѣ отъ 22-го ноября. Въ записку эту входили слѣдующія статьи: і) организація походнаго штаба, 2) устройство различныхъ частей отряда: интендантской, медицинской, артиллерійской, инже- нерной и т. д. Въ числѣ этихъ предположеній предлагались измѣ- ненія въ солдатскомъ обмундированіи и обуви, учрежденіе особыхъ командъ съ носилками для выноса раненыхъ, способъ перевозки по труднымъ, горнымъ дорогамъ полевыхъ орудій (отдѣльно тѣла орудія отъ лафета) и многое другое, что осуществилось въ нашей арміи только гораздо позже. По фортификаціонному моему проекту работа была окончена въ началѣ января, переписана на чисто, съ 20-ю листами чертежей, и представлена мною при оффиціальномъ рапортѣ на имя оберъ-квар- тирмейстера Норденстама отъ 7-го января, подъ заглавіемъ: «Опытъ новой системы фортификаціи, примѣвенной къ обстоятельствамъ и требованіямъ Кавказскаго края». Трудъ этотъ былъ препровожденъ генераломъ Граббе къ Корпусному Командиру съ заявленіемъ безу- словнаго одобренія и съ ходатайствомъ о представленіи моего проекта на Высочайшее утвержденіе, для принятія его въ руководство при постройкѣ новыхъ укрѣпленій на Кавказѣ. Впослѣдствіи я узналъ, что мой проектъ, по Высочайшему повелѣнію, разсматривался въ Инженерномъ Отдѣленіи Военно-Ученаго Комитета, и согласно его заключенію, признано было нужнымъ сдѣлать въ проектѣ «нѣко- торыя дополненія и исправленія, для составленія подробнаго и яснаго руководства». Работа эта была возложена на инженеръ-генералъ- маіора Сорокина 1), a Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 52 хчнѣ объявлено Высочайшее благоволеніе 2). Составленное генераломъ Сорокинымъ руководство было впослѣд- ствіи Высочайше утверждено и напечатано. Кромѣ упомянутыхъ моихъ работъ, исполнялъ я и нѣкоторыя другія по порученіямъ начальства. Самою серьезною было—разсмо- трѣніе и опроверженіе проекта, представленнаго Военному Министру ген.-м. Халанскимъ, вслѣдствіе порученнаго ему отъ Министерства изслѣдованія положенія Кавказскаго линейнаго казачьяго войска. Проектъ этотъ состоялъ въ томъ, чтобы всю тогдашнюю область Кавказскую обратить въ казачье войско. Ген. Граббе, къ которому проектъ былъ препровожденъ на разсмотрѣніе и заключеніе, воз* сталъ противъ такого предположенія и поручилъ мнѣ написать опро- верженіе его. Для этого необходимо было мнѣ прежде всего самому изучить экономическое и гражданское положеніе какъ Линейнаго казачьяго войска, такъ и остального населенія ооласти. Собравъ предварительно изъ разныхъ управленій военныхъ, казачьихъ и гра- жданскихъ оффиціальныя статистическія данныя, я старался цифрами доказать: і) что Кавказское линейное казачье войско вовсе не въ такомъ безнадежномъ состояніи, въ какомъ изобразилъ его ген.*м. Халанскій; 2) что не менѣе ошибочны и заключенія его относительно гражданскаго населенія области, которое съ каждымъ годомъ возра- стаетъ и дѣлаетъ успѣхи въ своемъ экономическомъ благосостояніи; 3) что не вѣрны и разсчеты ген.-м. Халанскаго о финансовыхъ выго- дахъ для Государства отъ предполагаемаго сліянія всего населенія области лодъ одно управленіе, и наконецъ 4) что самая мысль объ этомъ сліяніи не можетъ соотвѣтствовать видамъ высшаго правитель* ства относительно будущности всего Кавказскаго края. Работою моею ген. Граббе остался совершенно доволенъ и представилъ соста- вленное мною, довольно обширное изслѣдованіе вопроса Корпус* ному Командиру. Кромѣ того поручалось мнѣ писать мнѣнія и по другимъ вопро- самъ или проектамъ, поступавшимъ изъ Министерства на заключеніе Кавказскаго начальства. Въ первыхъ же числахъ декабря получилъ я предписаніе отправиться за Кубань, чтобъ осмотрѣть растущіе по р. Урупу лѣса и сообразить—можно ли дозволить казакамъ прику- банскихъ станицъ пользоваться этимъ лѣсомъ. і-го декабря, проѣхавъ Впослѣдствіи члена Военнаго Совѣта и коменданта Петропавловской крѣпости. 2) Отношеніемъ вачальника штаба генералъинспектора по инженерной части ген.-ад. I вруЗі на имя начальника штаба Отд. Гвардейскаго Корпуса г.-м. Веймарна охъ 4 іюля 1840 года, т перекладной чрезъ станйцу Сингилѣевку въ Прочноокопскую5 я хутъ переночевалъ y командира Кубанскаго казачьяго полка подполковника Ендоурова (котораго знавалъ въ Петербургѣ), a на другой день утромъ отправился за Кубань верхомъ, съ конвоемъ изъ 20 казаковъ. Въ то время въ долинѣ Кубанской еще стояла погода осенняя, тогда какъ въ Ставрополѣ давно.уже была настоящая зима. Вблизи станицы Прочноокопской находилось укрѣпленіе того же имени—штабъ-квартира начальника праваго фланга линіи генерала Засса. За Кубанью проѣхалъ я мимо болыпого Армянскаго селенія Армавиръ, и далѣе слѣдовалъ вверхъ по теченію Урупа, вдоль котораго лѣпилось много Нагайскихъ поселковъ. Осмотрѣвъ лѣсъ, сохранившійся еще узкою полосою по берегу рѣки, я убѣдйлся, что онъ скоро исчез- нетъ совсѣмъ, если не будетъ установленъ строгій надзоръ за поль- зованіемъ имъ, какъ казаками, такъ и Нагайцами. Я доѣхалъ до ма- ленькаго укрѣпленія Св. Георгія, построеннаго на правомъ берегу Урупа, верстахъ въ 30 отъ его устья, переночевалъ y воинскаго начальника, a на слѣдующій день вернулся на Кубань ближайшимъ путемъ на станицу Убѣжную, откуда проѣхалъ уже на телѣгѣ въ Прочноокопскую и 4-Г0 декабря возвратился въ Ставрополь съ от- четомъ объ ислолненномъ порученіи. Годичный срокъ жоей командировки на Кавказъ истекалъ въ первой половинѣ февраля. Получивъ 12-го числа этого мѣсяца оффиціальное предписаніе объ отправленіи къ мѣсту моей постоянной службы, я сговорился ѣхать съ Перовскимъ, который отправлялся въ то время въ Петербургъ курьеромъ. Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 53 Въ тѣ времена курьерская подо- рожная имѣла магическое значеніе, и я предпочелъ мчаться, не жалѣя боковъ, па курьерской перекладной, чѣмъ тащиться черепахой и то- миться на грязныхъ почтовыхъ станціяхъ въ ожиданіи лошадей. Отъѣздъ нашъ былъ назначенъ на 15-е февраля вечеромъ. Весь этотъ день прошелъ въ прощальныхъ визитахъ; возвратившись домой вечеромъ, къ самому часу выѣзда, въ надеждѣ найти свой неболь- шой чемоданъ уложеннымъ, я вмѣсто того былъ озадаченъ, увидѣвъ всѣ свои вегци разбросанными по полу комнаты, и на нихъ распро- стертаго моего денщика Попова, мертведки пьянаго. Ничего другого не оставалось мнѣ, какъ самому на-скоро собрать имущество, a моего несчастнаго Попова оставить въ Ставрополѣ въ распоряженіи Кав- казскаго Штаба. При всей безцвѣтности жизни въ Ставрополѣ, я не могъ одна- коже покинуть его безъ .чувства признательности за радушное госте- збі пріимство, оказанное мнѣ тамошнимъ обществомъ, a въ особенности въ домѣ Павла Христофоровича Граббе. Вообще же все годичное мое пребываніе на Кавказѣ оставило въ моихъ мысляхъ неизглади* м.ыя воспоминанія* Природа этого прекраснаго края, разновидные типы его населенія, своеобразная обстановка жизни, поэзія военнаго быта и безчисленныя ощущенія, испытанныя въ теченіи года живо врѣ- залисъ въ м.оей памяти до глубокой староети. СЕМЬЯ ВОЗВРАЩЕНІЕ ВЪ ПЕТЕРБУРГЪ. Походная М.ОЯ жизнь со всѣми ея треволненіями и перипетіями не мѣшала мнѣ поддерживать во все время исправную переписку съ домашними, особенно съ отцомъ и братомъ Николаемъ; изъ Петер- бургскихъ же товарищей я былъ въ постоянныхъ сношеніяхъ съ Горемыкинымъ. Многія перемѣны произошли съ моего отъѣзда на Кавказъ, какъ въ товарищескомъ кружкѣ, такъ и въ семьѣ. На Пасху (26-го марта) дядя Павелъ Дмитріевичъ Киселевъ возведенъ въ граф- ское достоинство; по гвардейскому генеральному штабу, Фроловъ произведенъ въ полковники на открывшуюся вакансію Блома, вы- шедшаго изъ штаба. Оберъ-квартирмейстеръ нашъ Иванъ Ѳедоровичъ Веймарнъ произведенъ 6-го августа въ генералъ-маіоры, съ назначе- ніемъ въ свиту E. В. и оставилъ должность профессора тактики въ Военной Академіи. Должность эту занялъ Фроловъ, вмѣсто котораго адъюнктъ-профессоромъ назначенъ Горемыкинъ. Въ Петербургскомъ оффиціальномъ мірѣ общее вниманіе было занято происходившими въ началѣ іюля празднествами по случаю свадьбы Великой Княжны Маріи Николаевны съ Герцогомъ Макси- мильяномъ Лейхтенбергскимъ, a потомъ, въ августѣ, Бородинскими маневрами, сопровождавшими открытіе, въ день 26-го числа, памят- ника на Бородинскомъ полѣ сраженія. Послѣ грандіозныхъ тор- жествъ по этому случаю, вся Царская фамилія съ цѣлымъ сонмомъ сановниковъ и многочисленною свитою прибыла въ Москву, и здѣсь снова происходилъ рядъ торжествъ и праздниковъ. Въ числѣ ихъ совершилась ю-го сентября закладка храма во имя Христа Спасителя въ память отечественной войны. Это было въ полномъ смыслѣ слова событіе въ домѣ моего отца, который, по своему званію управляю- щаго дѣлами строительной комиссіи, былъ главнымъ распорядите* лемъ и хозяиномъ. По этому случаю въ домѣ его набралась масса дублики, знакомой и незнакомой; хлопотъ было много; церемонія была великолѣпна и все удалось превосходно. Государь остался весьма доволенъ и отецъ мой, въ награду за свои хлопоты, полу- чилъ то, въ чемъ болѣе всего нуждался— денежное пособіе въ 6 ты- сячъ рублей. Собственно въ домѣ отцовскомъ произошли слѣдующія пере- мѣны. Братъ мой Владиміръ поступилъ въ гимназію, выдержавъ успѣшно экзаменъ въ 4й классъ, хотя ему было всего 13 лѣтъ и не смотря на слабыя средства домашней подготовки. Къ младшему брату Борису приставленъ гувернеръ-нѣмецъ. Сестра моя съ огорче* ніемъ должна была разстаться съ M*me Mallet, которая по своимъ семейнымъ обстоятельствамъ (смерти мужа и сына) уѣхала въ концѣ іюля во Францію. Отъѣздъ ея енова поставилъ отда въ болыиое затрудненіе; до пріисканія другой дамы, временно поселилась въ отцовскомъ домѣ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 54 Марія Алексѣевна Бакарева, о которой я уже упо- миналъ не разъ. Единственнымъ для сестры моей развлеченіемъ были поѣздки въ Петровскій паркъ, гдѣ жила на дачѣ бабушка Прасковья Петровна Киселева съ Неѣловыми х). Однакожъ во время великихъ празднествъ въ честь Царской семьи, въ сентябрѣ мѣсяцѣ, пришлось и сестрѣ моей покязаться разъ или два на балахъ. Это были первые выѣзды ея въ свѣгь, которые впрочемъ не доставили ей особеннаго удовольствія; она все еще была застѣнчива/какъ институтка. Въ то время въ Москвѣ находилнсь: дядя графъ П. Д. Киселевъ, братъ мой Николай и пріятель нашъ С. А. Авдулинъ. Первый при* сутствовалъ на Бородинскихъ маневрахъ, потомъ прожилъ въ Москвѣ во все продолженіе пребыванія тамъ Государя, a послѣ того объ- ѣхалъ нѣкоторыя губерніи для осмотра вновь открытыхъ Палатъ Гс- сударственныхъ Имуществъ. Въ этотъ пріѣздъ онъ былъ любезнѣе обыкновеннаго къ родственному кругу, и въ особенности внимате* ленъ и ласковъ къ моей сестрѣ. Братъ Николай пріѣхалъ въ Москву 5-го сентября на короткое время. чтобы развлечься отъ преслѣдовавшей его хандры. Съ отъ- ѣзда моего изъ Петербурга, онъ во всѣхъ своихъ письмахъ жало- вался на удручавшую его пустоту и безцвѣтность жизни Петербургскаго чиновника. Чтобы вырваться изъ этой тины, онъ затѣялъ было новую командировку съ Андр. Парѳ. Заблодкимъ, который посылался отъ Министерства Государственныхъ Имуществъ для изслѣдованія *) Сергѣй Дмитріевичъ Киселёвъ со £воею семьею проводилъ это лѣто въ Останкинѣ. 264- положенія крестьянскаго населенія въ нѣсколькихъ губерніяхъ. Заручившись предварительнымъ согласіемъ своего начальства на эту поѣздку, братъ писалъ мнѣ 24-го февраля: «Еще разъ пожелай мнѣ успѣха. Участіе твое въ каждомъ моемъ дѣлѣ я привыкъ видѣть какъ хорошее предзнаменованіе и, быть можетъ, это одно изъ моихъ суевѣрій»... Однакожъ проектъ этотъ не состоялся; дядюшка Павелъ Дмитріевичъ Киселевъ не призналъ удобнымъ участіе въ означенной командировкѣ чиновника другого Министерства. Къ крайнему своему огорченію, братъ долженъ былъ провести все лѣто въ Петербургѣ, въ одиночествѣ. Хотя онъ и жилъ по прежнему вмѣстѣ съ Н. И. Свѣчинымъ (на новой квартирѣ, на Литейной, противъ Маріинской больницы, въ домѣ Лыткина), но почти никогда не видѣлся со своимъ сожителемъ, вращавшимся совсѣмъ въ особомъ кругу знакомства. Изъ близкихъ друзей многіе разъѣхались на лѣто: Заблоцкій — въ сказанную командировку; вмѣстѣ съ нимъ уѣхалъ и И. П. Арапе- товъ. Братъ ежедневно ходилъ обѣдать въ артель, заведенную въ квартирѣ Заблоцкаго и Любимова; здѣсь, нс смотря на отсутствіе одного изъ хозяевъ, братъ нахъдилъ по крайней мѣрѣ удовольствіе въ бесѣдѣ съ хорошими и умными пріятелями: Любимовымъ, гр, Ив. Толстымъ, Загряжскимъ и другими; по вечерамъ же, возвратив- шись домой, работалъ до глубокой ночи, частію по служебнымъ дѣламъ, частію для нѣкоторыхъ изданій, для которыхъ онъ «подря- дился» (по собственному его выраженію) поставлять статьи. Работы департаментскія въ то время его не интересовали. аЧитаешь подъяче- скія созданія, распутываешь мошенническія увертки, борешься съ . безграмотностію, злонажѣренностію, глупостью — и вотъ встаешь со стула, истративъ послѣднія силы ума, убивъ послѣднюю живость свою»... Такую жизнь называлъ онъ «мизерабелыюю», «une existence manquée». Онъ завидовалъ моей походной жизни и даже сопряжен- нымъ съ нею опасностямъ. Къ такому нравственному упадку духа присоединились еще болѣзненные недуги, котор.мми онъ мучился довольно долго. По совѣту отца, онъ рѣшился наконецъ просить 28дневный отпускъ въ Москву, чтобы сколько-нибудь развлечься и не впасть совсѣілъ въ ипохондрію. Москву онъ любилъ; тамъ онъ отдыхалъ душою и сердцемъ. Въ письмѣ отъ 6 сентября онъ писалъ мнѣ: «Поѣздка въ Москву возвратитъ мнѣ здоровье, успокоитъ морально, освѣжитъ тѣло и душу и дастъ новыя силы на скуку и оди- ночество. Съ Москвою я вижусь всегда съ такимъ душевнымъ на- слажденіемъ, что минуты эти трудно описать. Вся Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 55 Москва для меня есть ни что иное, какъ старый іпкольный другъ й товарищъ. Если бъ ты былъ здѣсь и если бъ наша ужасная потеря *) не отравила намъ радости на всю жизнь, то настоящіе дни были бы для меня полньшъ счастіемъ». Въ другомъ позднѣйшемъ письмѣ (15 января 1840 года) братъ писалъ: «Москва все та же, и чѣмъ болѣе входишь въ лѣта, хѣмъ болѣе оцѣняешь ея добродушіе и сердечность. Непостижимо для меня, какъ всѣ здѣсь помнятъ малѣйшія подробности юности каждаго изъ насъ. Живя здѣсь, какъ-то молодѣешь и отъ воспоми- наній, и отъ разговоровъ, и отъ образа жизни»... Въ Москвѣ братъ Николай съѣхался съ нашимъ пріятелемъ C. А. Авдулинымъ, который, пробывъ тамъ въ іюлѣ мѣсяцѣ около недѣли, отправился къ своему дѣду во Владимірское его имѣніе, a потомъ на Нижегородскую ярмарку, и 27-го августа вторично пріѣхалъ въ Москву. Какъ и въ прежніе свои пріѣзды онъ, разумѣется, нашелъ въ домѣ моего отца самый радушный пріемъ, и въ свою очередь былъ изысканно любезенъ со всею нашею семьею и родственниками. Хотя въ отцовскихъ письмахъ и бывали намеки на особенно любез- ное отноіііеніе его къ моей сестрѣ, однакожъ я былъ совершенно озадаченъ неожиданнымъ извѣстіемъ, полученнымъ 2-го октября въ Тифлисѣ, о помолвкѣ ея съ Сергѣемъ Алексѣевичемъ. іб-го сентября онъ сдѣлалъ предложеніе чрезъ брата Николая, a 17-го, въ день рожденія сестры (которой минуло 17 лѣтъ) отецъ, на могилѣ матери, благословилъ невѣсту и жениха. Объ этомъ семёйномъ событіи извѣстили меня въ тотъ же день отецъ, братъ Николай, сестра и женихъ. Письмо послѣдняго, конечно, было совершенно восторженное, какъ и слѣдовало ожидать отъ человѣка влюбленнаго. Но признаться, полученная неожиданная новость не обрадовала меня. Мнѣ было извѣстно, что объ этомъ семейномъ союзѣ мечталъ еще покойный отецъ Сергѣя Алексѣевича Авдулина; что заговаривалъ онъ объ этомъ и съ покойною нашею матерью; но я никакъ не думалъ, чтобъ дѣло могло осутцествиться такъ внезапно. Сестра, по своимъ понягіямъ о вещахъ житейскихъ, была еще, можно сказать, ребеыкомъ. Рѣшимость, съ которою она такъ легко согласилась на сдѣланнос предложеніе, была почти без* сознательною. Полагаю, что находило раздумье и на отца, судя потому, что онъ не рѣшился дать свое согласіе, не посовѣтовавшись съ ближайшими родственниками Киселевыми. Всѣ они отнеслись къ l) То есть смерть матери въ 1838 году. 266 предположенному браку сочувственно; даже и гр. Павелъ Дмитріе- вичъ, обыкновенно такъ сдержанный въ семьѣ, выказалъ и жениху и невѣстѣ самое любезное вниманіе. Вскорѣ послѣ помолвки, 30-го сентября, женихъ уѣхалъ въ Петербургъ для устройства своихъ дѣлъ по случаю предстоявшей перемѣны въ жизни. Вжѣстѣ съ нимъ уѣхалъ и братъ Николай. Оба они по дорогѣ посѣтили Полторацкихъ, которые приняли очень радушно новаго члена семьи. Гр. Павелъ Дмитріевичъ Киселевъ также возвратился въ Петербургъ. Съ этого времени отношенія его къ брату Николаю замѣтно измѣнились; съ своей стороны и братъ началъ охотно посѣщать дядю и велъ съ нимъ продолжительныя бесѣды глазъ на глазъ. Поѣздка въ Москву оживила брата лишь на короткое время; съ возвращеніемъ въ Петербургъ, онъ снова началъ хандрить, хотя и принуждалъ себя посѣщать знакомыхъ и часто бывалъ въ семьяхъ, родственныхъ Авдулину (Шишмаревы, Манзе). Кромѣ служебныхъ занятій, онъ принялся з^ статистическія работьт, вмѣстѣ съ Заблоцкимъ составлялъ статистическій атласъ Россіи, писалъ статьи для коммерческой библіотеки и проч. C. А. Авдулинъ, устроивъ въ Петербургѣ свои денежяыя дѣла и купивъ домъ (Сенявина, на Англійской набережной), поспѣшилъ возвратиться въ Москву въ началѣ ноября; но въ концѣ года опять ѣздилъ на нѣсколько дней въ Петербургъ. Свадьба была предполо- жена въ январѣ; разсчитывали на мой пріѣздъ къ этому семейному событію. Во всѣхъ письмахъ отца, сестры и другихъ уговаривали меня скорѣе выѣхать съ Кавказа; но я отвѣчалъ категорически, что не могу лаже опредѣлить срокъ своего возвращенія, тѣмъ болѣе, что въ то время еще не ёылъ рѣшенъ окончательно вопросъ о томъ, останусь ли я въ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 56 гвардейскомъ генеральномъ штабѣ, или перейду на Кавказъ. Къ новому году опять пріѣхалъ въ Москву братъ Николай, который писалъ мнѣ (7 января), что съ пріѣздом.ъ туда, онъ снова пустился въ Московскую разгульную жизнь, ежедневно на балахъ, маскарадахъ, въ театрахъ, на обѣдахъ.. Въ отцовскоімъ домѣ шла постоянная суматоха по поводу приготовленій къ свадьбѣ. Отецъ повеселѣлъ; но предстоявшее ему одиночество въ Москвѣ озабочи- вало брата J). !) Въ октябрѣ 1859 года отецъ яой былъ огорченъ болѣзныо близкой родственницы Марш Асоновны Секретаревой, которая вскорѣ н скончалась (^о-го числа). Он-ь былъ съ нею друженъ, можно даже сказать, что изъ всего родства отдовскаго дома Марія АсоновнЛ Секретарева оставалась близкою кт> нашей семьѣ. Самую хлопотливую часть свадебныхъ приготовленій—приданое невѣсты и ея туалетъ—приняла на себя тетка Александра Дмитріевна Неѣлова. Помѣщеніе для молодыхъ на время пребыванія ихъ въ Москвѣ пріискано было y Арбатскихъ воротъ (та же квартира, кото- рую нѣкогда занимали Киселевы, въ домѣ Головкина). Свадьбу справили 17-го января, скромно, въ семейномъ кругу. Отцомъ и маТерью посаженными y невѣсты были дядя Сергѣй Дмитріевичъ Киселевъ и Александра Дмитріевна Неѣлова. Затѣмъ слѣдовали, какъ водится, свадебные обѣды y отца, y молодыхъ, y близкихъ родствен- никовъ. Въ первые же дни молодые извѣстили меня о совершившемся событіи. Новобрачный писалъ съ увлеченіемъ о своемъ счастьѣ; однакожъ и тутъ уже звучала минорная нота—о «церемонности», о «холодномъ обращеніи» молодой жены. Въ письмѣ же брата Николая высказывалось, что «отношенія между молодыми какъ-то не клеятся» (письмо отъ 25-го января). Впрочемъ онъ и ранѣе высказывалъ мнѣ откровенно свои опасенія на счегь будушности, ожидающей нашу сестру и нашего друга. Онъ зналъ слабую черту послѣдняго— тще- славіе. Еще до свадьбы C. А. Авдулинъ высказывалъ желаніе, чтобы жена его блистала въ большомъ свѣтѣ Петербургскомъ. Зная нравы и направленіе этого «свѣта», братъ предсказывалъ, что этотъ путь поведетъ не къ добру. Кромѣ того, брата озабочивало и положеніе отца съ менышши братьями, которые оставались безъ надзора и руководства. О перемѣщеніи же отца въ Петербургъ не могло быть и рѣчи. 31-го января молодые, вмѣстѣ съ братомъ Николаемъ и H. А. Би- биковымъ (о ко.торомъ уже не разъ упоминалось), вздумали сдѣлать сюрпризъ Полторацкимъ въ день рожденія дочери ихъ Софіи: они неожиданно пріѣхали въ Тверь и явились прямо на балъ. Въ это время уже истекъ срокі отпуска брата Николая; но болѣзнь, огь которой онъ все еще не могъ отдѣлаться, заставила его нѣсколько отложить возвращеніе въ Петербургъ. Онъ выѣхдлъ изъ Москвы, вмѣстѣ съ Бибиковымъ, только 15-го февраля, то есть въ тотъ самый день, когда я выѣхалъ изъ Ставрополя. He смотря на бѣшенную курьерскую ѣзду, я достигь Москвы только 20-Г0 февраля, то есть на шестыя сутки. Нужно ли говорить съ какими чувствами обнялись мы и съ отцомъ, и съ сестрою послѣ цѣлаго года разлуки, года обильнаго всякаго рода тревогами, опа- сеніями, заботами. И радостно, и вмѣстѣ съ тѣмъ какъ-то странно, грустно было мнѣ увидѣть мою 17-лѣтнюю сестру, институтку Машу, преобразившуюся въ замужнюю даму. Во всемъ нашеімъ родствен- номъ кружкѣ меня приняли, въ полномъ смыслѣ слова, съ расиро стертыми объятіями. He было конца разспросамъ, иногда весьма наивнымъ. Больпіую перемѣну нашелъ я въ бабушкѣ Прасковьѣ Петровнѣ Киселевой; она видимо слабѣла съ каждымъ днемъ. Въ то время находилась въ Москвѣ тетка моя Елизавета Михайловна Якимова, съ которою я не видѣлся уже много лѣтъ. Только до пріѣздѣ въ Москву узналъ я о полученной мною третьей наградѣ за экспедицію: приказомъ 9-го февраля я былъ про- изведенъ въ капитаны. Эта награда была существенньшъ шагомъ въ моемъ служебномъ положеніи; на цѣлые три года я опередилъ моихъ сверстниковъ. Изъ найденныхъ мною въ Москвѣ писемъ Горемыкина я узналъ, что ген. Головинъ, прибывшій въ то время въ ГІетербургъ, былъ принятъ Государемъ весьма Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 57 благосклонно; на всѣ его ходатай- ства и представленія послѣдовало Высочайшее соизволеніе. Ему самому пожалованъ мундиръ Лейбъ-Егерскаго полка, которымъ нѣкогда онъ командовалъ; ген. Граббе получилъ званіе генералъ- адъютанта. Многіе изъ моихъ гвардейскихъ и штабныхъ товарищей произведены въ слѣдующіе чины, въ томъ числѣ и H. Н. Муравьевъ въ полковники. Но самою выдающеюся наградою было производствоѵ нашего дели-баша Шульца чрезъ чинъ, то есть изъ капитановъ прямо въ полковники. Три раза раненый въ теченіи трехъ мѣсяцевъ, изувѣченный, онъ былъ вполнѣ доволенъ своей судьбой и только мечталъ о новыхъ боевыхъ подвигахъ. Шульцъ въ проѣздъ свой чрезъ Москву познакомился съ моимъ отцомъ, a потсжъ въ Петер- бургѣ съ братомъ Николаемъ, и очень понравился имъ, какъ своею' оригинальн.остію, такъ и теплымъ сочувствіемъ, съ которымъ отно- сился ко мнѣ. Товарищъ и лучшій пріятель мой Горемыкинъ, постоянно сооб- щавшій мнѣ обо всемъ происходившемъ во время моего отсутствія въ нашемъ Петербургскомъ кружкѣ, сталъ въ послѣднее время почему-то сильно хандрить и собирался куда нибудь уѣхать хотя на время. Настоящую причину своего мрачнаго настроенія онъ не выска- зывалъ категорически; но въ письмахъ проглядывало жежду строками что-то романическое. Онъ жаловался на тоску своего Петербургскаго существованія, отговаривая меня отъ моихъ замысловъ перемѣнить службу, самъ мечталъ о переходѣ на Кавказъ, или по- крайней мѣрѣ о временной поѣздкѣ туда и участіи въ военныхъ дѣйствіяхъ. Пріѣздъ ген. Головинавъ Петербургь облегчилъ исполненіе этихъ проектовъ. Горемыкинъ почему-то пользовался расположеніемъ Евгенія Александровича и, по предложенію его, рѣшился ѣхать вмѣстѣ съ нимъ на Кавказъ, подъ видомъ отпуска для поправленія здоровья, но съ надеждою попасть въ одинъ изъ дѣйствующихъ отрядовъ. Отъѣздъ Головина былъ назначенъ на 25 марта. Горемыкинъ торопилъ меня возвратиться до этого времени въ Петербургъ, чтобы лично перего- ворить со мною Q разныхъ служебныхъ и частныхъ вопросахъ. Онъ продолжалъ уговаривать меня принять оставленную имъ должность старшаго адъютанта въ гвардейскомъ генеральномъ штабѣ. Пробывъ въ своей семьѣ почти цѣлый мѣсяцъ, вполнѣ оправив* шись и тѣломъ, и духомъ, я выѣхалъ изъ Москвы і8-го марта, ровно черезъ годъ, день въ денъ, по выѣздѣ оттуда на Кавказъ, a 22- го числа прибылъ въ Петербургъ, гдѣ засталъ еще и Горемыкина и E. А. Головина. ПРИЛОЖЕНІЯ КЪ ВОСПОМИНАНІЯМЪ 0 за 1839—1840 годы. КАВКАЗЪ ПОЯСНЕНІЕ ПРИЛОЖЕННОЙ КАРТЫ А. Къ воспоминаніямъ моимъ о Кавказѣ за 1839 годъ приложена общая карта подъ литерою А, съ тою цѣлью, чтобы наглядно изо- бразить тогдашнее административное устройство края и положеніе Русской власти въ разныхъ его частяхъ. Въ ту эпоху сравнительно недавняго еще распространенія Русскихъ владѣній новыми пріобрѣ- теніями отъ Персіи и Турціи, по трактатамъ Туркманчайскому 1828-го года и Адріанопольскому 1829-го, административное устрой- ство Закавказья. находилось, можно сказать, въ эачаточномъ состояніи. По мѣрѣ ирисоединенія вновь завоеванныхъ областей, уста- новлялось въ нихъ временное управленіе въ самыхъ разнообразныхъ формахъ; a на сѣверной сторонѣ Кавказскаго хребта, при шаткости горскагр населенія, положеніе Русской власти подвергалось частымъ измѣненіямъ. Чрезъ это карта Кавказа того времени представляла такую пестроту, о которой невозможно составить себѣ понятіе по новѣйшимъ картамъ. Вотъ почему и счелъ яне лишнимъ на означенной картѣ A изобразить положеніе Русской власти въ разныхъ частяхъ края условными цвѣтами, значеніе которыхъ указано на самой картѣ. Но указаніе это необходимо дополнить нѣкоторыми поясне* ніями. Высшая власть во всемъ Кавказскомъ краѣ сосредоточивалась въ лицѣ Командира отдѣльнаго Кавказскаго Корпуса, носившаго также и званіе Главноуправляющаго гражданскою частію въ Грузіи, Кавказской и Армянской областяхъ. Мѣстопребываніе его въ Тиф- лисѣ. Корпусному командиру были подчинены: і) Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 58 Командуюгцій вой- сками Кавказской линіи и Черноморіи, онъ же и Начальникъ Кав- казской области; 2) Начальникъ Черноморской береговой линіи и 3) Командующій войскажи въ Сѣверномъ Дагестанѣ. Сѣвериъш Кавкіт. Обширная равнина ліежду Азовскимъ и Каспійскимъ морями, отъ границъ Донского казачьяго войска и Астра- ханской губерніи до Кубани и Терека, заключала въ себѣ: приле- жащія къ Азовскому морю земли Черноморскаго казачьяго войска и область Кавказскую. Передовая полоса этой послѣдней области занята была Линейнымъ казачьимъ войскожъ. Земли казачьи имѣли различное протяженіе въ глубину области. Мѣстопребываніе главнаго Начальника Области Кавказской и Черноморіи— Сгаврополь. Обширная Область Кавказская дѣлилась на четыре уѣзда: Ста- вропольскій *), Пятигорскій, Моздокскій и Кизлярскій. Въ уѣздахъ введено было гражданское управленіе, но съ нѣкоторыми отступле- ніями отъ общеустановленнаго положенія, примѣнительно къ особенностямъ мѣстнымъ. Всѣ четыре уѣздныхъ города были окружены землями казачьими, не входившими въ составъ уѣздовъ. Значительная часть Области была занята магометанскимъ полукочевымъ населе- ніемъ Нагайцевъ, Каранагайцевъ, Туркменъ и Калмыковъ. Населеніе это оставалось въ своемъ первобытномъ состояніи, управлялось по своимъ народнымъ обычаяадъ, подъ надзоромъ Русскихъ приставовъ, a въ высшей инстанціи состояло въ вѣдѣніи Министерства Государ- ственныхъ Имуществъ. Какъ Черноморское, такъ и Линейное казачьи войска управля- лись своими атаманами. Въ 1839 году должности эти занимали ген.-л. Завадовскій ' и ген.-м. Рудзевичъ. Мѣстопребываніемъ ихъ управленій были Екатеринодаръ и Ставрополь. Въ Черноморскомъ войскѣ конные полки и пѣшіе баталіоны комплектовались такимъ же порядкомъ, какъ въ войскѣ Донскомъ; въ Линейномъ же войскѣ— полки (исключительно конные) имѣли постоянный составъ, въ опре- дѣленныхъ территоріальныхъ границахъ, и были расположены въ слѣдующемъ порядкѣ (начиная отъ границы Черноморскаго войска): Кавказскій, Кубанскій, Ставропольскій, Хоперскій, Волжскій, Горскій, Моздокскій, Гребенской и Кизлярскій. Каждый полкъ несъ службу въ своемъ участкѣ кордонной линіи, нижнее теченіе Кубани составляло участокъ Черноморскихъ казаковъ. Въ военномъ отношеніи Кавказская линія и лежащее впереди ея пространство, обитаемое туземными племенами^ дѣлились на нѣ- сколько отдѣловъ. Въ каждомъ отдѣлѣ на начальствующаго генерала возложены были распоряженія по охраненію линіи, мѣры къ удерг) Уі,з;п. этот'і. iu)'icMv-T(j нааыіѵдлся »Округо.мі>>>. жанію въ повиновеніи покорнаго или мирнаго туземнаго населенія и военныя дѣйствія противъ враждебныхъ племенъ. Для исполненія такихъ обязанностей начальнику отдѣла подчинены были располо- женные въ его раіонѣ регулярныя войска и казачьи полки *). Отдѣлъ Черноморской кордоннойш линіи, какъ уже сказано, состоялъ въ вѣдѣніи Атамана Черноморскаго казачьяго войска. Изъ Закубан* скаго населенія, въ предѣлахъ означеннаго отдѣла, считались мирными только ближайшіе къ Кубани аулы Бжедуховъ, и Гатюкойцевъ, a также ближайшая къ устьямъ Кубани часть Натухайцевъ (Натхо- Куаджъ), которые впрочемъ включены были въ раіонъ Черномор- ской береговой лйніи. Затѣмъ все остальное, многочисленное и воинственное населеніе обоихъ склоновъ горнаго хребта (Шапсуги и Абадзехи) принадлежало къ числу наиболѣе враждебныхъ намъ племенъ. Правый флатъ Кавказской линіи простирался по Кубани отъ границы Черноморскаго-войска до Каменнаго моста въ верховьяхъ Кубани (близъ укрѣпленія Хумаринскаго), на протяженіи около 300 верстъ. Кордонная линія въ предѣлахъ этого отдѣла была охра- няема четырьмя полками Кавказскаго Линейнаго казачьяго войска: Кубанскимъ, Кавказскимъ, Ставропольскимъ и Хоперскимъ. Мѣстопребываніе Начальника Праваго фланга было въ крѣпости Прочноокопской 2). Въ 1839 году должность эту занималъ ген.-л. Зассъ, о которомъ было уже упоминаемо въ моихъ воспоминаніяхъ. За Кубанью, въ предѣлахъ Праваго Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 59 фланга, простирается об- ширная равнина до подошвъ горъ. Часть ея между Кубаныо и Большой Лабой, совершенно открытая, занята была рѣдкимъ насе- леніемъ покорныхъ Нагайцевъ; западнѣе же Б. Лабы отроги горъ приближаются къ Кубани, мѣстность становится лѣсистѣе и насе- леніе, принадлежащее къ племени Адыге (которое собственно и на- зывается y насъ Черкесами) 3), было не только непокорно Русской власти, но болынею частію враждебно; въ особенности Абадзехи, о которыхъ уже упомянуто выше. Въ самыхъ л^е горахъ, по верховьямъ рѣкъ,. вытекающихъ изъ главнаго Кавказскаго хребта, западнѣе Ку- Войска и казаки лодчинялись Начальнику отдѣла только по ихь службѣ и участію въ воен- ныхъ дѣйствіяхъ; по внутреннему же устройству и хозяйству регулярные полки входили въ составъ дивизій, a казаки оставались въ вѣдѣніи своихъ Атамановъ. 3) Послѣ 1839 года крѣпость эта была упразднена, также какъ и другія, существовавшія при нѣкоторыхъ казачьихъ сханицахъ укрѣпленія. 3) Непосредственно за Лабой населеніе это извѣстно было подъ разными мѣстными назва- ніями: Кемюргои. Мохошъ, Бесленои и др. бани, гнѣздилось населеніе Абазинское, подраздѣленное на многіе обшества или роды 1); a верховья Кубани занимали Карачаевцы, нѣ- когда подчинявшіеся Кабардинцамъ и давно уже (съ 1822 г.) при- знававшіе себя покорными Россіи. Въ двадцатыхъ годахъ (прй ген. Эмануэлѣ) возведено было за Кубанью нѣсколько укрѣпленій, въ видахъ обезпеченія линіи отъ безпокойнаго туземнаго населенія; но большая часть этихъ укрѣ- пленій была упразднена въ тридцатыхъ годахъ (ген. Вельяминовымъ) и къ 1839 году оставались за Кубаныо только три: Георгіевское— наУрупѣ, верстахъ въ 25 отъ Прочнаго окопа; Вознесенское 2)—на р. Чамлыкѣ, верстахъ въ 30 впереди Георгіевскаго, и Ярсаконское— на р. Большомъ Земчукѣ, впереди станицы Бѣломечетской, верстахъ въ ю отъ Кубани. Въ 1839 году прибавилось еще четвертое—на правомъ берегу Большой Лабы, верстахъ въ іб западнѣе Вознесен- скаго, названное сначала Аржипскимъ, a потомъ переименованное въ Зассовское. Всѣ эти укрѣпленія, по своимъ размѣрамъ и слабой про- фили, не могли имѣть никакого значенія и даже не были безопасны отъ нападенія горцевъ. Центръ Кавказской линіи имѣлъ небольшое протяженіе: по кордону отъ Верхней Кубани (у Хумаринскаго укрѣпленія) до впа- денія Малки въ Терекъ—около 180 верстъ. Протяженіе это охраня- лось*двумя Линейными казачьими полками—Волжскимъ и Горскимъ. Мѣстопребываніе Начальника Центра—Нальчикъ, главный пунктъ Болыиой Кабарды. Постъ этотъ занималъ въ 1839 году ген.-л. князь Голицынъ. Центръ Кавказской линіи былъ самою мйрною и спокойною частію ея. Впереди кордонной линіи входили въ предѣлы Центра только Большая Кабарда и сосѣднія съ нею къ югу небольшія гор- скія общества: Чегемъ, Балкаръ и Дигоръ. Было время, когда Ка- бардинскій народъ господствовалъ на обширномъ пространствѣ по обѣимъ сторонамъ Кубани, Малки и Терека, отъ хребта Кавказскаго до Егорлыка и Маныча, a къ востоку граничилъ съ Кумыками. До сихъ поръ сохранились въ названныхъ горскихъ обществахъ слѣды прежней зависимости ихъ отъ Кабардинцевъ. Какъ извѣстно, народъ 1) На нашихъ картахъ значилнсь; Баракаевды (или Баракаи), Багъ, Шахшреи, Гамъ. Кизыл- баши, Бѣглые Кабардинцы, Башилбаи, Басхохъ и другіе. Но всѣ зти наименованія не имѣютъ зна- ченія этнографическаго; нѣкоторыя, какъ напримѣръ Бѣглые Кабардинцы, едва-ли даже извѣстны туземцамъ. 2) На нѣкоторыхъ картахъ показывалось подъ наименованіемъ «Новодонского». этотъ исповѣдывалъ христіанскую вѣру и съ давнихъ ' временъ былъ въ сношеніяхъ съ Москвою; a при Іоаннѣ Грознсжъ принялъ добро- вольно подданство Царю, который вступилъ въ бракъ. съ княжною Черкесскою (т. е. Кабардинскою). Но появленіе Турокъ на Кавказѣ нанесло ударъ господству Кабардинцевъ, совратило ихъ въ мусуль- манство и прервало надолго сношенія ихъ съ Россіею. Въ концѣ XVIII вѣка (.177 L г.) .прислана была къ Императрицѣ Екатеринѣ II Кдбардинская депутація съ просьбою объ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 60 отмѣнѣ постройки крѣ- пости въ Моздокѣ и водворенія тамъ казаковъ. Домогательство это, конечно, не было уважено, a вслѣдъ за тѣхмъ, въ 1774 году, помиру Кучукъ-Кайнарджійскому, Порта признала Кабарду иодвластною Россіи. Въ началѣ XIX столѣтія страну эту постигло страшное бѣд- ствіе; чума, свирѣпствовавшая нѣсколько лѣтъ сряду, истребила зна- чительную часть населенія. Въ 1812 году Кабарда снова принесла присягу Русскому правительству; но чрезъ десять лѣтъ (въ 1822 г.) вспыхнуло возстаніе, которое пришлось усмирить оружіемъ. Съ тѣхъ поръ покорность Кабарды не была нарушаема. Русскимъ правитель- ствомъ дано ей самоуправленіе, основанное на народномъ бытѣ и обычаяхъ, подъ руководствомъ Русскихъ мѣстныхъ начальниковъ. Для пэддержанія же въ краѣ спокойствія и порядка приняты такія м.ѣры, что Ка^ардинцы, какъ наиболѣе цивилизованные и развитые изъ всего туземнаго населенія Кавказа, не могли не понять, ' какъ было бы съ ихъ стороны неразумно и безцѣльно всякое проявленіе непокорности предъ Русскою силою. Обезпеченіе спокойствія въ Центрѣ Кавказской линіи имѣло особенную важность потому, что здѣсь пролегаетъ главный путь сообщенія Россіи съ Закавказьемъ. Собственно чрезъ Кабарду про- легаетъ только часть военно-грузинской дороги, отъ Малки до рѣчки Дурдуръ, на протяженіи около 6о версгь. Далѣе она входитъ въ раіонъ Владикавказскаго округа. Владикавказскій округъ представлялъ какъ бы передовой. отдѣлъ Центра Кавказской линіи, разросшійся изъ первоначальнаго скром- наго управленія Владикавказскаго коменданта. Начальникомъ округа въ 1839 году былъ полковникъ (а вскорѣ потомъ генералъ-маіоръ) Нестеровъ. Округъ былъ весьжа не обширный. Въ предѣлахъ его про- легала военно-грузинская дорога отъ рѣчки Дурдуръ до ущелья Дарьяльскаго, на протяженіи 66 верстъ. Дорога охранялась Малорос- сійскимъ казачьимъ полкомъ, только что переселеннымъ сюда и по* ложившимъ начало • будущижъ двумъ Владикавказскимъ полкамъ Линейнаго казачьяго войска.. Въ описывасмоб время Ліалороссійскіс казаки занимали посты вдоль всей дороги, но еще не были вполнѣ поселены; только что отводились для нихъ участки земли узкою по- лосою гто обѣимъ сторонамъ дороги. Въ округъ Владикавказскій входила большая часть Осетинскаго населенія (Алагирцы, Куртатинцы, Тагаурцы) и Ингушевскаго (Наз- рановцы, Карабулаки, Галашевцы, Галгаи, Джераховцы, Кисты). Все это населеніе признавалось покорнымъ и управлялось по народному обычаю подъ надзоромъ Русскихъ приставовъ. Лѣвыіі ф.шнгъ Кавказской линіи простирался по кордонной линіи, т. е. по теченію Терека, на 260 верстъ, заключая въ себѣ участки трехъ линейныхъ казачьихъ иолковъ: Моздокскаго, Гребенского и Кизлярскаго. За Терекомъ раіонъ отдѣла простирался до Андійскаго хребта (вѣтви главнаго Кавказскаго хребта, отдѣляющейся отъ горы Барбало въ сѣверо*восточномъ направленіи) и до низовій рѣки Çyлака. Мѣстопребываніе начальника Лѣваго фланга было въ кр. Грозной, на р. Сунжѣ. Должность эту занималъ въ 1839 году ген.-м. Клюки-фонъ-Клугенау; но по случаю предгтринятой тогда экспедиціи генералу Клугенау было поручено начальство въ сѣверномъ Даге- станѣ, a начальникомъ Лѣваго фланга былъ назначенъ ген.-м. Пулло. Изъ туземнаго населенія за Терекомъ признавались вполнѣ по- корными Малая Кабарда, Кумыки и ближайшіе Чеченскіе. аулы по правому берегу Терека и по обоимъ берегамъ Сунжи. Малая Кабарда всегда держала себя за-одно съ Большою Кабардою; здѣсь въ осо- бенности гіреобладалъ аристократическій строй; очень значительная часть пространства Малой Кабарды закрѣплена была на правахъ соб- ственности за вліятельною фамиліею князей Бековичей-Черкасскихъ. To же аристократическое начало господствовало y Кумыковъ, занимающихъ открытую равнину между низовьями Терека и Сулака. Принадлежа къ числу наиболѣе культурнаго туземнаго населенія, Кумыки признали себя подвластными Московскому. Царству еще въ царствованіе Ѳедора Іоанновича и Бориса Годунова; но въ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 61 теченіи послѣдующаго времени неоднократно приходилось Русскимъ вой- скамъ усмирять возстанія и безпорядки среди Кумыковъ. Въ XIX сто- лѣтіи они составляли самую спокойную и ггокорную часть Кавказ- скаго населенія. Чеченскіе аулы по Тереку и Сунжѣ состояли подъ надзоромъ Русскихъ приставовъ и ближайшихъ военныхъ начальниковъ, обло- жены были легкою податью (по г руб. съ дыма) и несли нѣкоторыя повинности натурою, въ томъ числѣ содержаніе постовъ вдоль Сунжи. Вынужденная покорность и спокойствіе этихъ ауловъ, конечно. не препятствовали имъ поддерживать сношенія со своими за-Сунжан- скими соплеменниками. і Среди мирнаго населенія Лѣваго фланга существовали въ 1839 году четыре укрѣпленныхъ пункта, построенныхъ еще Ермо- ловымъ въ началѣ двадцатыхъ годовъ: крѣпости Грозная и Внезапная, укрѣпленія Амиръ-Аджи-юргь (прикрывающее переправу чрезъ Те- рекъ) и Горячеводское. Кромѣ Внезапной, прочія три укрѣпленія, не исключая и Грозной, представляли такую ничтожную силу обо- роны, что не могли считаться обезпеченными даже отъ открытаго нападенія горцевъ *). За исключеніемъ указанныхъ Чеченскихъ ауловъ на Терекѣ и Сунжѣ, вся остальная Чечня была въ тридцатыхъ и сороковыхъ го- дахъ подъ властію Шамиля и относилась къ Русски-мъ крайне вра- ждебно. Даже сосѣднія съ Кумыками небольшія общества Аухов- цевъ, КачкалыковцЁвъ, Мичиковцевъ, по временамъ выдававптія себя за мирныхъ и даже обложенныя податью, наравнѣ съ Сунжанскими аулами сбросили съ себя личину и стали явно въ ряды нашихъ враговъ. Вся лѣсистая равнина за Сунжею до Черныхъ (т. е. лѣсистыхъ) горъ дѣлилась рѣкою Гойтою, притокомъ Сунжи, на Малую Чечню и Большую. Собственно на этомъ только пространствѣ и происхо- дили въ • тѣ времена наши такъ называемыя экспедиціи. Отряды наши, подъ предлогомъ наказанія тѣхъ или другихъ ауловъ за враждебныя ихъ дѣйствія, вторгались въ доступныя мѣстности, преимущественно въ зимнее время, раззоряли страну, рубили просѣки въ лѣсахъ и уходили безъ всякаго положительнаго результата, оставляя за собою раздраженное, озлобленное населеніе. Таково было и предпринятое генераломъ Пулло, въ зиму съ 1839-го на 1840 годъ, движеніе вдоль плоскости Чеченской; при этомъ забирались отъ ауловъ аманаты, ружья 2), скотъ, какъ будто для того, чтобы еще болѣе ожесточить и безъ того враждебное намъ населеніе. Таковъ былъ нашъ образъ дѣйствій въ ближайшей къ линіи плоской части Чечни. Горная полоса была тогда еще недоступна для J) Подтвержденіемъ тойу служитъ ночное нападеніе горцевъ на Амиръ-Аджи-юртъ въ 1824 году. Укрѣпленіе это было взято и весь гарнизоыъ истребленъ. Возведенное послѣ того на тоыъ же мѣстѣ новое укрѣпленіе быдо немногииъ лучше прежняго. 2) Отбиралось только по одному ружыо съ каждыхъ ю саклей. Могло ли это принести намъ какую нибудь пользу? насъ. Самое сильное Чеченское населеніе въ горахъ — Ичкеринцы — занимало верхнія долины Баса, Хулхулау, Аксая, Ямансу, Ярыкъ-су. Къ западу отъ Ичкеріи, въ суровыхъ котловинахъ обоихъ Аргуновъ (Шаро-Аргунъ и ЧантыАргунъ),. обитало населеніе Кистинскаго пле- мени: Шатойцы, Шубузы, Чарбили и другія небольшія общины, обособленныя самою природою отъ всѣхъ сосѣдей и вполнѣ намъ чуждыя. Такимъ образомъ на всемъ протяженіи сѣвернаго Кавказа, за исключенівіМъ лишь центральной части, только ближайшая къ кор- донной линіи часть туземнаго населенія могла признаваться поксрною и подчинялась Русскому военному начальству,- Остальное населеніе, не только горное, но и на лѣсистыхъ равнинахъ, было враждебно намъ. Принимаемыя Русскимъ начальствомъ всенныя мѣры носили характеръ оборонительный; главною цѣлью ихъ было обезпеченіе линіи и сообщеній съ Закавказьемъ. Если и предпринимались наступательныя дѣйствія, то они имѣли значеніе временнаго наказанія той или другой части непокорнаго населенія, не оставляли по себѣ ни- какихъ положительныхъ слѣдовъ и нисколько не способствовали утвержденію въ краѣ Русскаго владычества. Къ линіи Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 62 Кавказской^примыкали: съ загтада—Черноморсжая бе- реговая линія, съ востока—Дагестанъ. Черноморскал береювал лингл, только что устроенная въ тридцатыхъ годахъ, состояла изъ ряда отдѣльныхъ малыхъ укрѣпленій на самомъ берегу моря, на протяженіи около 280 верстъ, отъ устья Кубани до границы Абхазіи y Гагръ. Мѣстопребываніе Начальника Черномор- ской береговой линіи и его управленіе находилось въ Керчи, т. е. внѣ предѣловъ Кавказа. Должность эту занималъ ген.-л. Раевскій. По Адріанопольскому мирному дог0вору 1829 года Турція отказалась отъ своихъ правъ на восточный берегъ Чернаго моря; но прибрежное горское населеніе: Шапсуги, Убыхи, Джигеты и прочія мелкія нагорныя общества воспротивились признанію надъ собою владычества Россіи и упорно отстаивали свою независимость. Турки и другіе наши европейскіе враги, подъ предлогомъ торговли съ гор- цами, возбуждали ихъ кз сопротивленію, снабжали ихъ оружіемъ и порохомъ. ^Съ цѣлью прекращенія этихъ вредныхъ для насъ сношеній, учреждено было вдоль берега крейсерство и устроена Черно-, морская береговая линія, состоявшая изъ слѣдующихъ 13 укрѣ- шіеній: •Джемитейское — на косѣ Кизылташскаго залива при устьѣ Кубани. Анапа — прежняя Турецкая крѣпость, взятая кн. Меншиковымъ въ 1829 году. ІІовороссійскъ—также бывшая Турецкая крѣпость Суджукъ-кале, въ глубинѣ Цемесской бухты. Геленджикъ—на берегу бухты того же названія. Новотроицкое—при заливѣ Пшадъ. іМихайловское—при устьѣ Вулана. Тенгинское—при устьѣ Шапсуго. Вельяминовское—при устьѣ Туапсе. Лазарево—при ѵстьѣ Псезуапе. Головинское—при устьѣ Шахе. Навагиаское—при устьѣ Сочи. Св. Духа — гіри устьѣ Мдзимпты (близъ мыса Адлеръ), и нако- нецъ Гагры— преграждающее проходъ между моремъ и крутымъ об- рывомъ горной вѣтви, замыкающей Абхазію съ сѣвера. За исключеніемъ Анапы, Новороссійска и Гагръ, всѣ прочія укрѣпленія были расположены при устьяхъ горныхъ рѣчекъ, стека- юіцикъ съ главнаго хребта Кавказскаго, въ странѣ, населенной вра- ждебными намъ горцами и безъ всякаго другого сообщенія, кромѣ морского; a потому гарнизоны укрѣпленій оставались большую часть года совершенно изолированными, a при климатическихъ условіяхъ мѣстности подвергались чрезвычайно сильной болѣзненности и смерт- ности. Возложенное на Черноморскій флотъ крейсерство оказывалось мало дѣйствительнымъ: парусныя военныя суда держались обыкновенно въ такомъ разстояніи отъ берега, особенно въ свѣжую по- году, что Турецкія кочермы, лепсо ускользая отъ крейсера, безна- казанно сообщались съ горцами, тогда какъ гарнизоны нашихъ укрѣ- пленій, отрѣзанные огъ всего остального міра, бьтли ■ въ постоянной . блокадѣ. Во многихъ пунктахъ надъ укрѣпленіями господствовали высоты ближе ружейнаго выстрѣла; выходить наружу было не безо- пасно на самое близкое разстояніе. Къ тому же и въ отношеніи фортификаціонномъ, укрѣпленія имѣли такую слабую оборону, что можно было ежеминутно опасаться нападенія • горскихъ скопищъ, что вскорѣ и осуществилось: съ февраля 1840 года начался разгромъ жалкой Черноморской береговой лиціи; первыя нападенія были произведены такъ неожиданно и быстро, что три укрѣпленія: Лазарево, Вельяминовское и Михайловское одно за другимъ были истреблены съ гарнизонами своими, прежде чѣмъ можно было подать помоіпь десантными войсками. Даіестанъ (въ иереводѣ «Горная страна»), какъ уже сказано, отдѣлялся отъ раіона Лѣваго фланга Кавказской линіи водораздѣль- нымъ хребтомъ Андійскимъ и рѣкою Сулакомъ, образуемою изъ со* единенія всѣхъ четырехъ горныхъ рѣкъ, извѣстныхъ y насъ подъ названіемъ Койсу (Андійскаго, Аварскаго, Кара-Койсу, Казы-кумык- скаго). Однакожъ къ Дагестану причислялось и Салатау (Салатавцы), хотя это племя находится на лѣвой сторонѣ Сулака и на сѣверномъ склонѣ Андійскаго хребта. Южную границу Дагестана съ Закавказ- скимъ . краемъ составляетъ главный (водораздѣльный) Кавказскій хребетъ. Внутреннимъ Дагестаномъ (или Нагорнымъ no преимуществу) принято y насъ называть собственно суровую котловину, заклю- чаюшую въ себѣ долины всѣхъ четырехъ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 63 названныхъ выше Койсу. Эта часть Дагестана населена почти исключительно Лезгинскимъ племенемъ, рѣзко отличающимся отъ всѣхъ другихъ обитателей Кавказа и наружными чертами, и языкомъ, и нравственными свой- ствами. Прибрежная же полоса Дагестана (собственно Прикаспійскій край) гораздо менѣе гористая, болѣе доступная, заселилась смѣсью разныхъ народовъ: Лезгинъ, Аравитянъ, Персіянъ, Татаръ и другихъ. Всѣ послѣдовательно смѣнявшіеся здѣсь завоеватели оставили по себѣ болѣе или менѣе замѣтные до сихъ поръ слѣды. Въ той же прибрежной полосѣ Дагестана положено было осно- ваніе и Русскаго владычества ранѣе, чѣмъ въ другихъ частяхъ горъ. He говоря о сношеніяхъ владѣтелей Дагестана съ Русскими Царями въ XVI и XVII столѣтіяхъ х)} вспомнимъ походъ Петра Великаго, имѣвшій результатомъ завоеваніе всего прибрежья Дагестана. Хотя завоеванія эти были возвращены Персіи въ царствованіе Императрицы Анны Іоанновны (1735 г.), однакожъ въ кондѣ XVIII столѣтія и въ началѣ ХІХ-го окончательно утвердилось владычество Россіи во всей прибрежной полосѣ Дагестана. Въ ту эпоху, къ которой относятся мои воспоминанія, Дагестанъ не составлялъ цѣльной административной единицы и состоялъ изъ многихъ мелкихъ ханствъ .или вольныхъ обществъ, изъ которыхъ ' !) Вь 1638 году даиа Ц-лрскля грамоті плалѣтелто Кѵмыкскому и Тарковскомѵ Сурхай-Мирзѣ, «ринявшему полданство Россіи. нѣкоторые считались покорными Русской власти, a другіе непокор- ными и фанатически преданными мюридизму. Въ сѣверномъ Дагестанѣ покорными можно было тогда призна- вать владѣніе Шамхала Тарковскаго, ханства Мехтулинское и Авар- ское, которыя управлялись по своимъ народнымъ обычаямъ, подъ надзоромъ Русскихъ приставовъ и подъ главнымъ завѣдываніемъ Командуюшаго войсками въ Сѣверномъ Дагестанѣ, имѣвшаго пре* бываніе въ Темиръ-Ханъ-Шурѣ, на равнинѣ Тарковской. Мѣстопре- бываніемъ же названныхъ владѣтелей были: Шаглхала Тарковскаго — Кафыръ-кумыкъ, хана Мехтулинскаго— Дженгутай, хана Аварскаго— Хунзахъ. Въ числѣ покорныхъ считались также Салатавцы и Койсубу- линцы; но я долженъ исключить ихъ изъ этой категоріи, въ виду ихъ открытой враждебности въ 1839 году. Только немногіе изъ Койсубулинскихъ^ ауловъ не подчинялись власти Имама; прочіе были въ числѣ самыхъ горячихъ, фанатичныхъ его приверженцевъ. Въ среднемъ Дагестанѣ — городъ Дербентъ, прежняя сильная крѣпость Персидская, два раза взятая съ боя Русскими войсказш (въ 1722 г. Петромъ Великимъ и въ 1796 г, ген. Зубовымъ) и окон- чательно присоединенная къ Россіи въ 1813 году по Гюлистанскому договору съ Персіей, получила огь Русскаго правительства город- ское устройство, подъ управленіемъ Начальника округа Дербент* скаго. Въ составъ этого округа вошли нѣкоторыя ближайшія ту- зем.ныя общества (Башлы, Гамри-Озень, Терекеме, Нижній Табаса- рань), управляемыя по кароднымъ обычаямъ, подъ вѣдѣніемъ Окруж- ного Начальника. Къ числу покорнаго населенія Средняго Дагестана, управляемаго чо народному обычаю, подъ надзоромъ Русскихъ военныхъ приста‘ вовъ; жожно причислить два ханства: Казы-Кумыкское и Кюрипское, бывшее владѣніе Уцмія Каракайтахскаго, и вольныя общества: Верхній Табасарань, Сюрги, Цудахара, Акуша, Андаляль. Обшества эти, также какъ и другія, признаваемыя покорными или мирными, не всегда были безупречны въ своемъ поведеніи въ отношеніи Русской власти; но случавшіяся въ средѣ ихъ по временамъ проявленія непо* корности и своеволія не даютъ повода къ тому, чтобы отнести ихъ жъ разряду непокорныхъ или враждебныхъ, тѣмъ болѣе, что въ тотъ годъ, къ которому относятся мои замѣтки, названныя общества дер- жались совершенно спокойно. Затѣмъ всѣ остальныя, не поименованныя общества внутренняго или нагорнаго Дагестана, должны быть отнесены къ категоріи непо- корныхъ и болѣе или менѣе враждебныхъ намъ. Перечислю ихъ въ порядкѣ занимаемыхъ ими мѣстностей, по долинамъ рѣкъ, подъ тѢми наименованіями, подъ которыми онѣ были намъ извѣстны, не ручаясь впрочемъ за Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 64 правильность этихъ названій, иногда крайне искажаемыгь въ нашемъ русскомъ переложеніи х). Въ долинѣ Андійскаго Койсу, слѣдуя отъ низовій рѣки къ вер- ховьямъ, обитали: Койсубу, Гумбетъ, Анди, Кіаляль (Карата тоже), Ункратль, Тиндаль, Богосъ, Дидо (въ самой верхней котловинѣ, при- мыкающей къ водораздѣльному хребту). Въ долинѣ Аварскаго Койсу— сосѣдній съ Аварскимъ ханствомъ, Хидатль; выше по долинѣ—Анкратль. Въ долинѣ КараКойсу—Карахъ, Мукратль, Тхесерухъ. Наконецъ въ числѣ непокорныхъ показаны на картѣ обитающія въ самыхъ верховьяхъ Самура четыре малыя общества: Рутуль, Ахты, Алтыпара и Докузпара; здѣсь Русская власть была возстановлена въ 1839 году Дагестанскимъ отрядомъ, подъ личнымъ начальствомъ Корпусного Командира ген. Головина. Результатомъ этой экспедиціи было возведеніе здѣсь новаго укрѣпленія Ахты. Самая южная часть Прикаспійскаго края, то есть треугольное пространство между морскимъ берегомъ и пониженною оконечностію главнаго хребта Кавказскаго, южнѣе Самура, составляла бывшее ханство Кубинское, присоединенное къ Россіи по Гюлистанскому миру съ Персіей въ 1813 году подъ яазваніемъ провинціи Кубин- ской. Но эта часть Прикаспійскаго края входила уже, въ административномъ отношеніи, въ составъ Закавказья. Закавказье—представляло въ описываемую эпоху нестройное сое- диненіе поступившихъ добровольно въ подданство Россіи двухъ Царствъ: Грузинскаго и Имеретинскаго, съ разноплеменными и раз- нородными владѣніями и областями, отторгнутыми отъ Персіи и Турціи. Царство Грузинское, состоявшее изъ Карталиніи (отъ которой произошло и самое названіе Грузинъ Картвеланами), Кахетіи и Сомхетіи, получило гражданское управленіе, во главѣ котораго поста- вленъ бьтлъ Командиръ отдѣльнаго Кавказскаго Корпуса; при немъ учреждено «Верховное Грузинское Правительство», заключавшее въ Привожу эти назвішія въ томъ соибраженіи, чго онѣ уже не показываются на новыхъ кар- тахъ Кавказа, a потому со времене.мъ не легко будетъ слѣдить за ходомъ дѣлъ ъч, Дагестанѣ въ эпоху окончательнаго ѵтвержденія Русскаго владычества въ томъ краѣ. себѣ три «Экспедиціи» (или отдѣленія): исполнительное, казенное и судебное, такъ что въ немъ сосредоточёны были функціи Губерн* скаго правленія, Казенной Палаты, гражданскаго и уголовнаго суда. Потомъ Грузія была раздѣлена на пять уѣздовъ: Тифлисскій, Ду- шетскій, Горійскій, Телавскій и Сигнахскій, въ которыхъ введено управленіе по образцу Русскаго уѣзднаго управленія, но съ значи- тельными отступленіямв отъ сушествовавшаго въ Имперіи общаго Положенія, примѣнительно къ мѣстнымъ особенностямъ края. Постановлено было прим/ѣнять въ дѣлахъ гражданскихъ прелшіе законы Царя Вахтанга, a въ дѣлахъ уголовныхъ руководствоваться узаконе- ніями Имгіеріи. Вскорѣ по занятіи Грузіи Русскими войсками, присоединены были къ ней вновь завоеванныя отъ Персіи территоріи: часть преж- няго ханства Ганжинскаго (завоеваннаго кн. Циціановымъ въ 1803 г.), подъ названіемъ округа Елизаветпольскаго, «дистанціи» Борчалин- ская, Бамбикская, Шурагельская, Казахская и Шамшадильская, въ которыхъ однакоже не было введено гражданское управленіе на* равнѣ съ существовавшими уѣздами. Этимъ оісругамъ, названнымъ почему-то «дистанціями», дано было упрощенное, привычное народу полуазіатское управленіе, подъ единоличнымъ завѣдываніемъ окруж- ныхъ начальниковъ или приставовъ. Такое же устройство дано и «Горскому округу», образованному изъ прежнихъ подвластныхъ Грузинскому Царству осетинскихъ племенъ: Пшавовъ, Тушинъ и Хевсуръ. Царство Имеретинское, освобожденное Русскими войсками отъ Турецкаго владычества еще ранѣе занятія ими Грузіи *), поступило формально въ подданство Россіи только въ 1804 году и получило Русское управленіе еще гораздо позже. Только что присягнувшій торжественно Царь Саломонъ II нарушилъ присягу, войдя въ согла- шеніе съ Турками, вслѣдсгвіе чего, въ і8ю году, Русскія войска подъ начальствомъ ген. Тормасова вступили въ Имеретію, овладѣли Кутаисомъ; Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 65 арестованный Царь Саломонъ отправленъ въ Тифлисъ, и затѣмъ введено въ Имеретіи Русское гражданское управленіе по :) Еще при Царяхъ Михаидѣ Ѳедоровичѣ и Алексѣѣ Михайловичѣ' Имеретія обрашалась к'ь ыимъ съ лросьбами о защитѣ противъ Турокгь; но въ тѣ времена. Россія ыаходидась не въ таконт» іюложеніи, чтобы дѣйствитедьно оказать матеріальную помощь отдаденной еднновѣрыой странѣ, и ые могла спасти ее отъ разгролга. Турецкаго въ 1691 году. Только въ царствованіе Екатерины II, въ 1772 году, появились въ Имеретіи Русскія войска, подъ начальствомт, ген. Тотлебена; a no Купукг- Каіінарджійскому миру 1774 г. Имеретія п Гурія освобождены on, Турокъ. образцу уже еуществовавшаго въ Грузіи, съ раздѣленіемъ на4<экруга (вмѣсто уѣздовъ). Гурія, нѣкогда входившая въ составъ единоплеменной съ нею Имеретіи, избавилась вмѣстѣ съ нею отъ Турецкаго гнета, поступила въ 1804 году подъ покровительство Россіи, но осталась гіодъ упра* вленіемъ своего владѣтельнаго рода князей Гурьель. Окончательно присоединена къ Россіи только въ 1829 году, по Адріанопольскому договору, и получила такое же управленіе, какое было введено въ Имеретіи. Лежащая къ западу отъ Имеретіи и одноилеменная съ нею Митрелія освобождена была отъ Турецкаго владычества по Кучукъ- Кайнарджійскому договору 1774 года, владѣтель ея, князь Григорій Дадіанъ, принялъ подданствсг Россіи въ 1803 году; но ему оставлены были владѣтельныя права подъ «гюкровительством.ъ» Россіи. Точно также и Абхазія, добровольно принявшая подданство Россіи въ і8югоду, осталась подъ управленіемъ своихъ владѣтелей изъ княжескаго рода Шервашидзе. Тогдапіній владѣтель Сеферъ-бей ітринялъ даже христіанство, которое не совсѣмъ еще было искоре- нено въ Абхазіи совращеніемъ народа въ исламизмъ. Въ непосредственномъ сосѣдствѣ съ Мингреліей и Абхазіей, къ сѣверу, развѣтвленія главнаго хребта Кавказскаго образуютъ двѣ обширныя котлоеины, чрезвычайно недоступныя: Сванетію и Цебельду. Первая въ особенности, отличаясь какъ суровостію природы, такъ и дикостію населенія, раздѣлялась на двѣ части: западная половина называлась княжескою или Дадіановскою, подвластна была княже- ской фамиліи изъ рода Мингрельскихъ- владѣтелей; восточная— вольная не признавала ничьей власти. Цебельда представляла страну гораздо менѣе суровую и дикую, чѣмъ Сванетія, менѣе изолиро- ванную отъ всего остального міра, была въ близкихъ соотношеніяхъ съ Абхазіей. Тѣмъ не менѣе Цебельда, также какъ и Сванетія отне- сены на ириложенной картѣ къ одной категоріи—непокорныхъ частей края, собственно въ томъ соображеніи, что въ описываемое время въ обѣ эти нагорныя страны не ступала еще нога Русскаго солдата. Перейду къ восточной, равнинной половинѣ Закавказскаго края, къ бывшимъ ханствамъ Персидскимъ, присоединеннымъ къ Россіи по Гюлистанскому договору 1813 года: Карабахскому, Шекинскому, Ширванскому, Бакинскому, Кубинскому и Талышинскому. Всѣ эти ханства переименованы y насъ почему-то въ «Провинціи» и долго были извѣстны подъ общимъ названіемъ «Мусульманскихъ про- винцій». Обширныя эти области не получили -гражданскаго устрой- ства и оставались подъ единоличнымъ управленіемъ окружныхъ начальниковъ или приставовъ, большею частію изъ военныхъ, дѣйствовавшихъ сообразно съ привычными азіагскому народу обычаями и нравами. Такое же управленіе дано и завоеванному въ 1830 году округу Джаро-Бѣлоканскому, населенному смѣсыо Лезгинъ и Татаръ; a лежащее рядомъ съ этимъ округомъ неболыпое владѣніе Султана Элисуйскаго осталось гіодъ управленіемъ своего владѣтеля, пока онъ былъ вѣрецъ Русскому правительству и не передался Шамилю. Остается упомянуть о двухъ недавно присоединенныхъ къ Россіи территоріяхъ по мирнымъ договорамъ: Туркманчайскому 1828 года и Адріанопольскому 1829-го: области Армянской, заключавшей въ себѣ бывшія ханства Эриванское и Нахичеванское съ округомъ Орду- батскимъ, и бывшемъ Пашалыкѣ Ахалцыхскомъ. Обѣ эти территоріи оставались еще подъ управленіемъ временныхъ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 66 начальниковъ. Въ заключеніе обзора восточной половины Закавказскаго края упомяну о Лезгинской кордонной линіи, устроенной съ 1830 года для прикрытія Кахетіи отъ набѣговъ и хищничествъ Лезгинскихъ шаекъ съ сѣверной стороны главнаго хребта. Линія эта не занимала особенной территоріи, a состояла только изъ ряда гюстовъ вдоль подошвъ горъ, съ нѣсколькими передовыми укрѣпленными постами на перевалахъ, и расположенныхъ въ извѣстныхъ пунктахъ частей войскъ, служившихъ резервами кордонной линіи. Мѣстопребываніе Начальника линіи и его управленія—крѣпость Закаталы, среди ДжароБѣлоканскаго округа. Линія дѣлилась на двѣ части: правый и лѣвый флангъ, между которыми пунктомъ раздѣла. было укрѣ- пленіе Лагодехи. 0 НАБѢГАХЪ И ХИЩНИЧЕСТВАХЪ КАВКАЗСКИХЪ ГОРЦЕВЪ. Въ тѣ времена, когда я познакомился впервые съ Кавказомъ, линія Кавказская была еще далеко не обезпечена отъ хищническихъ набѣговъ за-Кубанскихъ и заТеречныхъ горцевъ. Сообщеніе вдоль самой линіи было не безопасно; въ ночное время оно совсѣмъ пре- кращалось. Шайки хищниковъ нерѣдко прорывались сквозь кордонъ и появлялись внутри Кавказской области, въ окрестностяхъ Геор- гіевска, минеральныхъ водъ, даже селеній на Кумѣ и Калаусѣ. За Кубанью же, Малкою и Терекомъ проѣздъ былъ возможенъ не иначе, какъ подъ охраною болѣе или менѣе сильнаго конвоя, также какъ и по военногрузинской дорогѣ между Екатериноградскою станицею (на р. іМалкѣ) и Владикавказомъ. Только не задолго до описываемой эпохи, началось водвореніе на этой дорогѣ Малороссійскихъ каза- ковъ и устройство линіи постовъ, что дало возможность отмѣнить конвоированіе проѣзжихъ J). Интенсивность горскихъ набѣговъ и стегіень причиняемыхъ шш безпокойствъ мирному населенію края въ тридцатыхъ и сороковыхъ годахъ, конечно, были уже не тѣ, что въ началѣ столѣтія или въ Ермоловскія времена. Съ тѣхъ поръ значительно увеличилось и число расположенныхъ въ краѣ регулярныхъ войскъ, и возросло казачье населеніе, и возведено нѣсколько передовыхъ укрѣпленньіхъ пунктовъ впереди кордонной линіи, да и самая служба на кордонѣ упорядо- чена. Пройдутъ еще годы, десятки лѣтъ, и прежніе дерзкіе набѣги хищниковъ совсѣмъ прекратятся, страна успокоится^ прежняя опасность позабудится и новыя поколѣнія не будутъ даже имѣть понятія о томъ, что для предшествовавшихъ поколѣній составляло злобу дня. Вотъ почему считаю нелишнимъ дополнить мои воспоминанія о проведенномъ годѣ на Кавказѣ нѣсколькими замѣтками о томъ, какъ въ былое время совершались набѣги Кавказскихъ горцевъ и какое значеніе имѣли они въ тогдашней жизни края. *) Отмѣна конвоированія послѣдовала въ 18^7 году, иослѣ проѣзда Императора Николая I- Набѣги гордевъ бываютъ двухъ родовъ: или мелкими шайками, даже одиночными хищниками, или крупными скопищами. Первые имѣютъ цѣлью исключительно грабежъ проѣзжихъ или работающихъ на поляхъ поселянъ, угонъ скота и лошадей, вообще воровскую до- бычу. Такого рода нападенія часто сопровождаются убійствами, въ случаѣ встрѣченнаго сопротивленія; иногда же уводомъ людей, ко- торыхъ горцы держатъ въ плѣну, въ надеждѣ полученія выкупа, a пока пользуются ихъ работою на положеніи рабовъ. Другого же рода набѣги—многочисленными скопищами предпринимаются или съ тою же цѣлью грабежа и угона скота, только въ болѣе широкихъ размѣрахъ и съ болѣе значительнымъ рискомъ, или же для внезап- наго нападенія на какую нибудь небольшую отдѣльную команду войскъ, иногда*чтобы помѣшать рубкѣ лѣса или другой работѣ на- шихъ войскъ, вырѣзать постъ, иоджечь поселокъ и т. п. Бывали случаи и нападеній на 'казачьи станицы, на укрѣпленія и даже крѣ- пости. Таковы были, напримѣръ, нападенія: на Кизляръ еще въ прошломъ столѣтіи (1785), подъ предводительствомъ знаменитаго Шихъ-Мансура, на укрѣпленія Амиръ-Аджи-юртъ (на правомъ берегу Терека) и Герзель-аулъ (на Кумыкской плоскости въ 1825 году);на- паденія Казы-мулы въ 1830 и 1831 годахъ на крѣпости Бурную и Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 67 Внезапную и вторично на Кизляръ *). Впрочемъ приводимые при- мѣры не могутъ уже причисляться къ разряду набѣговъ хищниче- скихъ; это были предпріятія боевыя, эпизодьГ вѣковой борьбы Кав- казскихъ горцевъ за свою независимость. Тѣ же набѣги, о которыхъ здѣсь идетъ рѣчь, и которые иногда предпринимаются горцами съ хищническими цѣлями, хотя и значительными силами, отличаются существенно отъ набѣговъ мелкихъ шаекъ тѣмъ, что одни ведутся въ готовности къ возможной боевой встрѣчѣ, a другіе пускаются лишь на такія предпріятія, при которыхъ нельзя ожидать вооружен- наго сопротивленія. Хищническій набѣгъ мелкой шайки не требуетъ долгихъ при- готовленій; предпринимается часто экспромтомъ, однимъ, двумя удальцами. Болыдими же скопищами набѣгъ задумывается и приготовляется заблаговременно, съ намѣченнымъ заранѣе планомъ. Какой нибудь 1) Привожу здѣсь только тѣ случаи,. которые относятся ко временамъ, предшвствующимі* 1839 позднѣйшіе же годы подобныхъ случаевъ было еще болѣе: вспомнимъ погромъ, на- несенньій горцами въ «ачалѣ 1840 года нашимъ укрѣпленіямъ Черноморской береговой линіи, a въ 1843 —*844 г- въ Дагестан-Ь; нападеніе Лезгинъ въ 1848 году на укр. Ахты вт> гожномъ Дагестанѣ. извѣстный въ народѣ вожакъ собираегь первоначально нѣсколько надежныхъ приверженцевъ своихъ, чрезъ посредство которыхъ со- зываетъ на соорный пунктъ всѣхъ удальцовъ, желающихъ принять участіе въ предпріятіи. И вотъ стекаются съ окрестностей охотники до наживы и до рискованныхъ приключеній; для нихъ готово при- станище y кунаковъ ближайшихъ отъ сборнаго пункта ауловъ. Сбо- рище такимъ образомъ быстро растетъ и готовится по возможности скрыто, въ глубокой тайнѣ. Случается однакожъ, что слухъ о сборищѣ доходитъ чрезъ лазутчиковъ до свѣдѣнія Русскихъ властей на линіи или въ гіередовыхъ укрѣпленіяхъ, но слухъ этотъ не всегда принимается съ довѣріемъ, a къ тому же остается загадкою куда и какимъ путемъ направится сборище. He вѣдаютъ того и сами участ* ники предпринимаемаго набѣга; это тайна вожака, который высма- триваетъ пути, собираетъ свѣдѣнія о расположеніи нашихъ войскъ и бдительности казачьихъ постовъ. Но разъ рѣшена вожакомъ цѣль и выбранъ путь, мгновенно скопище стягивается на сборномъ пунктѣ и устремляется со всевозможною быстротою по намѣченному пути. Искусство вожака состоитъ въ томъ, чтобы исполнить набѣгъ со- вершенно скрыто и нанести ударъ неожиданно. Для этого прихо- дится обыкновенно сдѣлать съ крайнею быстротою дальній пробѣгъ, преимущественно глухими дорогамй, минуя населенные пункты, такъ чтобы невидимо подойти къ какому нибудь закрытому мѣсту, гдѣ жожно пріостановиться на короткое врехмя, дать передышку конямъ, и оттуда со свѣл<ими силами, разомъ перенестись къ своей цѣли и нанести ударъ въ удобный для того моментъ, напримѣръ въ ночную пору, или при густомъ туманѣ. Самое нападеніе всегда бываетъ очень непродолжительно. Удалось или нѣтъ съ перваго же раза достигнуть цѣли, во всякомъ случаѣ скопище не медлитъ и старается уйти прежде, чѣмъ можетъ быть настигнуто подходящими съ разныхъ сторонъ войсками или казачьими резервами. Для отступленія горцы всегда выбираютъ другой путь, не тотъ, по которому налетѣли; при этомъ прибѣгаютъ иногда къ хитростямъ (демонстраціямъ), чтобы ввести въ заблужденіе нашк войска на счетъ пути отступленія. Въ случаѣ удачнаго наоѣга, угонъ скота и захватъ всякой вообще до- бычи замедляетъ и затрудняетъ отступленіе, въ особенности когда приходится въ тылу переправа чрезъ рѣку въ бродъ или вплавь. Здѣсь то всего чаще и случается нашимъ войскамъ и казакахчъ на* стигнуть уходящихъ хишниковъ, отбить y нихъ добычу и нанести имъ пораженіе. Во всякомъ случаѣ скопище, обремененное ли до- бычею, или потерпѣвъ уронъ, торопится добраться до какихъ либо мѣстъ, недоступныхъ для преслѣдованія Русскихъ войскъ. Тутъ оно останавливается для отдыха, дѣлежа добычи и затѣмъ расходится по домамъ. Представленная картина горскаго набѣга ясно показываетъ, что Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 68 успѣхъ предпріятія какъ мелкой шайки, такъ и крупнаго скопища, обусловливается двумя факторами: качествомъ коня и внезапностію нападенія. Для дальняго и быстраго пробѣга необходимо спеціальное подго- товленіе коня. У горцевъ ведется свой особенный способъ третіро- ваніл или подълрованіл по казачьему выраженію. Мѣсяца за два до набѣга начинаютъ сильно откармливать коня и когда онъ разжи- рѣетъ, постепенно уменьшаютъ кормъ, ежедневно ставятъ въ воду іто брюхо животнаго и дѣлаютъ проѣздки, все усиливая дальйость и быстроту, пока не спадетъ совсѣмъ жиръ и не отвердѣютъ мясистыя части.. Такимъ образомъ конь доводится до того, что можетъ въ одинъ- лѣтній день вынести гіробѣгъ до 150 верстъ. Такое подгото- вленіе коня составляетъ главное занятіе и заботу каждаго горскаго джигита, принимающаго участіе въ набѣгахъ. Никогда не рѣшится онъ пуститься въ рискованное предпріятіе на молодомъ, невыдержан- номъ конѣ, зная, что отъ качества коня зависитъ не только успѣхъ предпріятія, но и самая жизнь удальца. Для болыией же увѣрен- ности въ удачномъ совершеніи набѣга, какъ впередъ, такъ и обратно, горцы часто пускаются въ путь о двуконь, то есть съ запаснымъ конежъ, который пригодится и подъ вьюкъ для подъема добычи въ случаѣ успѣха. Въ заботѣ о возможномъ облегченіи коня, горецъ, пускаясь въ набѣгъ, не беретъ съ собою никакого груза. Продовольствіе разсчи- тываетъ онъ найти y кунаковъ въ попутныхъ аулахъ: пріютить и прокормить пріѣзжаго есть коренной долгъ горскаго гостепріимства. Въ тѣхъ же случаяхъ, когда избирается путь глухими мѣстами на дальнее разстояніе, или когда почему либо 'признается нужнымъ избѣ- гать жилыхъ мѣстъ, горцу достаточно захватить съ собою нѣсколько пригоршней проса или нѣсколько чурековъ, дня на два, на три. Также и кормъ для коня чаще добывается y попутныхъ кунаковъ. Для прокормленія же коней болыпого скопища, при движеніи въ теченіи нѣсколькихъ дней, приходится прибѣгать къ подножному корму, и вотъ почему подобные набѣги предпринимаются преиму- іцественно въ осеннее или весеннее время года, a не въ лѣтнее, когда трава выгорѣла, и не въ зимнее, когда поверхность земли покрыта снѣгомъ. Другое еще неудобство лѣтняго времени для набѣговъ—есть половодье въ рѣкахъ. Когда нельзя переходить въ бродъ, горская шайка или скопище должны переправляться вплавь чрезъ самые быстрые потоки, что замедляетъ движеніе; въ особенности крайне невыгодно при обратномъ уходѣ съ добычею, и даже опасно въ случаѣ погони. Зимнее время иногда выбирается для набѣга именно въ виду болѣе легкаго перехода чрезъ большія рѣки по льду. Набѣги хищническіе въ собственномъ смыслѣ слова привычны преимущественно туземнымъ племенамъ Закубанскимъ, извѣсхнымъ y насъ подъ обшимъ наименованіемъ «Черкесовъ», и Затеречнымъ, то есть Чеченскимъ. Въ этихъ племенахъ хищническіе набѣги соста- вляютъ любимое занятіе, родъ спорта молодежи, князей и бековъ (тамъ, гдѣ существуетъ аристократическій складъ), узденей и вообще людей вольныхъ, то есть того класоа населенія, который проводитъ всю жизнь въ праздности, предоставляя домашнія заботы женши- намъ, a тяжелыя работы земледѣльческія низшему классу «ясырей» и рабамъ, т. е. плѣннымъ. Праздные молодцы скучаютъ дома, чув- ствуютъ потребность дѣятельности, любятъ рыскать, ищутъ сильныхъ ощущеній, a вмѣстѣ съ тѣмъ не прочь и поживиться добычею на счетъ гяуровъ *). Только удальствомъ, рискованными боевыми под- вигами пріобрѣтаются y горцевъ почетъ и уваженіе. Высшимъ почетомъ пользуются тѣ изъ удальцовъ, которымъ . удалось выказать большую способность и опытность въ набѣгахъ и хищничествахъ. Такіе становятся вожаками шаекъ или скопищъ. Для успѣха предпріятія необходимое условіе—полное довѣріе къ вожаку со стороны всѣхъ участниковъ, безпрекословное подчиненіе его рѣшеніямъ. На вожакѣ лежитъ вся отвѣтственность за успѣхъ и неудачу предпріятія. Хищническимъ набѣгамъ гордевъ ыа Кавказскую линію и на военно-грузинскую дорогу (между Екатериноградомъ и Владикавка- *) Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 69 Мелкія хшцничества и одиночныя нападенія на лпніи, особенно за Гереколіъ. производятся хакжо абреками. Подъ этиліъ названіе.чъ извѣстны въ средѣ туземнаго населенія такіе отчаянные модѣи. которые. по какпмъ лпбо личнымъ побужденІямъ. чаще всего хізъ опасенІя кровошценія, покп.іаютч. своіі аулі.. свою се.мыо, отрекаются отъ всѣхі, ирежнихъ связеіі н даютъ ооѣгь посто- янно скитаться и злодѣнствовать. Такіс отверженцы держатъ мѣстнос населсніе въ постоянноті тревогѣ, a когда лредставится случай, еще охотнѣе злодѣйствуютъ надъ Русскиміг. Многіе изъ за- взятыхъ абрековъ нападаютъ совершенно открыто, даже намѣренно выдавая себя какимъ-либр наруж- нымъ отличительньшъ знакомъ. какъ наітримѣрт». краснымт. башлыкомъ. отчего и произошло наиме- нованіе «кпзылъ-башъ»., т. е. красная голова. зожъ) весьма благопріятствуетъ характеръ мѣстности за Кубанью, Малкою и Терекомъ. Подъ прикрытіемъ лѣсистой гіолосы, шайка незамѣтно пробирается почти вплоть къ кордонной линіи и, высмо- трѣвъ гдѣ легче прорваться между казачьими постами, выжидаетъ ночного времени, чтобы неожиданно напасть на добычу. Совсѣмъ иного рода характеръ мѣстности въ Дагестанѣ. За исклю- ченіемъ самой сѣверной части Шамхальской плоскости и лѣсистыхъ горъ Салатавіи, на всемъ остальномъ пространствѣ Прикаспійскаго края, крутыя, обрывистыя, каменистыя горы не догіускаютъ простора въ выборѣ путей для набѣговъ; безплодная поверхность горныхъ террасъ не представляетъ условій для коневодства. Наѣздничество и рысканіе мелкими шайками не въ нравахъ Лезгинскаго племени. Враждебныя намъ предпріятія Лезгинъ носятъ совсѣмъ иной харак- теръ: они собираются крупными скопищами, большею частію пѣ- шихъ людей, дерутся съ упорствомъ, какъ при нападеніи, такъ и при оборонѣ. Съ давнихъ временъ Лезгины предпринимали нападенія какъ болыиими скопищами, такъ и мелкими хищническими шайками, на южный склонъ хребта Кавказскаго, безпоіцадно грабили и опусго* шали долину Алазани, роскошную страну Кахетіи, вслѣдствіе чего Русскимъ правительствомъ признано было необходимымъ устроить вдоль подошвъ горнаго, водораздѣльнаго хребта кордонную линію, названную «Лезгинской», a на перевалахъ хребта возвести передовыя наблюдательныя башни. Расположенныя на этой линіи войска съ добавленіемъ туземныхъ милицій не всегда успѣвали предохранять мирное населеніе отъ погрома, наносимаго по временамъ внезапными нападеніями Лезгинскихъ скопищъ. Вообще охраненіе края или дороги на значительномъ протяженіи противъ такого рода враждебныхъ предпріятій, каковы обычные набѣги Кавказскихъ горцевъ, дѣло нелегкое; оно, можно сказать, непосильно регулярнымъ войскамъ. Въ подтвержденіе того исторія даетъ много примѣровъ. Знаменитѣйшій полководецъ нашего вѣка Бонапартъ не могъ справиться въ Египтѣ съ мамелюками; В7э Испаніи цѣлыя арміи Франціи не могли одолѣть Гверильясовъ. И дѣйстви- тельно, есть ли возможность войскамъ угоняться за подвижными, летучими шайками, которымъ всюду открытъ иуть, которыя могутъ всюду появляться внезапно, и мгновенно исчезать изъ глазъ. Такому врагу единственный способъ противодѣйствія представляетъ воору- женное народонаселеніе, сплоченное военною организаціею. Такую силу охраны представляетъ наше казачество. Оь давнихъ временъ южные предѣлы Русской земли подвергались вторженіямъ то. однихъ, то другихъ безпокойныхъ, неосѣвшихся сосѣднихъ народ- ностей, пока не создались сами собою на границахъ вольныя казачьи поселенія. На необозримыхъ степяхъ между низовьями Дона и Волги кочевали Нагайцы, Туркмены, Калмыки, и свободно разгуливали удальцы изъ вольныхъ племенъ, обитавшихъ на сѣверномъ склонѣ Кавказскаго хребта, извѣстныхь нашимъ гіредкамъ подъ условными названіями Черкесовъ, Кабардинцевъ и другихъ. Первый отпоръ встрѣтили эти шайки отъ казаковъ Донскихъ и Волжскихъ, благо- даря которымъ граница Московскаго Царства начала постепенно выдвигаться впередъ и достигла къ концу XVII вѣка низовій Терека. Поселившіеся Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 70 здѣсь казаки въ царствованіе Петра I временно даже заняли прелгорія за Терекомъ, иодъ именемъ казаковъ Гребенскихъ (отъ «гребень»—т. е. хребетъ). Населеніе казачье разросталось при- соединеніемъ вновь прибывавшихъ переселенцевъ, и въ теченіи ХѴТИ вѣка протянулось постепенно вверхъ ио Тереку и Малкѣ, a далѣе сухимъ рубежемъ іто предгоріямъ Эльбруса, перекинулось на Кубань и получило наименованіе Кавказскаю Линегінаю казачьлю воііска„ На низовьяхъ же Кубани поселены въ царствованіе Екатерины II быв- шіе Запорожцы, образовавшіе особое Черноморское казачье войско. ^ Такимъ образомъ къ началу XIX столѣтія образовалась сплошная полоса казачьяго населенія, отъ жоря до моря, на протяженіи около 900 верстъ. Въ тридцатыхъ же годахъ, какъ уже сказано, основалось еще новое казачье поселеніе на пути сообщенія линіи съ Закав- казьемъ отъ станицы Екатериноградской до крѣпости Владикавказъ. На всемъ означенномъ протяженіи линіи казаки селились до- вольно крупными станицами, въ разстояніи между одной и другой отъ 15 до 20 верстъ. Станица обносится оградою изъ двойного ряда плетней, между которыми промежутокъ заполняется зсмлею, a спереди выкапывается ровъ. На углахъ ограды большею частію ставится по одному орудію, въ выдающемся впередъ помѣщеніи, въ родѣ бастіона. Надъ воротами, запираемыми на ночь, устраивается вышка для кара- ульнаго. Почти всегда въ срединѣ станицы церковь и площадь, на которой въ случаѣ тревоги сбирается резервъ. Въ промежуткахъ .между станицами, чрезъ каждыя 5, 7 верстъ устраиваются наблюдательные посты, состоящіе изъ небольшого на- вѣса для казаковъ и лошадей и дворика, обнесенныхъ плетнемъ и съ вышкой, на которой по-очередно одинъ изъ казаковъ зорко на- блюдаетъ за видимымъ во всѣ стороны пространствомъ. На самомъ открытомъ мѣстѣ близъ поста поставленъ шестъ съ привязаннымъ къ верхушкѣ его пучкомъ соломы, который зажигается для иоданія сигнала въ случаѣ тревоги. Число казаковъ на посту различно, смотря по разстояніямъ и степени 'опасности. Въ тѣхъ мѣстностяхъ, гдѣ требуется особенная осторожность, какъ напримѣръ, если въ промежуткахъ между постами имѣются трооинки, или удобные броды на рѣкѣ^ принимается на ночъ доіюлнительная мѣра—скрыто располагаются секреты. Служба на кордонной линіи всецѣло лежитъ на казакахъ. Въ случаѣ нападенія или прорыва шайки, по данному на постахъ сигналу, поспѣшно вызываются станичные резервы, которые иногда стя- гиваются съ нѣсколькихъ станицъ къ угрожаемому пункту. Ho по дальности разстояній, станичные резервы рѣдко успѣваюгь помѣшать нападенію; чаще приходится нагонять хищниковъ при отступленіи ихъ, чтобы по крайней мѣрѣ отбить захваченную ими добычу, или перерѣзать шайкѣ путь отступленія. Въ охраненіи линіи отъ хищническихъ набѣговъ регулярныя войска не принимаются въ разсчетъ. Число расположенныхъ на линіи войскъ слишкомъ ничтожно сравнительно съ протяженіемъ ея—какъ выше замѣчено—до 900 верстъ. Въ старое время было еще менѣе. Сами горцы, имѣя всегда точныя свѣдѣнія о мѣстахъ расположенія нашихъ войскъ, конечно, избѣгаютъ такихъ мѣстъ, за исключеніемъ развѣ особыхъ случаевъ, когда самая цѣль предпріятія заключается въ нападеніи врасплохъ на какую нибудь отдѣльно расположенную слабую команду, или на транспортъ, неосторожно направленный подъ малочисленнымъ прикрытіемъ, или наконецъ въ угонѣ войскового табуна, недостаточно охраняемаго на пастьбѣ, и т. п. Охраненію линіи отъ набѣговъ приносягь несомнѣнную пользу передовыя укрѣпленія, возведенныя въ нѣкоторомъ разстояніи впе- реди кордона. Горцьт для набѣга на линію не рѣшаются выбрать путь ближе извѣстнаго разстоянія отъ нашего укрѣпленія. Еще опаснѣе было бы для нихъ отступленіе по такому пути, который мо- жетъ быть перерѣзанъ высланными изъ, укрѣпленія войсками. Къ тому же, въ извѣстномъ раіонѣ отъ укрѣпленій хищники лишены оозможности разсчитывать на услуги своихъ кунаковъ. Въ такихъ видахъ и были возведены Ермоловымъ существовавшія въ 1839 году передовыя крѣпости и укрѣпленія: Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 71 Грозная въ 1818 году, Внезапная въ і8і9*мъ году, Горячеводское укрѣпленіе въ 1820. Для охраненія ж& военно-грузинской дороги между Екатериноградскою станицею и крѣп. Владикавказомъ оыли въ то же время построены укрѣпленія: Назрановское съ восточной стороны и Нальчикское съ западной. Близкое сосѣдство съ безпокоинымъ и воинственнымъ населе- ніемъ сѣвернаго склона Кавказскаго хребта послужило превосходною школою для воспитанія І\авказскаго казачества. Хотя линейное войско, какъ уже было замѣчено, образовалось не сразу, a посте- пеннымъ, въ теченіи цѣлаго столѣтія, приливомъ новыхъ переселен- цевъ изъ разныхъ мѣстъ, однакожъ условія жизни казака на линіи способствовали скорому сліянію самыхъ разнородныхъ элементовъ въ одно сплоченное цѣлое, и такимъ образомъ выработался совершенно особый типъ Кавказскаго линейнаго казака — замѣчательно смышле- наго, ловкаго, беззавѣтно отважнаго, улалого наѣздника. Всегда готовый къ кровавой схваткѣ съ врагомъ, линейный казакъ старается не уступать въ удальствѣ и отвагѣ горскому джигиту, и замѣчательно, что вмѣстѣ съ тѣмъ беретъ его въ образецъ себѣ, по крайней мѣрѣ во внѣшнемъ видѣ, въ покроѣ одежды, снаряженіи, оружьѣ, даже въ нѣкоторыхъ мелочахъ домашней обстановки г). He то въ Черно- морскомъ казачьемъ войскѣ: потомки зиаменитыхъ запорожцевъ при- способились посвоему къ требованіямъ службы на линіи, оставшись тѣми же истыми хохлами, какими были ихъ предки на Днѣпрѣ. Надобно однакожъ сознаться, что при всѣхъ лостоинствахъ ли- нейнаго казака, онъ всетаки не можетъ во всемъ сравняться съ гор- скимъ джигитомъ въ индивидуальномъ боевомъ состязаніи. На сто- ронѣ послѣлняго преимущество и въ отношеніи коня, спеціалыю приготовленнаго къ дальнему и неимовѣрно быстрому пробѣгу, и въ оружіи, считающемся родовою драгоцѣнностію, переходящею изъ поколѣнія въ поколѣніе, a въ особенности въ полной свободѣ дѣй- ствій и нравственномъ возбужденіи. Горедъ проводитъ всю жизнь свою въ приготовленіи коня, рыскаетъ куда глаза глядятъ въ погонѣ за добычей. Казакъ, напротивъ того^ не только воинъ, но и земле- дѣлецъ, несетъ служебныя обязанности, подчиненъ начальству и оза- боченъ охраненіемъ станицы, хаты и семьи отъ ежеминутно воз- можной опасности. Здѣсь вполнѣ высказывается общепризнанное преигмущество нападенія предъ обороной. Горца влечетъ надежда на добычу, желаніе прославиться своимъ удальствомъ, казакъ же испол- няетъ только свою служебную обязанность охранителя. і) Въ нѣкоторыхъ изъ старѣйшихъ полковъ надъ —'Теречныхъ казакп роднились съ азіатскимп своими сосѣлями. Тлкъ в"ь Червленной стлнииѣ явно замѣчается примѣсь азіатскоіі кровн. Нще важное преимущество на сторонЬ гордевъ заключается въ тоімъ, что они въ своихъ набѣгахі; дѣйствуютіэ дружно, подъ ру.ко- водствомъ извѣстнаго вожака, достигшаго своими многократными успѣхами полнаго довѣрія со стороны всѣхъ добровольно участвую- щихъ въ предпріятіи. Вожакъ ведетъ шайку по заранѣе обдуманному плану къ намѣченной цѣли и съ полнымъ знаніемъ мѣстности, Ка- закамъ же, въ случаѣ тревоги, приходится большею частію маячиться малыми командами, безъ опредѣленнаго плана, въ недоумѣніи гдѣ искать врага. Пока дѣло разіяснится, пока получится отъ началь- ства какое-либо распоряженіе, пройдетъ такъ много времени, что почти никогда не удается помѣшать врагу достигнуть своей цѣли, и остается только придумывать какъ-бы настигнуть его при отсту- пленіи. Здѣсь надобно замѣтить, что успѣшность горскихъ набѣговъ, особенно мелкихъ хищничествъ значительно облегчается собственною нашею русскою безпечностію и привычкой пренебрегать установля- емыми административными мѣрами. Такъ напрИхѴіѣръ, постановленіе, чтобы въ извѣстныхъ мѣстностяхъ поселяне на полевыя работы вы- ходили съ оружіемъ и держались по возможности скученно—почти нигдѣ не соблюдается. Въ мѣстахъ, гдѣ полагается проѣзжать не иначе, какъ съ конвоемъ или съ такъ называемыми «оказіями» — путники часто пускаются одиноко «на-авось». Весьма невыгодное Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 72 условіе въ отношеніи спокойствія въ краѣ то, что въ предѣлахъ Кавказской области, то есть позади кордонной линіи, большія степ- ныя пространства заселены кочевниками: Нагайцами, Туркменами и другими, a въ нѣкоторыхъ частяхъ находятся аулы мирныхъ тузем* цевъ, какъ напримѣръ, Бабуковскій подъ самымъ Георгіевскомъ. Постановленіе, чтобы мирные горцы ѣздили по области съ особымъ билетомъ и приближаясь къ селенію или станицѣ снимали съ себя оружіе—остается только на бумагѣ, да и можетъ ли оно соблюдаться азіатцемъ, считающимъ за безчестье снять съ себя оружіе. Самое единообразіе одежды горцевъ и линейныхъ казаковъ открываетъ широкое поле къ недоразумѣніямъ и подвохамъ: хищники свободно пробираются подъ видомъ мирныхъ обывателей области или каза- ковъ, да и сами мирные туземцы не совсѣмъ безгрѣшны въ случаю- щихся хищническихъ продѣлкахъ. Такъ Бабуковцы пользовались весьма дурною славою и часто подавали поводъ къ жалобамъ на нихъ со сторсны Русскаго населенія области. Такъ и на военно-гру- зинской дорогѣ, пролегающей по Большой Кабардѣ, странѣ, при- знаваешзй съ давнихъ временъ покорною, хищническія шайки, про- бирающіяся изъ за-Теречныхъ и за-Кубанскихъ мѣстъ, часто иоль- зуются содѣйствіемъ самихъ Кабардинцевъ. По окончаніи Турецкой войны 1828—1829 годовъ, Императору Николаю I пришла мысль воспользоваться тогдашнимъ усиленнымъ составомъ войскъ на Кавказѣ, чтобы предпринять рѣшительныя дѣй- ствія противъ горскихъ племенъ и положить конецъ затянувшейся на многіе десятки лѣтъ войнѣ въ томъ краѣ. Фельдімаршаломъ Па- скевичемъ представлено было полное предположеніе вторженія въ горы многими колоннами, или отрядами; потребовано было мнѣніе отъ тогдашняго Иачальника Кавказской линіи, дѣльнаго и опытнаго генерала Вельяминова, который представилъ серьезныя возраженія на проектъ фельдхмаршала. Возникла продолжительная переписка, прошло много времени и задуманное Императоромъ намѣреніе осталось не- осуществленнымъ. Но сохранилась въ архивахъ весьма любопытная коллекція документовъ, въ которыхъ высказывается, какъ въ тѣ вре- мена (т. е. въ тридцатыхъ годахъ) смотрѣли на положеніе дѣлъ въ краѣ. Мало знакомые съ Кавказомъ (къ числу которыхъ принадле- жали и гр. Паскевичъ, и самъ Императоръ) считали возможнымъ покореніе горскаго населенія вторженіемъ нѣсколькихъ отрядовъ вглубь горъ; въ глазахъ же знатока сѣвернаго Кавказа (ген. Вельяминова) водвореніе Русской власти въ средѣ горскаго населенія стави- лось не цѣлью военныхъ дѣйствій, a только вспомогательнымъ сред- ствомъ для лучшаго охраненія линіи. И тотъ, и другой взглядъ на предстоявшую намъ на Кавказѣ трудную задачу измѣнились въ позднѣйшее время, въ сороковыхъ, особенно же въ пятидесятыхъ годахъ. Но въ запискахъ ген. Вельяминова 1832 и 1833 годовъ сохранилось много любопытныхъ подроб- ностей и указаній относительно тяжелой службы казаковъ и войскъ на Кавказской линіи въ былое время. ВЪ ПРОМЕЖУТКѢ ДВУХЪ ДАЛЬНИХЪ СТРАНСТВОВАНІЙ 184«. Возвратившись въ Петербургъ 22 марта, я нашелъ брата Николая совсѣмъ больнымъ: блѣдный, исхудалый, обвязанный и закутанный, сидѣлъ онъ безвыходно дома; но заваленъ былъ дѣлами служебньши и работами для разныхъ изданій. He смотря на свои усиленныя занятія, онъ хандрилъ по прежнему. Пріѣздъ мой обрадовалъ его и нѣсколько оживилъ. Первымъ дѣломъ моимъ въ Петербургѣ было—повидаться съ Горемыкинымъ, чтобы разъяснить положеніе дѣлъ. Отъ него узналъ я, что съ предстоявшимъ. вскорѣ отъѣздомъ его на Кавказъ, въ 6-мѣсячный отпускъ, мѣсто старшаго адъютанта въ штабѣ оставлено за нихмъ, и что на время его отсутствія, исправленіе этой должности возлагается на меня. Начальство приняло меня весьма олагосклонно. По приказаяію ген. Веймарна, я нехмедленно же вступилъ въ должность начальника 2-го отдѣленія гвардейскаго генеральнаго штаба. Верховую лошадь пріобрѣлъ отъ Горемыкина (за 450 руб.). Въ нашемъ штабѣ нашелъ я нѣкоторыя новыя переіѵіѣны сверхъ тѣхъ, которыя Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 73 произошли въ теченіи 1839 года, и о которыхъ было уже мною упоштнуто. Въ началѣ 1840 года выбыли двое изъ старшихъ капитановъ: Хоминскій и Адеркасъ; гіервый, по разстроенному здоровью, долженъ былъ оставаться продолжительное время въ заграничномъ отпуску и потому перечисленъ въ генеральный штабъ подполковникомъ, второй— вышелъ совсѣмъ въ отставку. (Впослѣдствіи онъ поступилъ на службу въ Министерство Государственныхъ Имуществъ, по части межеванія и кадастра). Капитанъ Голынскій давно уже хворалъ и видя, чтовъ гвардейскомъ генеральномъ штабѣ дальнѣйшій путь ему закрытъ, хлопоталъ о перемѣнѣ службы. Изъ числа младшихъ товарищей, юный Жерве уже былъ переведенъ въ гвардейскій генеральный штабъ (помимо Военной Академіи); вновь причисленъ къ этому штабу изъ послѣдняго выпуска Академіи подпоручикъ Лейбъ-Егер- скаго полка Лермонтовъ; на Кавказъ командированъ Баумгартенъ. Какъ уже было сказано, я засталъ еще въ Петербургѣ генерала Головина, предъ самымъ его выѣздомъ. Онъ принялъ меня любезно и выразилъ сожалѣніе о томъ, что предполагавшійся переходъ мой на Кавказъ не состоялся. Горемыкинъ выѣхалъ изъ Петербурга нѣ- сколько дней спустя послѣ выѣзда Евгенія Александровича Головина, съ которьтмъ съѣха^іся въ Москвѣ и продолжалъ уже вадѣстѣ съ нимъ путешествіе до Николаева и далѣе моремъ къ Кавказскимъ берегамъ. Переписка моя съ Горемыкинымъ поддерживалась попреж- нему весьма исправно. Онъ писалъ мнѣ, что въ продолженіи долгаго путешествія въ одной каретѣ съ E. А. Головинымъ, имѣлъ случай ближе узнать его и оцѣнить высокія качества его ума и души. Въ послѣдующихъ письмахъ Горемыкинъ сообшалъ мнѣ свѣдѣнія о событіяхъ на Кавказѣ по.слѣ моего отъѣзда изъ этого края, судьбы котораго сдѣлались уже близкими моему сердцу. Первое время по возвращеніи въ Петербургъ гіроводилъ я частію въ Штабѣ за новою должностію, частію въ разъѣздахъ съ визитами' оффиціальными и не оффиціальными. Въ томъ числѣ, конечно, посѣтилъ я дядю графа Киселева, y котораго нашелъ и младшаго его брата Николая Дмитріевича Киселева, только что прі- ѣхавшаго изъ Лондона. Послѣ уволъненія бывшаго посла нашего въ Лондонѣ гр. Поццо-ди-Борго, постъ этотъ оставался нѣкоторое время не замѣщеннымъ и посольствомъ завѣдывалъ Н. Д. Киселевъ въ званіи Chargé d’affaires; но въ кондѣ 1839 года, по случаю услож- неній на Востокѣ, присланъ былъ въ Лондонъ съ особымъ поруче- ніемъ баронъ Брунновъ, который потомъ и остался тамъ Посломъ, a Н. Д. Киселевъ переведенъ прежнимъ званіемъ совѣтника посоль- ства въ Парижъ, гдѣ посломъ былъ уже давно почтенный ветеранъ отечественной войны гр. фонъ-деръ-Паленъ. Пока рѣшался вопросъ объ этихъ перемѣщеніяхъ въ нашемъ дипломатическомъ корпусѣ, Н. Д. Киселевъ воспользовался отпускомъ, чтобы побывать на родинѣ, послѣ трехлѣтяго отсутствія. Онъ прожилъ около мѣсяца въ Петер- бургѣ, y старшаго своего брата графа Павла Дмитріевича, a въ половинѣ мая посѣтилъ Москву, гдѣ рѣдкія появленія его соста- влялн радостное въ семьѣ событіе. Особенно старушка мать, Пра- сковья Петровна Киселева, послѣ перенесенной тяжкой болѣзни, можно сказать, ожила при одной вѣсти о пріѣздѣ ея младшаго сына. Семья Полторацкихъ нарочно пріѣхала изъ Твери на свиданіе съ нимъ. Пробывъ въ Москвѣ недѣлю,. нашъ дипломатъ возвратился въ Петербургъ, и въ концѣ мая отправился за границу на водьт. Въ то же время и графъ Павелъ Дмитріевичъ также уѣхалъ заграниду чрезъ Варшаву, гдѣ находился въ то время Государь, и затѣмъ пользо- вался водами въ Карльсбадѣ, Сергѣй Дмитріевичъ Киселевъ въ этомъ году пріобрѣлъ неболь- шое подмосковное имѣніе, которое назвалъ Елизаветино, по имени своей жены; онъ былъ весь погруженъ въ заботы объ устройствѣ своего новаго лѣтняго мѣстопребыванія. Бабушка Киселева и Неѣлова опять провели лѣто на дачѣ въ Петровскомъ паркѣ. Сестра моя Авдулина съ мужемъ своимъ оставались еіце въ Москвѣ. Въ новопріобрѣтенномъ Петербургскомъ домѣ (на Англій- ской набережной) производились передѣлки и приспособленія къ пріему молодой четы; a потому Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 74 выѣздъ изъ Москвы откладывался до того времени года, когда можно было прямо переселиться на дачу (въ Новой Деревнѣ) и тажъ выждать окончанія работъ въ город- скомъ домѣ. Между тѣмъ въ половинѣ апрѣля скончался дѣдъ моего зятя въ своемъ ' Владимірскомъ имѣніи. По этому случаю Сергѣй Алексѣевичъ Авдулинъ ѣздилъ во Владиміръ, провелъ около двухъ недѣль со своими тетками; a на время его отсутствія сестра пересе- лилась въ отцовскій домъ. 28-го мая Авдулины выѣхали изъ Москвы; на пути навѣстили въ Тверской губерніи родственныя семьи Полторацкихъ и Манзе, и прибыли въ началѣ іюня на дачу въ Новую деревню. Съ отъѣздомъ ихъ изъ Москвы отецъ остался въ грустном/ъ одиночествѣ. Мы съ братомъ Николаемъ не разъ поднимали вопросъ о переселеніи его въ Петербургъ съ нашими меньшими братьями; но немыслимо было отцу покинуть то служебное положеніе, кото- рое обезпечивало хотя въ нѣкот^рой мѣрѣ существованіе его и семьи, a вжѣстѣ съ тѣм/ь доставлядо пищу его дѣятелыюсти, тогда какъвъ Петербургѣ было бы не легко найти ему подходящее служебное положеніе. Вскорѣ но пріѣздѣ Авдулиныхъ на ІІетербургскую дачу, я дол- женъ былъ переселиться въ Красное Село на время лагернаго сбора, и тогда братъ Николай, чтобы не оставаться снова въ своемъ грустномъ одиночествѣ, также переѣхалъ на дачу къ сестрѣ. Здѣсь на чистомъ воздухѣ, въ семейной обстановкѣ, нашелъ. онъ болѣе выгодныя условія, чтобы возстановить здоровье и разогнать хандру. Предъ насгупленіемъ лагернаго времени Начальникъ Штаба гвард. Корпуса ген.-л. Веймарнъ (Петръ Ѳедоровичъ) уѣхалъ въ отпускъ за границу; должность его исправлялъ младшій братъ его Иванъ Ѳедоровичъ; обязанности Оберъ-Квартирмейстера были возложены на полковника Фролова, за отсутствіемъ полк. барона Ливена, находившагося въ заграничной командировкѣ. Капитанъ Теслевъ, лѣчившійся уже въ прошломъ году за границей, долженъ былъ снова взять продолжительный заграничный отпускъ для лѣ- ченія. Такимъ образомъ составъ нашего штаба въ этомъ году былъ малочисленный. і2*го іюня мы перемѣстились въ Красное Село. Я продолжалъ исправлять должность старшаго адъютанта; но вмѣстѣ съ тѣмъ выѣз- жалъ на ученія и наравнѣ съ товарищами участвовалъ на маневрахъ. Лагерный сборъ прошелъ благополучно. Къ і-му августа возвра- тился я въ Петербургъ и свободное время отъ штабныхъ занятій проводилъ y сестры на дачѣ, Служебныя занятія въ гвардейскомъ штабѣ, также какъ и вся жизнь Петербургская, были мнѣ не по сердцу, казались крайне без- цвѣтньши, безсодержательными, послѣ годичнаго моего пребыванія на Кавказѣ. Почти съ первыхъ же дней по пріѣздѣ въ Петербургъ овладѣло мною какое*то тяжелое чувство недовольства самимъ собою и всею обстановкою. ГІослѣ моихъ прежнихъ увѣщаній и пропо- вѣдей брату Николаю и товарищу Горемыкину по поводу ихъ жалобъ на хандру, я самъ началъ поддаваться тому же безотчетному недугу. Видно такова уже эндемическая болѣзнь Петербургская. Отецъ въ своихъ письмахъ давалъ мнѣ разумные совѣты не под- даваться* чернымъ мыслямъ и довольствоваться тѣмъ положеніемъ, въ которое поставила меня судьба; высказывалъ мысль, что лучше быть оптимистомъ и при всѣхъ невзгодахъ въ жизни утѣшаться надеждами на будущее, чѣмъ пессимистомъ, ищущимъ во всемъ повода къ мрачному настроенію. Въ этомъ отношеніи ставилъ онъ въ примѣръ самаго себя. Но самые разумные доводы не излѣчи- ваютъ той психической болѣзни, которая называется ипохондріей, a въ просторѣчіи—хандрою. Какъ ни старался я усердно заниматься своими новыми обязанностями по службѣ, не могъ устранить срав- ненія ихъ съ прежнею дѣятельностію своею на Кавказѣ. Въ то время, какъ отедъ мой радовался тому, что предположеніе мое о переходѣ на Кавказъ не состоялось, я съ своей стороны все еще не поки- далъ окончательно мечты о возвращеніи въ тоть край. Въ такомъ смыслѣ я даже высказался въ письмѣ отъ 22 апрѣля полк. Норден- стаму, котор^ій въ отвѣтѣ своемъ (17 мая) писалъ: «Пріѣзжайте, всѣ будутъ отъ души рады вашему пріѣзду, въ Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 75 томъ числѣ я первый душевно желалъ оы послужить съ вами; лестно имѣгь такого подчиненнаго, какъ выв и пріятно имѣть васъ товарищемъ)). Пока желанія мои оставались только платоническою імсчтою, я не переставалъ размышлять о Кавказскнхъ дѣлахъ и пристѵпилъ къ изложенію своихъ мыслей относительно образа дѣйствій *въ томъ краѣ. Независимо отъ этой обширной работы, составилъ (въ маѣ йѣсяцѣ) краткую записку по тому же предмету, собственно для то- варищей, которые заинтересовались моими разсказажи и сужденіями о Кавказскихъ дѣлахъ. Въ запискѣ этой изложена была сущность моего взгляда. Исходною точкою была та мысль, что принятая въ то время система раздробленія нашихъ силъ по всему обширнсжу про странству края малыми частями, во множествѣ ничтожныхъ укрѣ- пленій и постовъ, большею частію даже не вполнѣ обезпеченныхъ отъ нападенія непокорныхъ горцевъ, ослабляла насъ, и не только не вела къ положительнымъ результатамъ, но даже представляла опасность при всякомъ неблагопріятномъ оборотѣ дѣлъ. Предпри- нимаемыя же по временамъ большія экспедиціи въ горы, стоившія огромныхъ жертвъ, также не могли вести къ покоренію края; даже послѣ успѣшныхъ дѣйствій, отрядъ долженъ возвратиться изъ трудно доступныхъ горныхъ трущобъ, оставляя за собою еще бслѣе озло- бленное и враждебное населеніе. По моему мнѣнію, слѣдовало измѣ- кить самую задачу нашу, поставивъ ближайшею цѣлью дѣйствій не покоренге горскаго населенія, a занятіе въ краѣ такого положенія, ко- торое давало бы намъ возможность держать въ повтовети по крайней мѣрѣ ближайшее, болѣе доступное намъ туземное населеніе, стараясь затѣмъ исподволь умиротворить остальныя, менѣе доступныя пле* жена. Для достиженія такой цѣли предполагалось распредѣлить наши силы болѣе сосредоточенно, группировать ихъ въ нѣкоторыхъ значи- тельныхъ пунктахъ, откуда подвижныя колонны могли бы во всякое время дѣйствовать въ извѣстномъ раіонѣ, для поддержанія въ немд> порядка и спокойствія. Стоя твердою ногою въ средѣ доступнаго намъ туземнаго населенія, давъ ем.у притомъ разумное, правосудное управленіе, мы получили бы возможность, даже не прибѣгая къ оружію, постепенно привлечь къ себѣ и болѣе отдаленныя, недо- ступныя горскія племена вліяніемъ нравственнымъ, выгодами торговли и промышленности. Къ запискѣ м.оей была приложена карта съ изо- браженіемъ примѣрнаго распредѣленія раіоновъ дѣйствія предполо- женныхъ штабъ-квартиръ, съ разсчетомъ требуемаго числа и состава войскъ. Записка моя въ первое время имѣла общую судьбу всѣхъ по- добныхъ частныхъ мнѣній и проектовъ относительно дѣйствій на- шихъ на Кавказѣ, то есть осталась безъ практическихъ послѣдствій. Впрочемъ я и не придавалъ ей оффиціальнаго значенія; давалъ про- честь только немногимъ лицамъ, относившимся съ участіемъ къ дѣламъ Кавказскимъ, и потомъ отложилъ въ портфель. Послѣдовавшія событія на Кавказѣ не замедлили. подтвердить высказанныя мною опасенія; но вмѣстѣ съ тѣмъ дали дѣламъ такой оборотъ, что въ теченіи многихъ лѣтъ нечего было и помышлять о введеніи какой- либо раціональной системы въ нашихъ дѣйствіяхъ. Только гораздо въ позднѣйшія времена, самою силою вещей, осуществились отчасти тѣ основныя мысли, о которыхъ я мечталъ въ 1840 году; но уже при иныхъ обстоятельствахъ и съ несравненно большими средствами. Вскорѣ послѣ моего выѣзда изъ Ставрополя, въ февралѣ и мартѣ, когда Корпусный Командиръ находился еще въ Петербургѣ, произошли на Кавказѣ неожйданныя и весьма прискорбныя событія: на Черноморской береговой линіи скопища горцевъ напали внезапно на наши укрѣпленія, овладѣли тремя изъ нихъ: фортомъ Лазаревымъ (только что возведенныыъ въ 1839 г.), Вельяминовскймъ и Михайлов* скимъ, разрушили ихъ и истребили гарнизоны, a затѣмъ овладѣли еше фортомъ Николаевскимъ на сообщеніи береговой линіи съ Ку* банью. Въ заКубанскомъ краѣ утвердилась власть Магометъ-Амина, a на лѣвомъ флангѣ Кавказской линіи, поелѣдствіемъ нашей крово- пролитной экспедиціи къ Ахульго и зимняго движенія генерала Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 76 Пулло по Чечнѣ для сбора податей, было—*не предполагавшееся паденіе Шамиля, a напротивъ того, усиленіе его и общее возстаніе всѣхъ Чеченцевъ,' не исключая даже и тѣхъ племенъ, которыя давно уже считались мирными: Карабулаковъ, Галашевцевъ и другихъ. Аулы над-сунженскіе, чрезъ которые еще такъ недавно проѣзжалъ я съ неболъшимъ конвоемъ изъ мѣстныхъ жителей, ушли ср своихъ мѣсхъ; Чиркей и. всѣ селенія Салатавскія открыто передались Шамилю; опасность угрожала- владѣніямъ Шамхала, Кумыкской равнинѣ и самой линіи. По Высочайше утвержденному на 1840-й годъ плану дѣйствій, полагалось предпринять экспедиціи нѣсколькими отрядааш: на Черно- морекой береговой линіи произвести высадки, опять подъ началь- ствомъ ген. Раевскаго, для возстановленія взятыхъ и уничтоженныхъ горцами фортовъ, а, также для улучшенія обороны прочихѣ пунк- товъ линіи. На правомъ флангѣ Кавказской линіи, отряду ген.-лейт. ^об Засса предназначено былс приступить къ устройству Лабинской линіи и наказать племена, участвовавшія въ недавнихъ нападеніяхъ на наши укрѣгтленія. На лѣвомъ же флангѣ линіи сильный отрядъ ген.-лейт. Галафѣева назначался для возведенія укрѣпленій: одного— въ Герзель-аулѣ (у подножія Качкалыковскаго хребта), для при- крытія Кумыкской равнины, a другого —при Чиркеѣ; но вслѣдствіе измѣнившагося положенія дѣлъ, отряду э.тому пришлось въ продол- женіи всего лѣта и осени только охранять то одну, то другую часть края отъ дерзкихъ и, къ сожалѣнію, удачныхъ набѣговъ ІПамиля. Ген. Головинъ въ началѣ мая прибылъ въ Ѳеодосію, въ то самое время, когда десантныя войска уже готовы были къ посадкѣ на суда. Для дѣйствій на береговой линіи назначена была 15-я пѣ- хотная дивизія, при содѣйствіи всѣхъ средствъ Черноморскаго флота. ю-го мая произведена почти безпрепятственно первая высадка при устьѣ Туапсе, въ присутствіи Корпуснаго Командира, a 22-го числа— другая при устьѣ Псезуапе; въ обоихъ пунктахъ воз;.тановлены прежніе форты: Вельяминовскій и Лазаревъ. Ген. Головинъ, осмотрѣвъ нѣкоторые другіе пункты береговой линіи, проѣхалъ въ Тиф- лисъ. Постоянно сопровождавшій его Горемыкинъ описывалъ мнѣ печальное положеніе видѣнныхъ имъ укрѣпленій. Онъ писалъ, что путешествіе принесло замѣтную пользу его здоровью; но что хандра, отъ которой онъ убѣжалъ изъ Петербурга, возвратилась къ нему съ прибытіемъ въ Тифлисъ, гдѣ онъ жилъ безъ дѣла, ожидая съ не- терпѣніемъ отъ гвардейскаго начальства разрѣшенщ принять участіе въ военныхъ дѣйствіяхъ котораго-либо изъ отрядовъ на линіи. Онъ прислалъ мнѣ докладную записку по этому предмету и письмо для передачи генералу Веймарну; въ то же время пришло и письмо са* мого генерала Головина. Горемыкинъ имѣлъ сильное желаніе при- нять хотя разъ въ жизни участіе въѵвоенныхъ дѣйствіяхъ, считая это необходимымъ, какъ для дальнѣйшаго его служебнаго поприша, такъ и въ особенности по званію преподавателя тактики въ Военной Академіи. Такія побужденія казались вполнѣ законными и похваль- ными, даже и^въ томъ случаѣ, еслибъ за ними скрывались вънѣко' торой мѣрѣ виды честолюбія. Однакожъ, при всемъ благосклонномъ расположеніи начальства къ Горемыкину, на просьбу его послѣдо- валъ рѣшительный отказъ со стороны Великаго Князя Михаила ГІавловича,' что глубоко огорчило бѣднаго моего друга. Онъ по- корился смиренно своей судьбѣ, провелъ часть лѣта въ Пятигорскѣ, a въ августѣ уѣхалъ съ Кавказа; на пути останавливался на нѣ- сколько дней въ Москвѣ (гдѣ видѣлся съ моимъ отцомъ)/и потокъ до истеченія срока отпуска, то есть до і-го октября, прожилъ въ имѣніи отца своего, въ Боровичскомъ уѣздѣ Новгородской губерніи. Эта жизнь въ глуши, въ бездѣйствіи, не могла, конечно, способство- вать излѣченію отъ преслѣдовавшей его хандры. Во всѣхъ письмахъ ко мнѣ онъ не переставалъ жаловаться на свое мрачное настроеніе. Ихчѣя предъ своими глазами примѣръ моего товарища Горемы- кина, a также и брата Николая, я чувствовалъ, что и мнѣ не мино- вать такой же печальной участи, оставаясь долго въ тлетворной Петербургской Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 77 атмосферѣ. Чтобы не дать развиться психическому недугу, я находилъ необходимымъ прервать его крутою мѣрою— перемѣною самихъ условій жизни, вырваться хотя на время изъ Петербурга. Мнѣ пришла мысль—просить о продолжительномъ от- пускѣ за границу. Замыселъ былъ смѣлый: извѣстно, какъ неблаго- склонно смотрѣла въ то время высшая власть на заграничныя поѣздки; онѣ допускались не иначЬ, какъ съ Высочайшаго соизволѣнія; особенно рѣдко разрѣшались военнымъ офицерамъ. Но я позволялъ себѣ надѣяться на исключительную въ отношеніи ко мнѣ снисходи- тельность начальства, во вниманіе къ разстроенному моему здоровью, вслѣдствіе выдержанныхъ въ прошломъ году трудовъ, раны и болѣзни. Путешествіе за границу казалось мнѣ лучшимъ средствомъ для достиженія двойной цѣли: исцѣленія немощей какъ тѣлесныхъ, такъ и душевныхъ. Только оно могло дать моимъ мыслямъ новое направленіе; оно вмѣстѣ съ тѣмъ открывало для моей любознатель* ности новый, широкій горизонтъ. Наглядное ознакомленіе съ Европою несомнѣнно обѣщало болыиую пользу для моего развитія. Объ этомъ планѣ своемъ я сообщилъ отцу вскорѣ послѣ окон- чанія нашихъ Красносельскихъ мытарствъ; но отвѣтъ его былъ не совсѣмъ ободрительный: онъ выражалъ сомнѣніе въ согласіи началь- ства на продолжительный отпускъ за границу, опасеніе невыгодныхъ послѣдствій для моего служебнаго положенія; наконецъ—недоумѣніе насчетъ денежныхъ средствъ, потребныхъ для задуманнаго путешествія. Однакожъ я нашелъ возможность преодолѣть всѣ эти затруд- ненія: со стороны финансовой я разсчитывалъ на полученіе платы за прежнія мои работы для разныхъ изданій, на сумму, вырученную отъ продажи верховой лошади, которую Горемыкинъ пожелалъ получить обратно за уплаченную мною цѣну; затѣмъ на пособіе, ежегодно выдаваемое офицерамъ нашего штаба послѣ лагернаго сбора и т. д. Что касается до другихъ предполагаемыхъ затрудненій, йменно cö стороны начальства, то- я возлагалъ надежды на благо- склонное ко мнѣ отношеніе ген. Веймарна (Ивана Ѳедоровича). Все дѣло заключалось въ полученіи медицинскаго свидѣтельства отъ тогдашняго главнаго военно-медицинскаго инспектора барона Вилье. Когда явился я къ нему и объяснилъ мои недуги. старикъ въ первую минуту жестоко озадачилъ меня, объявивъ, что для исцѣленія моего никакой надобности въ заграничной поѣздкѣ не видитъ; однакожъ потомъ смиловался и выдалъ мнѣ желанное свидѣтельство въ томъ, что здоровье мое потребовало провести осень и зиму въ тепломъ климатѣ, a съ наступленіемъ лѣта пользоваться Аахенскими или дру- гими минеральными водами, по усмотрѣнію мѣстныхъ врачей. Съ этимъ свидѣтельствомъ въ рукахъ обратился я къ ген. Веймарну, со стороны котораго не встрѣтилъ никакихъ возраженій; онъ тѣмъ охотнѣе согласился на мою просьбу, что и самъ собирался ѣхать со своею семьею за границу. Приказомъ 19-го сентября я уволенъ въ ю-мѣсячный заграничный отпускъ, притомъ съ полученіемъ за это время содержанія и съ выдачею заимообразно 1500 рублей изъосо- баго «вспомогательнаго офицерскаго капитала» гвардейскаго штаба на шестилѣтній срокъ. Узнавъ о такомъ удачномъ оборотѣ дѣла, .отецъ мой, въ письмѣ отъ 13 сентября, выразилъ сожалѣніе о томъ, что въ предшество- вавшихъ своихъ письмахъ напрасн;о отклонялъ меня отъ моего плана; онъ даже нашелъ возможнымъ, совершенно для меня неожиданно, прислать мнѣ юоо рублей въ подкрѣпленіе моихъ денежныхъ средствъ на путешествіе. Такимъ образомъ съ финансовой стороны я считалъ себя совершенно обезпеченнымъ. Начальотво мое> разрѣшая мнѣ просимый отпускъ, аоставило однакоже условіемъ. чтобы до отъѣзда своего я отбылъ осенніе маневры, предстоявшіе еще въ исходѣ сентября. По росписанію офи- церовъ гвардейскаго генеральнаго штаба, я назначенъ былъ стар- шимъ офицеромъ въ отрядъ Великаго Князя Наслѣдника Цесаре- вича (Александра Николаевича), которому по плану маневровъ пред- назначалось наступать отъ Петербурга къ Царскому Селу и Павловску. Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 78 Погода въ то время была отвратительная, какая бываетъ обыкно- венно въ Петербургѣ въ глубокую осень. Послѣ безпрерывнаго дождя въ первые два дня, въ ночь предъ третьимъ, послѣднимъ днемъ маневровъ, когда отрядъ нашъ уже подступилъ къ Царскому Селу, температура понизилась ниже точки замерзанія, и мы, промокшіе до костей, вдругъ обледенѣли. Наступившее затѣмъ утро было ясное и морозное. Отрядъ Наслѣдника Цесаревича етройно и -бодро повелъ атаку на Царское Село, и здѣсь y самыхъ воротъ Царскаго мѣстопре- быванія маневръ былъ прекращенъ.. Государь остался весьма дово ленъ и я съ своей стороны получилъ личное изъявленіе благодар* ности отъ моего временнаго Августѣйшаго начальника. Это былъ второй случай (послѣ выпускного экзамена въ Военной Академіи), что я удостоился вниманія будущаго Императора Александра II. На другой же день по окончаніи маневра, я распростился съ начальствомъ, родными, товарищами, a 28-го сентября покинулъ Петербургъ. Воспоминания. Книга 2. Год на Кавказе. 1839-… · militera.lib.ru · сохранено 21.07.2026 · архив decolonial.ist 79